Лига чемпионов: Константин Зырянов

Он родом из Перми, играл за пермский «Амкар» и московское «Торпедо», но по-настоящему талант Зырянова раскрылся именно в «Зените». В прошлом сезоне Константина признали лучшим игрокомемпионата России и джентльменом года среди футболистов. В нынешнем сезоне он стал бронзовым призером чемпионата Европы в составе сборной России, сыграв во всех ее матчах на этом турнире.

Вы начинали играть в хоккей, затем футбол все же перетянул. А какой вид спорта самый популярный у вас на родине?

Пальма первенства переходит от одного к другому. Когда в хоккейной Суперлиге успешно выступал «Молот-Прикамье», то повышенный интерес был к хоккею. Затем президентом баскетбольного клуба «Урал-Грейт» стал Сергей Кущенко, спортивный менеджер экстра класса, и сразу же на первое место вышел баскетбол. Сейчас на пике
популярности находится, конечно же, футбол. В хоккей я играл, по существу, один год, а затем попросил родителей перевести меня в футбольную секцию. Почему? Да я просто заболел этой игрой. Так я и оказался в СДЮШОР «Звезда».

И скоро появились успехи ?

(Смеется.) Были, конечно, и успехи. Например, я всегда забивал много голов, играл нападающим. Правда, все это происходило в основном на уровне городских соревнований.

Переехав в Москву, вы сразу же получили травму, после которой многие заканчивают играть в футбол: «полетели» крестообразные связки…

Да, это произошло уже на втором сборе. После операции я подошел к тогдашнему главному тренеру «Торпедо» Виталию Шевченко и честно спросил, рассчитывает ли он на меня, ведь восстановление должно было закончиться не скоро. Он меня заверил, что ждет моего выздоровления. Мол, спокойно тренируйся, набирай форму.

Ничего себе вы форму набрали: в первых же двух матчах забили по мячу. Редкий дебют для полузащитника.

(Смеется.) Вы представляете, я шесть месяцев бегал по кругу. Эмоций накопилось столько, что через край били! Вот и выбежал на поле – «выстрелил».

Пермь, конечно, большой город, но с Москвой его не сравнить. Как вас приняла Белокаменная?

К столичной жизни привыкал понемножку: сел в метро, проехал две остановки – вышел, пришел домой. Узнавал Москву постепенно. Хотя и сейчас, прожив там семь лет, я не могу сказать, что знаю этот город хорошо. Однако спокойно отношусь и к его размерам, и к его суете. Просто не замечаю ее.

Журналисты сложили легенды о вашей предрасположенности к поездкам на метро.

(Смеется.) Мало ли что говорят. Мне так было удобнее. У меня дом находился в одной остановке от «Лужников». Какой смысл на машине ездить?

В Москве вы прослыли любителем катания на роликах. А в Петербурге забросили это увлечение?

(Улыбается.) На самом деле и в этом случае все несколько преувеличено. Мы с подругой действительно купили две пары роликов и несколько раз совершали на них прогулки, когда была хорошая погода, но называть это увлечением я бы не стал. Вот коньки и остались в Москве.

Взлет вашей игровой карьеры пришелся на зрелый возраст. В чем причина? Это переход количества проделанной ранее работы в качество?

Не знаю. В первую очередь все зависит от команды. «Зенит»  показывал хороший футбол, и мне на поле было легче реализовывать свои планы, забивать голы, отдавать результативные передачи. Поэтому надо просто поблагодарить команду.

Однако игра команды строится отдельными исполнителями, и без вас «Зенит» выглядел бы менее ярко.

(Смеется.) Нет. Я так не считаю. Футбол – коллективная игра. Когда все получается, играется легче. В «Зените» именно так. Я знаю, что  меня вовремя подстрахуют, помогут.

В 2007 году вы признаны сильнейшим футболистом России. Тот сезон был лучшим в вашей карьере?

Конечно. Я забил в чемпионате девять голов – столько же, сколько за все предыдущие годы. Команда при моем участии заняла первое  место. А если добавить к этому, что сборная, за которую я выступал, вышла на Евро, то все сомнения отпадут. С другой стороны, не хочется говорить банальные вещи, но верю, что лучший сезон у меня все-таки впереди. Даже сейчас, когда мы выиграли Кубок УЕФА и два Суперкубка, а сборная стала бронзовым призером чемпионата Европы.

Многие бомбардиры заранее думают над тем, как они отметят забитый гол: движения оригинальные отрабатывают, танцы разучивают. Вы же просто радуетесь. Не пора придумать что-нибудь экстравагантное на этот случай?

Я считаю, что если бы заранее думал над тем, как буду праздновать гол, то не забил бы никогда. (Смеется.) Так что все развивается спонтанно: какие чувства возникают в данный момент, те и выплескиваются.

Вы практически одновременно стали работать с двумя голландскими специалистами. Что их отличает от отечественных тренеров?

Действительно, с Адвокаатом я познакомился всего на восемнадцать дней раньше, чем с тренером сборной Хиддинком. (Улыбается.) Это  мой первый опыт работы с иностранными тренерами. Думаю, они создают в команде более раскрепощенную, демократичную атмосферу, однако одновременно оба требуют железной дисциплины в быту и на поле. Наши, если нет результата, будут долго беседовать с футболистом, уговаривать его. У голландцев все проще: ты просто не будешь играть.

Как правило, футболист быстро проявляет себя, если он внутренне спокоен, если ему комфортно. Когда пришло подобное чувство в «Зените»?

С первых же тренировок. Здесь я никогда не испытывал дискомфорта. Не скрою, меня пугали. Мол, куда ты идешь? В Питере очень сложная команда, с непростыми взаимоотношениями внутри коллектива. И  вот прошел год, а я так и не понял, в чем эта сложность заключается.

В день победы в Суперкубке УЕФА вы производили впечатление абсолютно счастливого человека, как и после выигрыша Кубка УЕФА.

(Улыбается.) Наверное, это слишком сильно сказано. Но счастлив я, конечно же, был. Правда, находился в некотором замешательстве. Меня переполнял восторг, но поскольку человек я скромный, то совершенно не знал, как его проявить: то ли к болельщикам бежать, то ли флагом размахивать. Поэтому порадовался как умею, но зато от души. (Смеется.)


Наши проекты

Комментарии (0)

Авторизуйтесь
чтобы оставить комментарий.

Читайте также

По теме