Меньше половины взрослых россиян имеют романтического партнера, во всяком случае, об этом говорит опрос, опубликованный в середине марта. Исследователи утверждают: с кем-то живут или встречаются 56% бумеров и 58% представителей поколения X. Среди миллениалов этот показатель радикально ниже и составляет всего 30%, среди зумеров — 38%. И это притом, что в том же опросе говорится: примерно половина молодых людей готова съехаться или даже задуматься о браке всего через месяц отношений. Как все это понимать? Следует ли вообще принимать эти цифры всерьез? И если да, то почему молодые все реже с кем-то встречаются и создают семью? Об этом Собака.ru спросила ведущего научного сотрудника Социологического института РАН и автора канала «Женщина, у которой накопилось» Жанну Чернову.
Насколько данные опроса согласуются с тем, о чем пишут ученые?
Корпоративный опрос X5 Retail Group описывает вполне реальную тенденцию — молодые люди действительно реже вступают в романтические отношения. Просто ученые знают об этом из нормальных источников, поскольку исследуют данный вопрос очень давно.
Еще в 2017 году американский ученый Джин Твинге опубликовал большое исследование на основе семи волн национальных опросов в США (это примерно 11 млн респондентов!). В нем говорилось, что среди тогдашних 14–18-летних доля тех, кто ходит на свидания, систематически падает. Сексуальная активность подростков по сравнению с 1991 годом снизилась почти на 40%.
Еще один ученый, Дэниел Кокс, показал, что если среди бэби-бумеров лишь 20% мужчин не имели романтического опыта в подростковом возрасте, то среди зумеров — это уже 44%. Причем динамика идет очень неравномерная. Девушки-зумерки вступают в романтические отношения много чаще, чем мужчины того же поколения. Кокс назвал это явление romance gap.
Но это все про США, а как насчет других стран?
В других странах картина более или менее похожа. Так, для Японии описан феномен «травоядных мужчин». Так называют молодых людей, которые не проявляют инициативы относительно романтических отношений и равнодушны к традиционным представлениям о мужественности. Этот термин придумала журналистка Маки Фукасава в 2006-м, а в 2008–2009 годах он уже широко обсуждался.
Недавнее исследование показывает, что лишь треть (34%) жителей Японии, не состоящих в браке, когда либо с кем-то встречались (речь идет о людях в возрасте 20–49 лет).
В Южной Корее ситуация очень похожая — в 2011 году появился термин «поколение сампо». Сначала он обозначал молодых людей, которые под давлением экономических обстоятельств не задумываются об отношениях, браке и детях. С тех пор этот список расширился — «поколение сампо» теперь отказывается от жилья, карьеры, социальных связей и вообще надежд на будущее.
Важный нюанс для России — у нас хороших данных на эту тему крайне мало. Есть данные Росстата, которые показывают снижение числа браков и рост среднего возраста первого похода в ЗАГС. Можно также посмотреть отдельные опросы ВЦИОМа, однако специализированных научных исследований практически нет. Именно поэтому корпоративные опросы вроде того, что мы обсуждаем, так привлекают внимание.
Пресс-служба X5 Retail Group
В ответе на запрос Собака.ru:
«Мы проводим множество различных исследований для консистентного анализа поведения представителей разных поколений с учетом постоянного изменения социальных ролей, большинство из них - для внутреннего использования. Данное исследование было посвящено изучению новых социальных связей и трендов в развитии взаимоотношений между людьми... Ключевая причина, почему зумеры и миллениалы так ведут себя в отношениях, – одиночество в сети. Парадокс, когда люди могут знакомиться с помощью Интернета и соцсетей и остаются при этом без пары, заставляет людей адаптироваться к новым правилам. Получается, что уже через месяц молодые люди готовы разделить с партнером намного больше, чем например более старшее поколение, потому что меняются жизненные приоритеты».
Почему молодые так охладели к романтике?
Здесь можно дать сразу несколько объяснений. Первое из них — экономическая прекарность. У нас нет стабильной занятости, будущее неясно. В этих условиях семья из отправной точки взрослой жизни превращается в итоговую награду. То есть сначала надо получить образование, встать на ноги, обзавестись работой и жильем, а потом уже думать об отношениях. Для тех, кто выходил на рынок труда после кризиса 2008 года экономический барьер к стабильной жизни оказывается непреодолимым. Так что никакого охлаждения к романтике нет — есть просто рациональное отношение к рискам.
Далее, свою роль играет цифровая социализация. К 2017 году интернет-знакомства стали основным способом найти партнера в США, обогнав знакомство через общих друзей. Казалось бы, это должно было упростить поиск, но так не произошло. Наоборот. Парадокс Tinder состоит в том, что при изобилии вариантов люди принимают меньше решений. Это называется «парадокс выбора» в применении к романтической сфере. Бесконечный скроллинг создает ощущение, что лучший вариант всегда за следующим свайпом.
Свой вклад вносит и изменение гендерного баланса в образовании. Молодые женщины сейчас опережают мужчин по уровню образования практически во всех развитых и во многих развивающихся обществах. Это создает структурную асимметрию на «брачном рынке»: женщины с высоким образованием традиционно предпочитают партнеров равного или более высокого статуса, а таких становится все меньше.
Наконец, меняются ожидания. Интимные отношения стали зоной культурных переговоров: что приемлемо, каковы ожидания, кто что должен. Это не плохо само по себе, но переходный период, когда старые модели выстраивания отношений уже не работают, а новые еще не устоялись, создает неопределенность, которую часть людей предпочитает избегать.
Постойте, но почему тогда, люди предпочитают съезжаться уже через месяц?
Это, пожалуй, самый интересный методологический казус в опросе X5. Здесь опять есть несколько возможных вариантов ответа. Первый и самый простой — проблема в самом исследовании. Возможно, люди отвечали на вопрос «есть ли у вас партнер?» и «спустя какое время вы готовы были бы съехаться с партнером?» в разных контекстах. Возможно, на эти вопросы отвечали вообще разные люди. Мы не знаем, так что, возможно, это не значит ничего.
Второй — если все же с опросом все более или менее в порядке, то резон может быть чисто экономическим. Жилье сейчас дорогое, и когда отношения с партнером все же складываются, экономический смысл совместного проживания очевиден. Это можно интерпретировать не как возникновение «глубокой привязанности через месяц», а как рационализацию решения жилищного вопроса.
Третий вариант — здесь проявляется то, что социологи называют «быстрым цикличным» поведением в условиях нестабильности. Люди не инвестируют в долгие проекты, в медленное развитие отношений, потому что горизонт планирования короткий. Либо быстро и конкретно, либо никак.
Что все это значит?
Самый очевидный повод для беспокойства, который появляется после публикации таких опросов — демография. Сразу начинаются разговоры о падении рождаемости и старении населения. По мне, тенденция к снижению числа партнерств здесь лишь одна (и далеко не самая важная) причина. Куда больше влияют: экономическая нестабильность, прекарность, жилищный вопрос, неуверенность в будущем.
Куда более серьезной проблемой мне видится вопрос ментального благополучия и психического здоровья. Данные устойчиво показывают, что социальная изоляция и отсутствие близких отношений связаны с ухудшением физического и психического здоровья. И здесь можно вспомнить о еще одном поводе для беспокойства — не так давно американские опросы показали, что в кризисе находится не только институт романтических партнерств, но и институт дружбы.
Чего точно не стоит делать, так это паниковать на основе одного корпоративного опроса и выстраивать нарративы о «деградации поколений». Люди адаптируются, ищут, пробуют новые форматы отношений.
Комментарии (0)