МакSим: «В детстве я экспериментировала над чувствами, внешностью, людьми, искала себя и свой мир»

Певица, проведшая детство и юность в районе Горок-2, чьи альбомы расходятся миллионами копий по России, сосредоточенно готовит к выпуску первый альбом без контрактов с мэйджор-лейблами — и открывает свою Школу Искусств.

Вы родились в Казани, учились в 83-й физматшколе. Каким ребенком были - книжным или дворовым?

Книжным человеком я стала сейчас, мне интересно читать то, что я не осилила в институте, из-за прогулов во имя творчества. В детстве я была прямо-таки оторвой. Экспериментировала над чувствами, внешностью, людьми, искала себя и свой мир. Ходила то в дредах, то полулысая, носила зеленые рваные штаны. При этом на доске почета в родной школе до сих висит моя фотография. Но были времена, когда я была и на доске позора, как главный прогульщик.

Кстати, на местную дискотеку в кинотеатр «Комсомолец» ходили?

Конечно, но – по работе, как артист, когда туда еще не пускали моих одноклассниц. А когда пустили, мне уже было не интересно. Я все клубы изучила изнутри: где гримерки, какой свет, где звукорежиссерская. Что происходило на танцполе – не знала. Контингент дворов меня не видел, я была занята песнями, витала в своем мире, была белой вороной.

У вас дома висели чьи-то плакаты?

Нет, я не была поклонницей определенной стиля. Хотя слушала, к примеру, The Doors - о чем я думала тогда?.. Не могу сказать, что на меня кто-то повлиял. Дома мы с братом клеили наклейки от жвачек. Культа личности не было. У меня был культ атмосферы, - постоянно переставляла вещи, то устраивала минимализм, то заваливала все дисками. Словом, дизайн меня интересовал.

Что для вас Казань? Место, откуда вы уехали?

Именно так. Я много проводила времени одна. Мне не было плохо, мне хватало общения. У меня был свой мир, я развивалась в одиночестве, вне зависимости от окружения. Сейчас Казань для меня – это, конечно, Габдулла Тукай, поэт, которого здесь преподают со второго класса. Не ассоциировать город с ним невозможно. И еще мне вспоминается стих, который написал Рустам Кутуй – его в моем сердце ничего еще не заглушило: «Никто не любил меня так, Как моя собака». Сейчас я много читаю, к примеру, из Серебренного века, это точно мое. Но «Собачье счастье любить» - это тоже моя ассоциация с Казанью.

Вы учились в КАИ на факультете связей с общественностью, почему?

Это я теперь стараюсь соответствовать образу девушки, потому что не хочу, чтобы мои дочки носили дреды, и это можно сделать только личным примером, а не наставлениями. Мне жаль родителей, которые, как и все, говорили, что я должна учиться в кульке. И потому я назло пришла, не подготовившись и спорила с учителями. И поступила в КАИ. Теперь вижу, как в огромном количестве артистов, которые получают высшее музыкальное образование, убивается индивидуальность. В сентябре я открываю школу искусств. Мы будем, надеюсь, выпускать знающих людей, за которых не будет стыдно. Будут у нас классические предметы, музыкальная литература, сольфеджио, вокал, будут танцы, открытые занятия, скажем, по технике речи. Будем приглашать успешных артистов, которые смогут дать полезные советы. Надеюсь, что и от меня они получат что-то важное. Я ставила на себе эксперименты десять лет, я не считаю себя продюсером, но могу помочь выбрать правильный путь.



У вас действительно выйдет осенью альбом?

Мы в процессе его написания. Постепенно «выбрасываем» в народ некоторые песни.
Пока что я занимаюсь привычной студийной работой, потом предстоит встретиться с реальностью, разобраться с правами, визуальной историей, всеми деталями, начиная с того, какие шрифты будут использоваться в оформлении. Я и раньше принимала в этом участие, а теперь буду делать это самостоятельно. Это больше похоже теперь на чистое творчество. Потому что контракт с Warner Music закончился. Чуть хаотично, но процесс идет, мы выпустили два песни. Вышел клип «Стала свободней».

