Интервью с Айбулатом Акбутиным

Фотограф принял участие в проекте «Вещдоки», проведя несколько недель в зоне боевых действий в Дамаске и посетив полуразрушенные города Сирии, а выставки с его фотографиями прошли в Москве, Уфе и Брюсселе, получив  заслуженное внимание даже от Первого канала.

Этой осенью выставка «Вещдоки» добралась до США: ваши фото были выставлены в Нью-Йорке.
Проект продолжается уже практически без нас, живет своей жизнью, мы работали в нем на стартапе, чтобы показать мнение независимых фотографов о той или иной ситуации в мире. Сейчас «Вещдоки» работают по грантовой системе: люди присылают свои снимки, а кураторы уже решают, брать их или нет. У меня сохранились прекрасные отношения с посольством Сирии в Москве, самим господином послом, нашими тамошними проводниками, поэтому, когда мне позвонили, чтобы попросить поделиться контактами для организации новой поездки, разговор сам собой зашел о том, не хочу ли я съездить еще раз. И я согласился, не раздумывая. Мы хотели показать, как изменилась ситуация в стране и изменилась ли вообще.

Каково же было оказаться в Сирии в третий раз?
Я был рад видеть, что обстановка изменилась, стала более спокойной. Мы были в зачищенных территориях, хотя даже там, бывало, слышали выстрелы в свою сторону. И, конечно, как бешеные русские фотографы, решали сначала доснять нужный материал, а уже потом уезжать. Я с самого начала принял предложение об участии в проекте, потому что хотел попробовать себя в другой ипостаси - фотожурналиста. Мы, конечно, не были военными фотокорреспондентами в прямом смысле, но даже эта попытка многими знакомыми была воспринята как нечто сумасшедшее. Потому что даже наши передвижения в сопровождении военной охраны не всегда были безопасными. И мне было важно испытать себя, свои реакции в такой непростой ситуации, понять, на что я способен.

Как проходили съемки?
Снимать даже мирную жизнь в Сирии сложно: если ты вытащил профессиональный фотоаппарат или просто начал активно использовать телефон, сразу прибегает человек с ближайшего блокпоста и начинает спрашивать, кто ты такой и зачем ты это делаешь. Но слава богу, военные там достаточно дружелюбные по отношению к русским журналистам, и после проверки документов, нам позволяли спокойно работать. Единственный момент был, когда мы решили сделать ночные фотографии Дамаска сверху: военные не могли понять, зачем ставить этот «якобы фотоаппарат» на штатив на двадцать-тридцать минут, а объяснить им технологию использования долгой выдержки было нереально.

Участие в этом проекте изменило ваш профессиональный подход к фотографии?
Поменялись мои интересы, перевернулось мое представление о репортажной фотографии. Просто в один момент я понял, что родной город стал для меня несколько маловат, и мне было необходимо попробовать что-то другое. Поездки и путешествия расширяют кругозор, и сейчас я уже не могу усидеть на одном месте больше двух месяцев, начинаю чудить, появляется апатия. Поэтому за последние полгода я побывал в не только в Сирии, но и Украине, Ливане, Турции, Египте, в ближайших планах Франция и еще несколько стран Европы. Самый частый вопрос, который я сейчас слышу: «Айбулат, привет, ты в Уфе?».

Текст: Наиля Валиева

Фото: Халит Сафин


  • Автор: rada
  • Опубликовано:
  • Материал из номера: Ноябрь 2014

Комментарии (0)

Авторизуйтесь
чтобы оставить комментарий.

Читайте также