Основательница «Фруктовой лавки» Марина Станчиц: «Закупочная цена на имбирь и лимоны поднялась в 25 раз!»

Из штаб-квартиры «Фруктовой лавки» в Петербурге Марина Станчиц управляет оптовой компанией «Агротехнолоджи», которая импортирует фрукты и овощи со всего мира и обладает годовым оборотом в миллиард рублей. Мы узнали у инсайдера продовольственной индустрии, ждать ли скачок цен в ближайшем будущем и можно ли отличить по вкусу крымские томаты от итальянских.  

1. Об ажиотаже на продовольствие

Что касается розничных продаж: в «Фруктовых лавках» закончился даже элитный итальянский рис, который никогда не пользовался повышенным спросом! Да, в марте случился «бум», когда все побежали скупать продукты. Но наших лавок он коснулся меньше, люди ожидаемо пошли за большими покупками к ритейлу.

Сейчас наши магазины стали посещать реже, но средний чек вырос от 50% до 80%. Доставка работает все еще бесплатно: эти деньги не спасут. Но на днях в «Фруктовую лавку» зашла пожилая пара – даже без масок. Я умоляла: «Вы этот магазин знаете, как свою квартиру. Позвольте принести все к вашему порогу. Не рискуйте собой!». А они отказываются, говорят, это возможность прогуляться.


В результате закрытия границ закупочная цена на имбирь и лимоны поднялась в 25 раз. 

Восемьдесят процентов нашего товара— импорт, поэтому в связи с курсом евро поднялись цены на 10%. Ожидаемо возникли проблемы с поставками. Например, ягоды покупали в Марокко: сейчас авиасообщение в стране закрыто, порт давно не работает, введен комендантский час — пришлось делать реэкспорт. Это возможно, когда дружественная голландская компания покупает в Марокко, а затем продает нам.

Недавно получили последние манго и бананы из Таиланда: грузовых самолетов нет, но будем пытаться поставить на тех, что эвакуируют туристов. В результате закрытия границ закупочная цена на имбирь и лимоны поднялась в 25 раз. А привезти его из Европы не можем из-за контрсанкций.

2. О ценах после пандемии

Мы всегда идем навстречу покупателям и разуму. Например, сейчас мы продаем малину, стоившую 150 рублей, в 2 раза дешевле. Нет спроса. Также снизили цены и для торговых сетей, чтобы они могли закупить больше. И это не разовая история. Во «Фруктовой лавке» минимальная наценка: я не продаю товар дороже, чем позволяет его качество.

Скорее всего, из-за кризиса цены вырастут, но не критично. Трудно прогнозировать, когда новости приходят к нам каждый день! На прошлой неделе мы торговали с оптовиками почти по себестоимости, но что будет на следующей — не знаю. Сегодня на 300 рублей выросла цена на клубнику и голубику, но вчера мы об этом даже не догадывались.

Когда границы откроют, многие позиции перестанут быть дефицитными, а значит цена снизится. Но ценник можно ставить какой угодно — вопрос, будет ли покупатель?

И пока совершенно непонятно, как россияне будут реагировать на коронакризис. У моих итальянских друзей заканчиваются деньги, некоторые даже просят в продуктовом магазине давать в долг.

Из своих сотрудников я перевела на удаленную работу только тех, кто находится в зоне риска или воспитывает маленьких детей. Предложила всем, не хочу рисковать. Но менеджер не может продавать товар, который не видит. То же со складом, водителями. Все-таки мы кормим город. Купили для компании дезинфицирующие средства, маски, перчатки. Фотографируем, как обработали коробки с товаром, который развозим по магазинам.

3. О поставках в условиях закрытых границ

А если говорить с точки зрения владельца оптовой компании, которая импортирует в Россию фрукты, в бизнесе ситуация тяжелая еще с 2014 года, хуже не стало. Тогда Президент ввел запрет на ввоз в страну сельскохозяйственной продукции, произведенной в некоторых странах Евросоюза.


Черри, которые мы поставляли из Нидерландов, делали любой салат произведением искусства: в них содержалось от 12% до 17% сахара при норме в 7%. 

У меня были лучшие в мире поставщики, которых я долгие годы собирала как жемчуг. Мы возили деликатесные сорта манго из Австралии, свежайшие ягоды из голландского филиала «Дримкас», томаты из севера Франции, персики, мандарины и апельсины из горных регионов Италии. Черри, которые мы поставляли из Нидерландов, делали любой салат произведением искусства: в них содержалось от 12% до 17% сахара при норме в 7%. На наших прилавках был лучший в мире сорт дыни «Пиэль де Сапо». На его плантациях в Испании я была лично и видела, как к каждой лозе работники прикрепляют пакетик с насекомыми-киллерами, поедающими тлю. Таким образом, удается избежать опрыскивания ядом.

После введения контрсанкций мы вынуждены работать с худшими поставщиками на мировом рынке, среди которых Уругвай, Марокко, Сербия. Вы ужаснетесь, если увидите, в каких условиях там выращивается товар. 

Казалось бы, хорошей альтернативой станет Турция. Но качественный товар у них дорогой, а доступный для массового российского покупателя — пластиковый из-за удобрений и гормонов роста.

Срок доставки вырос с 4 дней до 2 недель. Машины с фруктами и овощами стали растомаживаться на границе Белоруссии и ЕС, затем Белоруссии и России и в последний раз — в Москве. Из-за постоянных выгрузок, а следовательно нарушения температурного режима, товар приходит в магазины, потеряв свежесть.

То, что возможно заменить — заменяем российской продукцией. Очень эффективно сотрудничаем с Крымом: получаем прекрасную клубнику, шпинат, рукколу, желтые и красные арбузы (по вкусу очень похожи на тайские), молодой картофель, ялтинский лук, томаты. Их качество может сравниться с Италией и Испанией. Но эта продукция одна из самых дорогих на внутреннем рынке.

Leontiy Kasatkin,
Комментарии

Наши проекты