Право НА ГОРОД

Как формируется город и какое влияние оказывают на него жители? Чем ограничивается  пространство, на которое может влиять каждый горожанин – квартирой, подъездом, двором, улицей или он имеет право на всю городскую территорию? Петр ИВАНОВ, научный сотрудник Высшей школы урбанистики (Москва), редактор портала UrbanUrban.Ruв рамках конкурса дизайна STEKLO прочитал в Казани лекцию на тему «Партисипаторное планировании городов и практики городского дизайна». За мудреным названием – механизмы повседневной жизни современного города, вовлеченность (или скорее – невовлеченноть) жителей мегаполиса в принятие решений власти и бизнеса.

Часть первая:  теоретическая, необходимая для понимания практической

 Что такое урбанистика и партисипаторное планирование? Сначала об урбанистике в идеальном виде. Она объединяет три дисциплины. Первая – городские исследования, включающие в себя понятия географии, геодезии, экологии, экономики, социологии, психологии. Вторая - городское планирование, разработка градостроительной документации, генплана, проектов комплексной застройки. И третья – архитектура и дизайн. Кажется, это не связанные вещи. И в российской реальности они действительно не связаны. Отдельно есть хорошая школа исследования в области городской экономики, социологии. Есть архитектурная школа, городские планировщики, разрабатывающие генпланы, правила землепользования и застройки для российских городов. Но единой взаимосвязанной дисциплины у нас нет. И для дальнейшего разговора это будет важно.

 Урбанистика начала зарождаться в девятнадцатом века в Англии, когда города перестали быть понятными и возникала социология. Например, ученые озадачились многими вопросами и в частности: почему есть трущобы и населяющие их бедняки так и остаются бедными? Важный вопрос, но чтобы иметь возможность его задать, требовалось достичь определенного уровня того, что мы сейчас называем городским планированием. Кстати, шотландский социальный философ и планировщик Патрик Гедес создал такую концепцию городского исследования, что смог создать в 1929 году мастер-план Телль-Авива, который действует до сих пор. Городское исследование Патрика Гедеса подразумевало строгое соблюдение порядка уровней. Сначала геологическое исследование, потом геодезическое, географическое, экологическое, социологическое и  культурологическое. И на основании максимального объема знаний и создается мастер-план. А уже дальше начинается простор для архитектуры и дизайна.

 Что такое партисипаторное планирование в таком ракурсе? Для Гедеса это, безусловно, исследование ландшафта и представление, какая власть бизнес и какие жители существуют на данной территории. Это представление позитивное и отстраненное -  просто ученый наблюдает некую данность. Партисипаторное планирование подразумевает нечто другое - создание некоего «пространства говорения», круглого стола, за которым власть, бизнес и жители могут встретиться, чтобы обсудить свойства ландшафта (города). Но - проблемой урбанистики в России является факт, что такого стола переговоров нет. Что есть? Очень тесные взаимоотношения бизнеса и власти, в рамках которых они хорошо между собой договариваются, вплоть до внесения  изменения в какие-то законы и проведения неких мифических публичных слушаний. Потом формируется ландшафт, власть передает его жителям и – нате вам, живите.

У жителей нет влияния на власть, а есть два пространства волеизъявления. Первое – жалоба. Вы можете написать жалобу в муниципальные службы, если вам не понравилось, например, благоустройство вашего двора. Жалоба должна быть рассмотрена в течение определенного срока. Подчеркиваю - может быть рассмотрена. Дальнейшие действия совершенно не обязательны. Второй вариант – публичные слушания. Но они не являются совершенным инструментом, поскольку не предполагают дискуссии. Невозможно строить дискуссию, когда от вас, требуется лишь говорить «да» или «нет». К тому же проекты описаны сложным технических языком, который не является активным для большинства жителей. Например, предлагают согласиться или не согласиться с проектом планировки линейного объекта. Что это? Разъяснений, как правило, нет.