Новый альбом выйдет через два с лишним года после «Другой реальности». Это большой срок для вас? Сейчас считается, что надо постоянно напоминать о себе.

Можно, конечно выпускать все подряд. Но мне кажется, что это должно делаться осознанно. Я даю слушать песни сторонним людям. Песни должны нравится не только мне. Часто отдаю их на проверку не музыкантам. Все работает на уровне «нравится - не нравится». Не нужно разбирать нюансы. порой даже резюме не нужно. Если человек хочет ее еще раз послушать — этого бывает достаточно. Сделать качественно все нюансы - уже моя ответственность.

То вы есть легко принимаете критику.

Я сама часто себя критикую, особенно песни, которые уже многократно прослушаны, пересведены. Прикалываюсь над ними. Скажем, долго ходила у нас история, что «Трудный возраст» - про любовный треугольник. Потому что там слышится «О Жене мечтаю» и «Это тело, Толька, для тебя». Часто на записи звукорежиссер сам может переспросить, что я пою, это нормально.

Вы быстро пишете?

Быстро, на листочке, с мелодией. Я не пишу о политике, о спасении мадагаскарских бурундуков, пишу о чем-то интимном, пережитом. Я не заворачиваю это в фантики, я пишу, как хотела бы высказать это лично. А вот когда приходит пора идти на студию, начинается кропотливый труд. В плане записи голоса у меня нет заморочек, а вот подбор нужного слова под каждую ноту - я к этому очень серьезно отношусь.

Ограничиваете себя в плане текстов? Потому что многие выстраивают связи между песнями и вашей жизнью.

Не все песни автобиографичны. Их очень мало. У меня много выдуманных историй, которые живут в голове или появляются после просмотренного фильма. Я очень впечатлительная, могу, придумав историю, расплакаться.

Вам приходилось когда-либо решать вопрос: семья или карьера?

Материнский инстинкт - это было чувство, которое меня поначалу перебороло. Я не могла его контролировать, не могла понять, как жить. Это маленькое чудо занимало все. Потом паника проходит. Можно было бы рассуждать на такие темы, если бы это было работой. А мне удалось стать руководителем своего коллектива, пространства. Мне надо идти на работу, творчество - часть моей жизни. Порой оно даже не приносит денег. От этого мои дети не становятся менее счастливыми. Наверное, позже, в школе, начнутся разговоры вроде «Давай, мама, работай!». Я пока не представляю, как это будет уживаться во мне. Я знаю, что пока детям просто нужна мама, которая рядом, которая обнимет - и так далее.


Вы могли бы поехать на «Евровидение»? Или вы, что называется, артист-почвенник?

Точно знаю, что я пою только для своих. Я никогда не хотела бы там жить. В России могла бы в любой точке найти себя. А за границей - нигде. Я много где была. В Евросоюзных государствах находиться мне сложно. Кажется, что я в конструкторе Lego. Везде есть свои исторические достопримечательности, это интересно, но при этом кажется, что глобализация все захватила - везде одинаковые люди, дети, все постоянно улыбаются – я этого не понимаю.

Родители Марины Максимовой - автомеханик и воспитатель детского сада. В детстве она ходила в секцию карате. Прозвище получила в честь старшего брата Максима. Некоторые ее песни написаны с помощью друзей из Казани – Алсу Ишметовой, Виктории Которовой, Елены Гребневой, Марата Паритова, группы Pro-Z. МакSим начинала сотрудничество с рэперами до того, как это стало мейнстримом - первым опытом стала песня «Нежность», записанная с Бастой. Воспитывает двух дочерей - Александру и Марию.


Текст: Радиф Кашапов

Фото: Юлия Калинина

Благодарим свободное пространство «Циферблат» за помощь в проведении интервью и съемки.


  • Автор: Radif
  • Опубликовано:
  • Материал из номера: Апрель 2015

Наши проекты

Комментарии (0)

Авторизуйтесь
чтобы оставить комментарий.

Читайте также

По теме