• Развлечения
  • Спорт

Игорь Рыбальченко: «После финиша ты думаешь: „Нет, все, больше никогда“, а через десять минут уже снова регистрируешься»

Ультрамарафонец, руководитель школы бега ER, ростовчанин Игорь Рыбальченко вернулся из Шотландии, где в июне участвовал в экстремальном триатлоне Celtman.

Две недели назад в картинной галерее ресторана «Книжный» Игорь рассказал о поездке в Шотландию, а также показал фотографии и любительское видео с триатлона. 27 июля об экстремальных соревнованиях Norseman и Cetlman спортсмен рассказывал уже в Краснодаре в беговом клубе TopLigaClub. Сегодня мы встретились с Игорем на крыше ресторана «Матадор» для еще более подробной истории о том, как это было. Напомним, Игорь – это единственный в Ростове и на Юге России марафонец, участвовавший в международных экстремальных соревнованиях по триатлону.

Расскажи о своих впечатлениях от соревнований.
Мое главное впечатление от соревнований – это погода. У меня сложилось мнение, что это место не предназначено для занятий спортом в принципе, не очень-то подходит для того, чтобы там жить, и сам я не до конца понял, зачем там оказался – жизнь меня к такому явно не готовила. В Ростове летом +35, а там +13. Когда я увидел финишную черту, у меня просто упала гора с плеч – это все наконец-то закончилось. Получился такой эффект bitter sweet – горько-сладкое послевкусие от нечеловеческих погодных условий и одновременно от момента преодоления, особенно, когда уже переоделся в сухую одежду.

Это ведь был экстремальный триатлон? Есть же различия между экстремальным триатлоном и обычным?
Действительно, он называется экстремальным не зря, он проводится в экстремальных условиях. Но я ожидал другого: какой-то технически более сложной трассы, подъемов, набора высоты. Но оказалось, я не с той стороны ждал удара. У ребят, которые там уже почти местные (не первый год принимают участие в Celtman), есть красная футболка за пять прохождений этого триатлона. Я смотрю на них и думаю: «Как? Зачем?».

А каких еще цветов можно получить футболки?
Белая футболка выдается за прохождение более легкого, нижнего маршрута, синяя – за верхний, сложный маршрут, а красная – тем, кто финишировал пять раз, и не важно – первым или последним. У меня, кстати, белая футболка.

То есть, ты можешь еще четыре раза принять участие в триатлоне…
Нет, нет, нет, рано еще об этом говорить. В прошлом году я был в Норвегии: там и трасса была технически сложнее, и погодные условия были мягче, и организация была на более высоком уровне, да и в целом, было комфортнее по всем показателям. Туда вот хочется сделать come back. Это обычная история – после финиша ты думаешь «нет, все, больше никогда», а через десять минут уже снова регистрируешься. Но здесь такой штуки нет. Прошел уже месяц и «Пожалуйста, спасибо, нет».

Что запомнилось на Celtman больше всего и почему?
Соревнование это очень «домашнее» – каждый раз участвуют не более двухсот человек. Да и в самих деревнях живет по пятьдесят, по сто человек – это реально какая-то семейная вечеринка. Меня добавили в группу в Facebook с ограниченным количеством новых участников и неравнодушных бывших участников, и на любой мой вопрос я получал десять и более ответов. Я не знал, в каких перчатках выступать – мне сразу подсказали и даже предложили свои, а участнику, у которого украли велосипед при перелете через Эдинбург, помогли найти новый. Мне очень понравилось это максимальное радушие и гостеприимство.

Получается, это как своеобразная коммуна? Подобной не было в других триатлонах?
И Celtman, и триатлон в Норвегии – это тепло, душевно и «лампово». Но даже в Норвегии такой открытости и добродушия, как в Шотландии, я не повстречал. Они улыбчивые, но не такие мягкие и готовые помочь, как люди с острова.

Что было тяжелее всего на Celtman?
Есть такая пословица: «Зачем выступать плохо в одном виде спорта, когда можно сразу в трех?». Это практически про меня. У меня всегда были проблемы с плаваньем, а здесь, на Celtman, плаванье считается самым диким из всех возможных: температура воды + 10-12 градусов, медузы, соленая вода, непомерная глубина, приливы-отливы, которые непонятно, куда унесут. Из-за всего этого и дистанция там не 3,8 километров, а сокращенная – 3,4 километра. Но для меня основной проблемой оказалась даже не эта. После заплыва, когда я пересел на велосипед, уже более пяти часов шел дождь. Я был к этому не готов по экипировке. И именно на середине этого этапа я уже понял, что не получу синюю футболку.