 Иногда бизнес решает, что не будет вести себя безнравственно и станет интересоваться мнением жителей. Что из этого порой выходит, проиллюстрирую на примере московской фирмы «Девелопер-сити XXI век». Одна из ее фишек – продажа сообществ. Из купивших в домах фирмы жителей создаются ТСЖ, их знакомят с муниципальными властями, депутатами, на курсах обучают управлять домами. Поучительна история с комплексом «Янтарный». Помимо общественного пространства, которое управлялось ТСЖ, рядом с комплексом был сквер. Он принадлежал городу. Но люди привыкли там гулять. И в какой-то момент, когда правительство Москвы решило застроить это место парковкой, проявилось явление, которое называют самозахватом со стороны жителей. Народ возмутился: как  так, наш любимый сквер, где мы с детьми гуляем, застроят дурацкой парковкой. Началось бурное обсуждение на форуме. А дальше произошло невероятное: жители скинулись, купили танк и установили его в сквере. И начали дружно возмущаться: какого лешего собираются снести сквер в честь 60-летия Победы? Разумеется, чиновники не решилось на циничный акт. А люди и дальше продолжали встречаться, проводить вместе время, придумывать какие-то проекты, скидываться на благоустройство своей территории.

 Все жители имеют право на город вне зависимости от их отношения к собственности. Такая идеологема была придумана в 1970-е годы Анри Леферном. Отношение к собственности – это очень важно. Собственник говорит: моя земля, мой дом - что хочу, то и делаю. Но город говорит: минуточку, да, это твоя собственность, но город принадлежит по праву всем горожанам. И они имеют право - почти такое же, как и собственник – решать, что там должно происходить. Последнее придумано последователем  Леферна Давидом Хаги. Оттуда всякие движения  с приставкой «оккупай-», в том числе левые и совсем уже радикализирующие эту идею. Если идею огрублять, то принцип такой – кто раньше встал, того и тапки. Кто изменяет среду, тот и имеет право занимать место, считать его своим. Такое предельно свободное право на город, побуждающее брать в руки баллончики с краской, что-то еще и менять пространство на свое усмотрение.

 Но есть и правовое обоснование партисипаторного планирования, которое тоже исходит из права собственности. Да, собственник обладает правом изменять свой участок, свое здание, как ему заблагорассудится. А также участвовать в переговорах, касающихся каких-то сложных комплексных проектов. Пример - знаменитое перепланирование Парижа в конце девятнадцатого века, когда было расширение проспектов, снос домов, изменение красных линий. Этап согласования с собственниками, регулирования компенсационных выплат и корректирования плана занял около пятнадцати лет. Когда мы признаем священное нерушимое право собственности, мы не можем поступать иначе. И вынуждены длительное время вести переговоры с большим количеством собственников.

А это приводит к серьезным проблемам с большими инфраструктурными проектами. Например, прокладываем город какую-то магистраль. И она проходит через земли некоего гражданина. К нему приходят проектировщики, предлагают ему откупные, а он заявляет: проводите свою магистраль где угодно, только не у меня на заднем дворе. Эти ситуации принуждают к тому, чтобы существовал некий институт взаимодействия с жителями.

 Стандартная опросная социология никогда не поможет нам понять, что происходит в городе. Пример из жизни. В Москве есть департамент жилищно-коммунального хозяйства и благоустройства. Там подумали, насколько далеки они от народа и стали проводить опрос, чтобы понять, как корректировать свою работу в соответствием с мнением жителей. На всю Москву сделали  выборку из тысячи двухсот человек и задали вопросы: как вы оцениваете качество вертикального озеленения у вас в районе? Качество горизонтального озеленения в вашем районе? Самый убойный вопрос – у вас двор достаточно благоустроен? Я бы задал вопрос самим чиновникам: а что вы с этим делать будете? Ну, узнаете, что у пятидесяти человек из двадцатимиллионной Москвы двор благоустроен недостаточно. Что можно рекомендовать? Увеличить благоустройство на сто тридцать процентов? Исследовательская работа должна быть очень точечная. Даже в пределах небольших городов районы могут отличаться разительно.

