• Здоровье
  • Психология

«Достаточно открыть любую соцсеть, чтобы заработать вторичную травму». Как уберечь свою психику от тяжелых новостей?

Подписаться:

Поделиться:

70% россиян испытывают чувство тревоги, говорит статистика аналитического центра НАФИ за сентябрь 2022 года. Во многом оно проистекает из угнетающего потока новостей. Это состояние нельзя назвать посттравматическим стрессовым расстройством: по определению, его жертвы должны лично присутствовать при травмирующих обстоятельствах. Мы же все присутствуем виртуально, через экраны смартфонов, компьютеров, телевизора. Клинический психолог с 10-летним стажем Галина Петракова называет такое состояние «травмой свидетеля». О том, как с ним бороться, она рассказала в книге «Травма свидетеля. Почему мне плохо от того, что я вижу и как с этим справиться», которая выходит в издательстве «Бомбора». Публикуем фрагмент!

Master1305

Вторичная травма

Вторичный травматический стресс (STS) — это термин, используемый для описания определенного явления: люди получают травму не в результате непосредственного переживания травматического события, а из-за того, что услышали о травмирующем событии, случившемся с кем-то. Такое косвенное воздействие травмы может происходить в семейных, социальных или профессиональных отношениях. Проще можно сказать словами автора и популяризатора этого термина, профессора Чарльза Фигли: «Это стресс, возникающий в результате помощи или желания оказать помощь страдающему человеку». В одной из своих ранних работ он писал: «Достаточно быть членом семьи и заботиться о своих близких, чтобы переживать травматичные события, происходящие с ними. Таким образом, мы тоже становимся жертвами из-за нашей эмоциональной связи».

Негативные последствия такого опосредованного воздействия травматических событий могут проявляться по-разному: тревога, различные функциональные нарушения, навязчивые образы, избегающее поведение. В наиболее тяжелых случаях симптомы могут быть такими же, как при ПТСР, и привести к серьезной дезадаптации и снижению качества жизни. Более того, диагноз ПТСР можно поставить, если травматическое событие произошло с близким человека или он, в силу своей профессии, напрямую столкнулся со свидетельствами жертв. В этом случае и при наличии других симптомов заболевания вторичная травма может служить основанием для постановки диагноза посттравматического стрессового расстройства.

Однако очевидно, что людей, переживающих вторичный стресс, гораздо больше, чем тех, кто в итоге подходит под критерии ПТСР.

Так что этот термин, не вошедший в руководство по психическим расстройствам, достаточно активно используется для описания опыта, который переживают представители помогающих профессий. Была разработана даже специальная шкала вторичного травматического стресса (Secondary Traumatic Stress Scale STSS), предназначенная для измерения уровня вторичного стресса на работе. Различные статистические исследования доказывают, что наибольший вторичный стресс испытывают:

  • работники здравоохранения (особенно медсестры и медбратья, работники скорой помощи и персонал онкологических отделений);
  • социальные работники (особенно связанные со службами защиты детей);
  • специалисты в сфере психического здоровья и те, кто оказывают первую помощь пострадавшим (полицейские, пожарные);
  • также есть исследования о вторичной травматизации детей, чьи родители были жертвами Холокоста или беженцами.
Anton Vierietin

Возможно, вам все еще кажется, что это к вам не относится. На это я скажу, что взгляд на вторичную травму расширяется. Последние определения, которые я встречала в зарубежных источниках, указывают на то, что вторичная травма может «возникнуть, если человек услышит о травмах другого человека из первых уст или подвергнется воздействию травмирующих свидетельств посредством изображений или видео». И под это определение может попасть практически любой (кроме тех, кто специально избегает подобного контента).

