Камиль Исхаков: «Я не привык в своей жизни делать что-то для показухи»

Бывший мэр Казани, полпред президента РФ на Дальнем Востоке и постпред России при Организации Исламская конференция недавно отметил 70-летний юбилей. Ныне помощнику Президента РТ поручено возведение соборной мечети.

Как вам удалось шагнуть во власть студентом физфака Казанского университета?

Я для этого ничего специально не делал. Думаю, сыграло то, что я – из рабочей семьи: отец шофер, мать портниха. В четырнадцать лет стал учеником электромонтера связи, дорос до пятого разряда. Дальше – школа рабочей молодежи, техникум связи, физфак Казанского университета. 24 мая 1973 года я защищал диплом в КГУ, а до этого, кажется, 13 мая, меня избрали первым секретарем Советского райкома комсомола. Позднее в том же районе возглавил райком партии. А ровно тридцать лет назад, в 1989 году, стал председателем Казанского горисполкома.

Вы были мэром Казани почти семнадцать лет. Эпоха Исхакова — время ликвидации ветхого жилья, строительства новых микрорайонов и метро, подготовки к 1000-летию Казани. Что было самым сложным?

Все непростые. Но самое большое удовлетворение я получил от реализации программы ликвидации ветхого жилья. Я сам родился в Казани, на улице Островского, 76. Мы жили в коммуналке, в небольшой комнате с тонкой перегородкой на уровне печки, три семьи: наша семья, две сестры папы со своими семьями. Когда мне было четыре года, в 1953-м, мы переехали в поселок Савиновка. Папа построил времянку – маленький насыпной домик, в котором мы провели семь лет, пока не построили шлакобетонный дом. Но многие казанцы жили намного хуже. И я, став мэром, был настроен помогать людям, что-то сделать для них. В итоге мы переселили в новые квартиры сто тысяч человек. Это же целый город!

Многие до сих пор вспоминают ваши планерки в четыре-пять утра, объезды стройплощадок, совещания, которые у вас заканчивались за полночь. Как вас на все хватало?

Помню свой образ жизни в то время – очень поздно завершая работу, забирал с собой почту в нескольких портфелях, ехал до Борового Матюшино на дачу – там воздух другой, быстро высыпаешься. В машине сплю, приезжаю, разбираю почту. Еще несколько часов сплю, и хватало. Помогала спортивная гимнастика, которой я занимался.

Держали под контролем все объекты?

Да. Как-то, в начале 90-х, мы строили первую вышку для сотовой связи на горе в Верхнем Услоне. И я из окна мэрии наблюдал ход строительства в подзорную трубу. Однажды смотрю, на площадку всего три человека вышли, звоню своему заму Олегу Антосенко: в чем дело, почему всего трое рабочих на стройке, непорядок!

Казанцы помнят, как вы возвращали Казанскую икону Божьей матери. Откуда взялась идея?

С балкона. В кабинете мэра есть балкон, который выходит на улицу Кремлевскую. Дверь открыта. И каждый год, когда проходил крестный ход, процессия останавливалась под балконом, и люди кричали: «Мэр, верни нам икону Казанской божьей матери!» Мы отследили путь иконы, выяснили, что она находится у Папы Римского. И тогда я напрямую ему написал письмо – а он ответил: «Приезжайте на аудиенцию, можете взять с собой еще пять человек». И мы поехали в Ватикан. Там и произошел наш разговор с Иоанном Павлом II. Он говорит: «Эта икона – самая дорогая моему сердцу вещь, она меня спасла от покушения, она меня поддерживает, три раза в день на нее молюсь, что же ты от меня хочешь?» Я сказал: «Ваше святейшество, удел святого человека – вернуть святыню к месту ее обретения, чтобы она приносила больше пользы людям».  

Верили, что это подлинник?

До сих пор так считаю. Но даже если это список, сегодня эта икона самая намоленная. Думаю, совсем не наивен был Алексий II. В то время, когда он был еще в Петербурге, ему очень хотелось вернуть храм Казанской Иконы Божией матери православным. И мечтал привезти туда эту икону. Он прошел по всему тому пути, что мы тоже исследовали, и дошел до «Blue Army», есть такая организация в Америке, которая была держателем иконы до Папы Римского. Алексий II никому об этом не рассказывал, не получилось у него забрать икону. Еще интересный факт: после того, как Иоанн Павел II вернул Казани икону, он недолго прожил.

Президент Татарстана поручил вам возглавить возведение Соборной мечети в Казани. Где вы ее видите, в каком месте города?

Вариантов несколько. Один – напротив казанского кремля, между «Ривьерой» и «Чашей». Следующий – на улице Салимжанова, но я не представляю там Соборной мечети, как и в парке 1000-летия Казани, и в районе парка «Кырлай». И вообще, последнее слово за Рустамом Нургалиевичем Миннихановым. Я же буду готовить и обосновывать предложения.

Могли ли вы, советский руководитель, атеист с партбилетом предположить, что вера станет значительной составляющей вашей жизни?

Восемь лет назад, когда у меня умирал отец, он очень хотел, чтобы его сын встал на намаз. Умолял, что называется, на смертном одре. А я не привык в своей жизни делать что-то для показухи. С детских времен мы знали от бабушки некоторые молитвы. Может быть, это генетическая память, – у меня оба деда были служителями ислама, указные муллы: один в Балтасинском районе, другой здесь, в Казани. Оба расстреляны в 1937-м на Черном озере. Свою роль сыграла и Организация исламского содружества, где я четыре года работал постпредом. Без веры человеку нельзя.

Текст: Гузель Подольская
Фото: Юлия Калинина


А еще важно знать, что

Дед Камиля Исхакова по материнской линии был известным исламским богословом - блестящим знатоком и толкователем Корана, участником богословских дискуссий. По отцовской линии тоже были истинно верующие люди и богословы. Отец Камиля Шамильевича был хорошо известен мусульманам не только Татарстана, но и России: он возглавлял исламскую общину в Казани, и мечеть «Казан Нуры» находилась под его управлением.
 

Комментарии (0)
Автор: Radif
Опубликовано:
Смотреть все Скрыть все

Комментарии (0)

Авторизуйтесь
чтобы оставить комментарий.

Наши проекты