 Экспертность жителей в планировании городской среды иллюзорна. Разумеется, каждый прекрасно знает, как дойти до магазина или прачечной, и где неплохо бы иметь лавочки. Но вспоминаю один город, в котором каждый житель на вопрос: что вам нужно построить, отвечал – бассейн. На самом деле лично ему тот бассейн был совершенно не нужен. Такое мнение возникло из-за того, что в 2007 году краевая администрация пообещала такое сооружение. Потом грянул кризис, деньги исчезли, а бассейн все как-то хочется. Комичная история. Или взять один городок под Самарой, застроенный одинаковыми трехэтажными домиками одного цвета. А посередине – торговый центр. Кошмар любого архитектора - хуже представить невозможно. При этом социологическое исследование жителей, которые купили там недорогие квартиры, показали - им это очень нравится. Действительно, недорогое сносное жилье. И это приносит им гораздо больше счастья, чем разговоры о качестве среды, дизайне, соразмерности человека планировке и так далее. Такие моменты ставят большой знак вопроса в партисипаторном планировании.

Часть вторая: практическая и немного комическая

 Что такое партисипаторное планирование в действии? Рассмотрим его детально на примере проекта, в котором я участвовал. Представьте район Тропарево-Никулино в Москве, который начал застраиваться с 1969 года. Нашим объектом был один из жилых комплексов из четырех шестнадцатиэтажных панельных домов. Внутри дома двор с фонтаном. С последним связана интересная история, иллюстрирующая, каким образом у нас насыщается городское пространство. В 2012 году мэр Москвы передал западному административному округу триста фонтанов, которые не подключаются к коммуникациями – вода наливается ведрами и там гоняется. Еще есть качели, несколько детских площадок, хоккейная коробка и площадка с турником. Сначала мы решили провести социальное исследование. Разработали анкету из нескольких частей. Первая демографическая: возраст, образование, доход, владение автомобилем, количество человек в семье. Вторая – о том, что люди делают во дворе, что хотели бы делать и вообще посещают ли его в свободное время. Третья часть условно проектная: что является значимым для вашего двора, что ни в коем случае нельзя убирать, что всеми силами надо исправить. Кстати, фонтан, о котором я упоминал, был главным символом неблагоустроенности. Почти все из опрошенных оценивали его резко негативно. Говорили, что это просто издевательство. Мы нашли волонтеров для опроса, разместили в подъездах ящички для сбора ответов, а также поместили анкету в интернет. По нашим оценкам, там почти девятьсот квартир, где проживает около двух тысяч человек.

Были интересные моменты, которые, мне кажется, касаются всех жителей мегаполисов. Первое – недоверие к нам. Сразу возникали подозрения: пытаемся что-то продать, завербовать в секту, агитируем голосовать за кандидата в депутаты. Почти все заявляли: в опросах не участвую. Второй момент – недоверие жителей к власти. Многие отказывались участвовать в опросе на том основании, что « все равно ничего не получится». Говорим - результаты опроса лягут в основу благоустройства вашего двора.  Машут рукой: «Ой, да ладно». То есть для жителей возможность участвовать в обсуждении судьбы их же пространства не очевидна. И приглашение к этому обсуждению видится странным и непривычным. В этом серьезные проблемы коммуникации, потому что речь идет не о том, что жители такие безответственные. Для диалога с властью люди выбирают, как правило, кого-нибудь. Делегируют это право. «Вы меня не опрашивайте, на третьем этаже есть одна активная женщина, она все знает». Или: «У нас есть председатель ЖСК, идите к нему». Еще поразившая деталь: везде железные двери и отсутствие звонков. И сам факт установки этой железной двери - уже серьезный акт недоверия к внешнему миру. А удивление человека, что его вообще спрашивают в судьбе его двора, говорит о непрозрачности власти в принятии решений