Травма викария

Пожалуй, если мы начнем искать термин, который будет ближе всего к написанному на обложке, то им станет Vicarious trauma — травма викария или свидетеля. «Травма викария» — термин, который ввели клинические психологи Лиза Макканн и Анна Перлман, специализирующиеся на работе с травмой. Термин описывает, как работа с травмированными клиентами влияет на психотерапевта. По сути, они сужают понятие вторичной травмы и относят его к представителям конкретной профессии.

Почему коллеги выделили именно эту категорию? Главный фактор, который отличает терапевтов, работающих с травмой, — постоянное эмпатическое взаимодействие с клиентом, в теории более глубокое, чем у представителей других профессий. Кроме того, терапевт постоянно сталкивается с деталями травмы клиента в процессе терапии. Все это вместе со стрессом, который может испытывать терапевт в своей личной жизни, создает предпосылки для возникновения определенных симптомов. Они, скорее всего, будут повторять симптомы первичной, фактической травмы, но их интенсивность будет менее выражена. Наиболее универсальные — стойкие негативные эмоции, раздражительность, перепады настроения, повышенная реактивность. Также это может быть и социальная изоляция, агрессия, высокая восприимчивость к насилию, соматические симптомы, трудности со сном, навязчивые образы, цинизм, проблемы в сексуальной жизни, сложности в установлении границ с клиентами, проблемы с безопасностью, доверием, уважением, близостью и контролем.


«Вот 5 типов горя, которые испытывает человек — и действенные стратегии себе помочь

 

Травма викария не является диагнозом. Более того, многие специалисты сомневаются в том, что ее необходимо выделять в уникальный синдром, указывая на сходство с выгоранием и усталостью от сострадания. Последние годы термин «травма викария» стали использовать более широко. Сначала по отношению ко всем людям, оказывающим помощь жертвам травматичных событий в рамках профессиональной или волонтерской деятельности. Сейчас все активнее эксперты по травмам говорят о свидетельском опыте в результате прямого или косвенного соприкосновения с любыми травматичными материалами (прямые свидетельства, фото, видео, интервью, описания) в личной или профессиональной жизни.

По сути, мы видим, что в современном мире вторичная травма, травма викария или свидетеля становятся синонимами и расширяются, захватывая различные социальные группы. Это легко объяснить. Если раньше регулярное столкновение с материалами ужасных, травматичных событий было привилегией (или проклятьем) представителей конкретных профессий, то сейчас достаточно открыть любую из социальных сетей и немного полистать ленту, чтобы заработать вторичную травму.

Pavlova Yuliia
Сейчас достаточно открыть любую из социальных сетей и немного полистать ленту, чтобы заработать вторичную травму.

Свидетельства жертв звучат все громче. Даже самые ужасные события кто-то снимает на телефон. А если нет, то находятся фото со спутника. Один клик — и мы становимся свидетелями.

Симптомы свидетельского опыта, столкновения с вторичной травмой в широком смысле не аналогичны симптомам ПТСР (точно не всему набору). Маловероятно, что вы столкнетесь с флешбэками или диссоциацией. Скорее это будут симптомы общего стресса, причем в том виде, в котором они характерны именно для вас. Подумайте, что с вами происходит, когда вы сталкиваетесь с чем-то крайне эмоционально тяжелым. Опять же, мы понимаем, что для каждого набор эмоционально непереносимых вещей свой. Разрыв отношений, неудачи на работе, финансовые трудности, проблемы в семье. Что с вами происходит в эти моменты? Вы тревожитесь или впадаете в апатию? Перестаете есть или спать? Уходите в мысли или сталкиваетесь с неприятными физическими ощущениями? Курите больше или выпиваете алкоголь? Перестаете видеться с друзьями? Становитесь раздражительным? Ваш вариант?

Вот что начнет с вами происходить при столкновении со свидетельским опытом. В этом плане он будет мало отличаться от любого другого интенсивного стресс-фактора. Механизмы реагирования и борьбы, а значит, и симптомы, будут очень похожи. Важно их отследить.

Комментарии (0)

Купить журнал:

Ваш город
Курск?
Выберите проект: