4 главные книги октября

Писателя и редактора издательства «Азбука» Александра Етоева нельзя назвать фантастом, хотя они и учился у Бориса Стругацкого, но все его книги, в том числе выходящий сборник рассказов «Жизнь же», — чудо.

Что за книга выходит у вас в октябре?

Сборник, который состоит из рассказов и маленькой повестушки. Раньше я балансировал: то ли в небо уйти, то ли в пропасть провалиться, а теперь попробовал сделать рассказы очень реалистично, хотя чудес в них тоже хватает. Сборник состоит из трех частей, первая — новые произведения, вторая — старые и подзабытые, некоторые из них вышли смешным тиражом в 1998 году, а третья — рассказы про детей. Именно про детей, а не для. Книжка называется «Жизнь же»: типа жизнь же!

Детско-взрослая проза, значит?

Да. Честно говоря, я вообще не понимаю, как можно писать для детей. Cадишься за стол и пытаешься подладить себя под подростка? Настоящая детская литература одинаково хорошо читается и взрослыми, и детьми.

А в чем сложность? В России ведь достаточно детских писателей.

Сложность в том, что это невозможно. У меня был такой случай — Вадим Назаров (главный редактор издательства «Амфора». — Прим. ред.) как-то сказал: «Саша, слушай, сейчас нет литературы про девочек одиннадцати-двенадцати лет. Напиши что-нибудь». Я отказался, потому что это снова будет Етоев, я напишу так, как всегда пишу. Он ответил: «Отлично, так и нужно». В итоге вышли три книги про супердевочку Улю Ляпину. Поэтому не надо подлаживаться под язык или психологию, главное, чтобы было интересно.

Вы начинали с фантастики, а теперь бросили. Надоело?

Как-то у меня набрались рукописи, и когда стало невмоготу, я начал искать литературный клуб. Мне посоветовали семинар Бориса Стругацкого, а там требовались фантастические рассказы. Я написал что-то левой рукой, но Борис Натанович сказал: «Ходи». Меня там всегда корили, что я пишу не то. А потом я понял: можно просто добавить элемент чуда, да и все. Без чуда-то литературы не бывает.

Многие отмечают ваш слог, где иногда можно запутаться в иронии. Вы в жизни такой же?

В жизни я склочный, ядовитый, поеденный молью сгорбленный старый мизантроп, страдающий метеоризмом и к тому же косящий на оба глаза. У станции метро «Гражданский проспект» на выходе стоит бабка с палкой, просит милостыню который год. Так вот она каждого, кто случайно станет с ней рядом, — например, запаздывающего знакомого — больно бьет исподтишка своей палкой по ногам: нечего, мол, пристраиваться, моя территория. Я такой же, как эта бабка, — если что, по ногам палкой исподтишка.

И читатель ваш такой?

Нет, мой читатель обязательно человек веселый, любые другие его качества меня не интересуют.

Работа в издательстве мешает писать?

Служба всегда мешает заниматься литературным трудом. Издательская — тем более. Как семья, которой вечно что-нибудь от тебя надо и при этом всегда не вовремя. Как привычки, особенно вредные, выбивающие тебя из ритма. Для писателя, не зарабатывающего литературным трудом, идеальная профессия — Робинзон. Сидишь себе на необитаемом острове, сочиняешь свои романы, а Пятница ползает по деревьям и срывает тебе на обед бананы.

 

ЕЩЕ ТРИ КНИГИ ОКТЯБРЯ

  • Виктор Тупицын «Бульдозерная выставка»

    Философ, профессор математики и искусствовед выпускает книгу-инвестигацию к сорокалетнему юбилею опен-эйра неофициального искусства СССР в Битцевском лесопарке: Виктор присоединился к группе нонконформистов Оскара Рабина незадолго до того, как на опушку въехали самосвалы и бульдозеры. Тупицын предлагает разобраться, что это было, так как считает, что для «каждого честного русского интеллигента изучение подлинной отечественной культуры есть одновременно и ее спасение».

    Ad Marginem

  • Людмила Улицкая «Поэтка. Книга о памяти: Наталья Горбаневская»

    Главную роль в биографической книге о поэтессе и правозащитнице Наталье Горбаневской, как это всегда бывает у Улицкой, стремительно завоевывает история. На этом фоне Горбаневская — «маленький человек», которая вышла на Красную площадь в 1968 году под лозунгом «За вашу и нашу свободу». Дальнейшее — тоже история.

    «Редакция Елены Шубиной»

  • Ричард фон Ширах «Ночь физиков»

    История создания атомной бомбы рассказана как сказка: несколько страшных-страшных ученых в разных страшных странах работают над страшным оружием. При этом Ширах добивается сказочного саспенса, постепенно, но настойчиво обнажая психологические механизмы, которые каждый из ученых использует для самоутешения, ведь их изобретение способно привести к глобальной катастрофе, а это уже не смешно.

    Ad Marginem

Текст: Ильнур Шарафиев


Наши проекты

Комментарии (0)

Авторизуйтесь
чтобы оставить комментарий.

Читайте также