Что бы ты сделал в следующий раз иначе?
Я бы взял все возможные спортивные вещи: три вида курток, носки, дополнительное термобелье – и положил в машину к группе support. И нужно внимательнее относиться к своему состоянию. Я ехал полностью промокший два часа на велосипеде, стуча зубами, а надо было гораздо раньше остановиться, сделать «перекур» и попробовать переодеться.

Удается насладиться природой или городом, где проходят марафоны, или все внимание захватывает техническая составляющая?
Если ты плывешь, едешь и бежишь, и, тем более, борешься с погодой – не замечаешь ничего вокруг себя. На беговом участке, где из-за сложности тропы нам пришлось идти пешком, мы смогли и пофотографировать, и даже насладиться пейзажем. Но, как правило, ничего этого не видишь.

Вот сейчас ты показываешь все эти фотографии с классными видами, а ты вообще чувствуешь, что там был?
Бывает, смотрю и думаю: «Что-то знакомое. Ах, да, я же тут ехал!». А так, все впечатления от видов – у моей support группы.

В каких еще соревнованиях по триатлону ты принимал участие, и в каких собираешься или хотел бы поучаствовать?
Триатлоном я занимаюсь с 2014 года. Осенью 2013 года знакомый показал мне видеоролик с Norseman – первого экстремального триатлона. Я посмотрел несколько раз и понял, что мне это нужно. Через восемь месяцев я сделал полу-Ironman – это половинная дистанция или «половинка»: 1,8 километра плыть, 90 километров ехать и 20 – бежать. Первый полный Ironman я сделал в 2015 году во Франции. Таким образом, я стал планировать путешествия, чтоб не лететь только на соревнования, а провести в стране пару недель. Следующий старт наметил близко к друзьям, которые живут в Голландии. В итоге получилось, что у меня есть два брендовых Ironman, одна «половинка», Norseman, Celtman, а в сентябре мы едем в Уэльс – на новый Ironman. Еще я зарегистрировался на длинный триатлон в Германии в будущем июле. Там будет 4000 участников и 260 000 зрителей. Экстремальных триатлонов всего три, так что мне осталось пройти еще один – в Швейцарии. В октябре я буду подавать туда заявку на участие.

Расскажи про школу бега Easy Running, где ты работаешь.
Я – организатор-основополагатель школы и по совместительству инструктор. У нас работают тренеры с педагогическим образованием и мастера спорта, а моя условная задача – распределять нагрузку, рассказывать о технике бега, отвечать на вопросы. Я обучаю «с нуля» – направляю человека, узнаю, что ему интересно. Как таковому триатлону мы не учим, у нас беговая школа, но я могу посоветовать, где потренироваться, могу даже составить компанию на выездной тренировке или помочь с выбором велосипеда. Это недокументированные возможности школы. Вообще, наше фирменное слово – easy. В нашей школе занимаются люди от 17 до 54 лет, причем одновременно, в одной группе. За три года работы школы кто-то уже пробежал «половинки» Ironman, другие поняли, что им интересны короткие беговые дистанции, остальные спокойно занимаются бегом для общего здоровья и тонуса.

В каких соревнованиях ты участвуешь в качестве пейсмейкера и зачем?
Пейсмейкеры, они же «зайцы» – люди, которые бегут с определенным заданным темпом и помогают другим марафонцам его поддерживать. Сам я оценил важность таких бегунов, приехав на берлинский забег, который длился 3 часа 10 минут, там было около сорока тысяч стартующих и, соответственно, много «зайцев». Я нашел себе пейсмейкеров, с которыми пробежал всю дистанцию и понял, что если бы не они, я бы мог в какой-то момент и перейти на шаг, и вообще лечь отдохнуть. Когда я осознал, насколько это важно, я стал принимать участие в забегах в качестве пейсмейкера. Это огромная ответственность: вести за собой толпу, для которой ты ориентир.

Комментарии

Наши проекты