После разработки концепции мы пригласили людей на обсуждение. Сначала вывесили такое объявление: ах, приходите обсудим проект вашего будущего двора, как его благоустроить. Отреагировало человек пятнадцать. По причине зимы встреча происходила в подъезде. Развесили большие плакаты, стали пытаться обсуждать. Сразу стало понятно что есть большая сложность. Люди категорически отказывались говорить за себя. Выходит человек и говорит: ну, бабушкам нужна скамейка, детям детская площадка и горка, подросткам баскетбольный щит. Когда спрашиваем: «А лично вам что нужно?», теряется. Это совершенно бесконфликтное мнение. Никто ведь не скажет: «Зачем бабушкам скамейки, с ума сошел?». Все согласятся - нужны. Это консенсусное нейтральное мнение - ни о чем. Поразило, что во время обсуждения в подъезде человек пятьдесят прошло мимо и никто не поинтересовался, что за тусовка, что происходит.

 Поскольку благостная картинка привлекла лишь пятнадцать человек, провели эксперимент. С помощью фотошопа сделали другой плакат - «замостили» весь двор машинами и написали: вот что ждет ваш двор, если вам все равно. За вас решат другие, и не удивляйтесь результату. Вторая встреча проводилась уже в хоккейной коробке, куда пришло человек двадцать пять. Это была армия, готовая взяться за топоры и вилы. Люди возмутились и не так сильно стеснялись публичных высказываний. И не отказывались говорить за себя. Хотя трое пришли поддержать именно такой проект.

Проект все-таки родился. Он активно освещался в СМИ, понравился и администрации города. Мы рассчитывали на деньги муниципалитета. Но тут сменился его глава, что-то там упразднили, реорганизовали, и денег на все задуманное не хватало. Однако постепенно как-то разрулилось. А когда мы рассказывали о своей концепции на комитете по благоустройству, первая реакция была очень забавной. Глава департамента по ЖКХ и благоустройству все слушал, кивал, приговаривал: «Как интересно, как интересно». И предложил оборудовать так же триста двадцать дворов. Увидев нашу реакцию, быстро сказал: «Ладно – пятьдесят». К сожалению, администрация не поняла, в чем идея: каждый проект должен соответствовать определенным сообществам людей, живущих в тех домах. Ведь в других домах живут другие люди. Невозможно взять и наштамповать пятьдесят таких дворов. Это не имеет никакого смысла.

 Самое интересное, что говорили потом жители: «Ну вот, опять кучу денег распилили, а нас не спросили». Донести мысль, что все происходило как раз таки наоборот, не получилось. И не потому, что они все такие равнодушные, не замечающие добра. Но при всем пофигизме у них есть стремление к истории жизненного успеха. Они тепло относятся к территории двора - проводят свободное время, гуляют с детьми, даже праздники отмечают. Просто «не спрашивают и распилили деньги» - нормально и ожидаемо. И разубедить, что может быть иначе, невозможно. Не понятно, как достучаться до людей, как же выяснить у них, что они хотят, если у них железные двери и нет кнопок звонков. Внушает оптимизм, что хотя бы общественный запрос на то, чтобы у людей спрашивали мнение, существует.

 

Петр ИВАНОВ - научный сотрудник Высшей Школы Урбанистики (Москва), научный редактор портала UrbanUrban.RU, магистр социологии, приглашенный преподаватель РАНХиГС, социальный исследователь».


  • Автор: Lyilya
  • Опубликовано:
  • Материал из номера: Апрель 2014

Комментарии (3)

Авторизуйтесь
чтобы оставить комментарий.

  • Гость 9 июня, 2014
    http://prodawez.blogspot.ru/ Ваши покупатели Ваши покупатели http://prodawez.blogspot.ru/
  • Гость 23 мая, 2014
    Здpaвствyйтe! Bаc интeресyют kлиентскиe базы данных? Здравствуйте! Вас интересуют клиентские базы данных? http://w.w/
  • Гость 10 мая, 2014
    http://prodawez.blogspot.ru/ Индивидуальные базы данных для продажи Ваших товаров и услуг!!! Индивидуальные базы данных для продажи Ваших товаров и услуг!!! http://prodawez.blogspot.ru/

Читайте также

По теме