• Экология
  • Экология

Как Юлия Хохлова, Елена Плешкова и Надежда Баглей возрождают долины малых рек и продвигают идеи осознанного потребления

Появление номинации «Экология» было лишь вопросом времени. А прошлый год и самоизоляция так явно дали ощутить ценность природы, что участники экологического авангарда стали чуть ли не рок-звездами. Так вышло, и это доставляет нам огромную радость, что пермское сообщество экоактивистов – это дружный сплоченный клан, который работает на одну большую общую цель. Они обещают (а мы им верим!), что мы сможем превратить Пермь в зеленый оазис с живописными долинами рек, мостами и разнообразной флорой и фауной, которая даст фору любому мировому экопарку.

Поддержать тенденцию на возвращение Перми славы самого зеленого города России вызвалась компания «ЛУКОЙЛ», которая вместе с экоактивистами возрождает долины малых рек и вместе с редакцией «Прм.Собака.ru» продвигает идеи осознанного потребления в общих спецпроектах.

Юлия Хохлова

руководитель Пермского краевого отделения «Всероссийского общества охраны природы» вместе с мужем Юрием образовывают детей и взрослых на тему бережного отношения к природе, регулярно проводят с волонтерами экологические акции по очистке долин малых рек, активно участвуют в продвижении проекта «Зеленый каркас Перми».

Елена Плешкова

биолог, Президент Фонда культурного и природного наследия «Обвинская роза» принимает непосредственное участие в процессе озеленения Перми и жизни Черняевского леса, инициируя кампании в защиту зеленых насаждений.

Надежда Баглей

Создательнице медиапроекта «Слушай соловья» и пространства «Сад Соловьев» удалось защитить долину реки Уинка от застройки и превратить заваленный мусором лог в экотропу, где селятся краснокнижные насекомые и растения.

 

Какие задачи по улучшению экологической обстановки вы решаете в первую очередь?

Елена Плешкова: Наша задача – по максимуму рассказывать людям о том, как правильно взаимодействовать с природой. Из образа, что природа – это красивый бэкграунд для шашлыков, нужно выйти в понимание, что это система, без которой город не может жить. В Австралии на это ушло 15 лет.

Юлия Хохлова: В Черняевском лесу хотелось бы обеспечить беспрерывную событийную работу: экскурсии, опросы для жителей. К сожалению, у города не хватает ресурса на содержание таких сотрудников.

Елена Плешкова: Это может решить координация администрацией работы волонтеров, некоммерческих и коммерческих организаций, СМИ, которые доносят информацию до горожан.

Надежда Баглей: Наши наработки с обществом охраны природы интересны тем, что нам удалось включить обычных людей в помощь природе. Мы называем это экопрактиками.

Например, в «Саду Соловьев» мы так прикормили шмелей, что у нас идет лет разных видов шмелиных маток, которые ищут места для гнездования. Надеюсь, энтомологи помогут определить среди них и краснокнижные виды. Мы делаем для них домики, обеспечиваем их медоносами. У нас есть даже практика по высадке медоносной поляны – мы закупаем растения и приглашаем детей, чтобы рассказать, как и куда их высаживать. Каждая экопрактика подразумевает ликбез, рассказ и подкрепление практическими заданиями.

Есть такая экопрактика как «Трухлявый заповедник». У нее две важные цели: с одной стороны, мы оформляем дорожки, отгораживая их от кустов и травы, чтобы люди туда не ходили, не беспокоили живность, а с другой стороны, учим не убирать природный мусор, складываем валы из сухих ветвей и изучаем, кто на них живет. Например, разные грибы, насекомые-деструкторы, которые поедают и преобразуют древесину.

Елена Плешкова: Здесь важно различать природные и природоподобные территории. Такие экопрактики хороши на природоподобных территориях: в скверах, парках, садах, сюда же можно отнести «Сад Соловьев». Но, ни в коем случае, не нужно ничего трогать в лесу – это еда и дом для насекомых, птиц, растений. Лесники очень избирательны в уборке леса, а требования людей убрать валежник из леса, потому что им некрасиво или проложить везде асфальт и дорожки с освещением – это губительная для природной территории практика. Почему я сказала про освещение – это очень опасно для ночных животных, от искусственного света зрительный пигмент разрушается в глазах, и они слепнут и исчезают. То же самое с асфальтом. Нагреваясь, он создает вокруг себя зону загрязнения, изменяет гидрологический режим и создает препятствия для медлительных животных вроде лягушек.

Почему это важно знать. Сейчас активно ведутся опросы, в которых спрашивают, что горожане хотели бы видеть в Черняевском лесу. За незнанием люди начинают перечислять асфальтированные дорожки, освещение, лавочки. А потом депутаты скажут нам, что люди хотят.


Из образа, что природа – это красивый бэкграунд для шашлыков, нужно выйти в понимание, что это система, без которой город не может жить.

Юлия Хохлова: Безусловно, в городе могут быть природоподобные территории, даже на участках природных территорий наподобие шести участков, которые сейчас проектируют в долинах малых рек. Но все остальные места, которые испытывают очень сильную антропогенную нагрузку, от посещения должны быть закрыты. Параллельно ведется разговор, и это даже есть в мастер-плане города, о создании кромочных улиц. То есть, перемещение от локации к локации происходит по поверхности, а не по долине реки. Там уже можно организовать и велосипедный, и пешеходный трафик.

Как вы считаете, сколько времени должно пройти, чтобы эти знания дошли до широких масс?

Надежда Баглей: Я бы ни за что не поверила еще пять лет назад, что закончится пьянство на Эспланаде. Я приехала в Пермь из другого города и десятилетиями наблюдала и верила, что это невозможно изменить. А закончилось все в один сезон.

Юлия Хохлова: Вопрос в контроле за соблюдением правил. Помимо того, что человек, смотрящий за протяженными природными территориями, скажем, в долинах рек, должен быть грамотным, он еще должен обладать авторитетом и возможностью пресекать.

Надежда Баглей: Изменить можно все. Важно делать это поэтапно. Антонина Галанова, директор «Пермского городского лесничества», говорит, что негативные сценарии нужно вытеснять. Они организовали пикниковые зоны, хотя они и против огня в лесу, чтобы избежать пожаров. Это промежуточное состояние между полным запретом и стихийностью пикников.

Мы не против пикников – мы за экологичный подход. Вместо одноразовой посуды и пластиковой упаковки – контейнеры, вместо влажных и бумажных салфеток – полотенце. После нас не должно оставаться ничего. Особенно опасен мелкий мусор: фантики, окурки, который способствует тому, что люди начинают выбрасывать еще более крупный мусор. С пандемией стало появляться больше салфеток и масок: вытер руки, покурил, снова вытер руки.


Мы не против пикников – мы за экологичный подход.

Что из реализованного на сегодняшний день казалось несбыточной мечтой?

Елена Плешкова: В 2013 году, когда мэром был Маховиков, мы предложили создать совет по устойчивому развитию города. Первые шаги были сделаны, Маховиков покинул пост, тема затухла. Потом мы начали привозить специалистов, которые рассказывали о том, что такое зеленый каркас города. Вместе с Политехническим университетом мы провели большую конференцию по экологическому строительству и устойчивому развитию. Мы наконец привезли одного из ведущих специалистов – Александра Рифатовича Водяника, члена экспертного совета Минстроя РФ по комфортной среде, который многое сделал для того, и чтобы тема зеленого каркаса вошла в общественное пространство России.

Зеленый каркас – это гидрографическая и зеленая сеть природных, природоподобных территорий, которые формируют «артерии» города, позволяющие городу жить и дышать. Если мы будем закованы в бетон и асфальт, нам будет очень некомфортно здесь жизнь.

Сейчас одним из важных моментов, пока на федеральном уровне готовятся документы, регулирующие внесение насаждений в генплан и инженерные чертежи, мы считаем программу, которую приняли в городе и крае. Она называется «Зеленое кольцо». За основу его взяты долины малых рек, а Черняевский лес выступает ядром сети. Почему мы говорим о возвращении луговых газонов? Они как маленькие капилляры соединяют все территории. Кажется, что это маленькая история, но она очень важная, поскольку именно эти капилляры заставят каркас работать на город.

Юлия Хохлова: Многое зависит от тех, кто находится в администрации города, поэтому многое в их мышлении нужно менять. От «Сада Соловьев», вдохновленные примером Надежды, как ниточки потянулись инициативы на других реках и появились координаторы, которые периодически проводят мероприятия разных форматов: «Чистые игры» по очистке территории, экскурсии, зеленые классы, семейные праздники, квесты. Эти низовые инициативы демонстрировались администрации, чтобы показать, что было и что стало с территорией. Администрацию выводили прямо к рекам. С приходом Дмитрия Андреева на пост начальника городского управления по экологии и природопользованию дело пошло еще быстрее – город начал заниматься проектом «Зеленое кольцо».


Проект «Зеленое кольцо» – это прекрасный пример того, как всеобщими усилиями, инициативами удалось добиться результата.

Елена Плешкова: Начали подключаться депутаты, и надо отметить тут участие Надежды Агишевой, которая помогла завести историю на приемлемый для администрации уровень.

Юлия Хохлова: В идеале, зеленые территории по этому маршруту должны быть взять на контроль, должно быть проведено зонирование, чтобы определить, какие участки можно отдать под рекреационные зоны, а какие должны остаться нетронутыми и находиться под охраной. Для долин Данилихи и Егошихи сейчас готовится обоснование, чтобы присвоить им статус особо охраняемых природных территорий. Конечно, все упирается в финансы. У города денег под эти проекты нет, поэтому мы стараемся привлечь спонсорские средства. Небольшая часть сумм есть у ведомств. На первом этапе эти средства идут на анализ и инвентаризацию, поиск источников негативного воздействия и на проектирование шести участков в долинах малых рек.

Проект «Зеленое кольцо» – это прекрасный пример того, как всеобщими усилиями, инициативами удалось добиться результата. Все инициативы начались с простых жителей, потом подтянулся крупный промышленный бизнес – «ЛУКОЙЛ», например. А также подключился небольшой смежный бизнес: питомники растений, ландшафтные дизайнеры, металл, дерево, юристы. Все вузы города поддерживают нас исследованиями, студенты-архитекторы, биологи, экономисты, социологи помогают нам, проходят у нас практику.

Как вы оцените сознательность пермяков в вопросах заботы об окружающей среде?

Елена Плешкова: В 2011 году, когда мы изучали изменение культурной концепции города, проводили опрос совместно с нижегородским центром «Мера» и отметили следующее. У пермяков присутствует нехарактерный для жителей городов-миллионников взгляд на то, что является комфортной средой. Комфортной – пермяки называют ту среду, в которой присутствуют природные компоненты. Это логично, потому что нас с детства окружают эти компоненты с избытком. И поэтому мы так болезненно реагируем на все, что касается вырубки деревьев, Черняевским лесом. Пермяки считают это своей ценность. В социальных сетях пермяки, которые участвовали в защите леса от застройки, говорят, что лес не только для нас, но и для наших детей и внуков. Даже во время войны лес не рубили на дрова. Понимание ценности леса всегда присутствовало. В этом году исполняется 40 лет с момента того, как Черняевский лес получил статус ОПТ.

Какой будет Пермь после реализации зеленого каркаса?

Надежда Баглей: Без ложной скромности можно сказать, что Пермь может стать уникальным городом, который можно пройти пешком или проехать на велосипеде, как в Берлине или в Юго-Восточной Азии. Жители смогут без автомобиля добраться в любую точку города – об этом мечтают все города, а Пермь, благодаря рельефу и долинам рек, имеет для этого реальную возможность. Совершенно точно Пермь может вернуть себе статус второго по озеленению города в мире после Ванкувера, как это было в Советском Союзе.

Текст: Анастасия Толкач
Фото: Константин Кожевников
Комментарии

Наши проекты