Личный опыт: сколько на самом деле зарабатывает дизайнер одежды в России?

Основательница успешного петербургского бренда на условиях анонимности рассказала «Собака.ru» о том, как выжить и заработать в моде. Сколько денег нужно для стартапа, как на бизнес влияет курс валют, зачем на самом деле нужны коллаборации, и когда в жизнь дизайнера приходят миллионы?


Запуск бренда: 500 000 рублей
Средняя цена вещей: 7000 рублей
Содержание магазина в Петербурге: 250 000 рублей 
Открытие магазина в Москве: 2 000 000 рублей
Ежемесячный заработок: от 100 000 до 500 000 рублей


О первых вложениях в собственный бренд 

Дизайнером одежды я хотела стать еще в школе, но изначально даже не планировала открывать свое дело. И когда я после обучения и работы на другой бренд задумалась о создании собственного, то одной из главных проблем для меня стал выход из зоны комфорта. Я хорошо зарабатывала, вкусно питалась и часто путешествовала — а тут мне пришлось вкладывать абсолютно все деньги в стартап. И это не только личные накопления: для того, чтобы открыть свою марку, чаще всего приходится брать кредит. Сначала я взяла один кредит, через пару месяцев второй — в общей сложности на начальном этапе я вложила в бренд полмиллиона. И только через 7-8 месяцев я вышла в нормальный оборот, хотя о хорошем личном заработке речи не шло еще полтора года. У меня были минимальные доходы — чтобы оплатить съемную комнату и купить какие-то продукты. Конечно, в этом плане во многом помогали друзья.


Моя первая коллекция оказалась провальной — ни одна вещь не продалась 

Первые деньги при создании бренда уходят на покупку оборудования. Многие дизайнеры не ограничиваются одной швейной машинкой, а сразу берутся за масштабное производство — тогда нужно платить еще и за рулоны тканей и работу швей. Лично я первые модели одежды, продуманные еще за год до основания своей марки, отдавала на реализацию нанятой швее. Она приходила после основной работы на 3-4 часа пару раз в неделю, чтобы помочь мне с партией для отправки в дружественные магазины. За одно выполненное изделие она получала 450-500 рублей. Это было больше, чем ей платили на основной работе, но, естественно, за такие деньги со мной соглашался сотрудничать далеко не каждый. Я говорила: «Ребята, я только начинаю свою карьеру, у меня попросту нет больших денег», и ко мне шли либо опытные девочки на фрилансе, либо швеи, нуждающиеся в дополнительном заработке. 

О первой коллекции

Кроме швей, оборудования и достаточного количества материалов, нужно, конечно, вкладываться в рекламу. Но я первое время раскручивала марку сама — только через полгода смогла накопить на создание нормального сайта. Возможно, именно поэтому моя дебютная коллекция оказалась провальной — за год я не продала ни одной единицы. Никто не хотел покупать вещи у неизвестной девочки по ценам до 7000 рублей, тем более что я позиционировала их как «одежду для дома». В российских квартирах не принято ходить в дорогих халатах или пижамах — все носят растянутые футболки и треники. Зато сейчас, когда люди находят в сети мой первый лукбук, интересуются: «Где можно купить эти классные вещи?». Я сделала их более повседневными, снизила себестоимость и продаю сейчас как базовые модели. Расходятся как «горячие пирожки»!

О влиянии курса валют 

Я делаю одежду из импортных тканей, поэтому каждый раз, когда перевожу евро и доллар в рубли, хочется пойти в магазин и купить валерьянки. Могу сказать,что в начале 2019-го подорожают абсолютно все масс-маркет бренды, которые приходят в Россию из-за рубежа — людям станет сложнее одеваться даже в H&M и Zara. За те же деньги они смогут купить вещь российского дизайнера, которая не потеряет цвет и качество после пары стирок и глажек. К примеру, я ношу свитшоты своего же производства почти каждый день в течение двух-трех лет — их ткани, крой и минималистичный дизайн на это и рассчитаны. Плюс, людям сейчас приятнее покупать одежду, сделанную не бездушной машиной коммерческого конгломерата, а имеющую определенный «душевный» бэкграунд. 

На ценовую политику моего бренда влияет не только курс валют и приобретение более качественных материалов, но взросление целевой аудитории. Со временем девушки переодеваются из инфантильных платьев в офисные костюмы и хотят носить его долго, с комфортом. Если в начале самая дорогая вещь моей марки стоила 4500 рублей, то сейчас — это 16 500 рублей. И люди готовы платить эти деньги. 

О первом магазине в Петербурге

Магазин я открыла спустя три года существования бренда. Располагается он, естественно, в арендованным помещении. Из всех петербургских дизайнеров, наверное, только Татьяна Валентиновна Парфенова имеет пространство в собственности — это очень удобно, но пока я вынуждена тратить на содержание своего магазина порядка 250 000 рублей ежемесячно. В эту сумму входит аренда и зарплаты четырем сотрудникам. Но бывают и дополнительные вложения: в магазине мы продаем не только вещи собственного бренда, но и обувь, косметику, украшения других российских дизайнеров. Также сейчас, в отличие от первых этапов развития марки, мы активно даем рекламу, поэтому ежемесячные вложения могут вырасти до полумиллиона рублей.

Мой магазин располагается не в шопинг-центре и не на самой оживленной улице города: к нам приходят целенаправленно и осознанно, конкретно наши клиенты. Так что арендная плата за помещение весьма адекватна, в то время как на Невском проспекте за соразмерную площадь просят до одного миллиона рублей. Если вы не общепит и не кластер с огромным количеством посетителей в день, то такая цена окупается очень редко.


Арендовать площадь под магазин на Невском проспекте стоит около 1 млн в месяц

Об открытии магазина в Москве

Несмотря на то, что у меня есть собственный магазин, многие вещи я продолжала продавать через оптовых клиентов. В прошлом году они стали массового закрываться: магазины российских дизайнеров, которые располагались в торговых центрах и лофтах, перестали тянуть аренду или меняли условия размещения брендов. У меня было два варианта: либо открыть еще один магазин, либо сократить производство. Конечно, я не ищу легких путей, поэтому выбрала первый, решив запустить точку в другом городе — Москве. Судя по статистике из социальных сетей, 70% наших клиентов живут в столице: если цены на мои вещи для Петербурга лояльны, то для Москвы они идеальны.

Открыть магазин в Москве невероятно сложно, это совсем другие вложения. Только на рекламу и маркетинг мы потратили 250 000 рублей, стоит ли говорить про стоимость аренды? Часть этих денег была взята из банковского кредита «под бизнес», часть средств — у близких друзей. Так как я ответственна, хорошо считаю и максимально вкладываюсь в развитие, то всегда уверена, что отдам займы. Даже сотрудники банка от меня в шоке: «Как у вас получается так быстро выплачивать деньги?». Учитывая это, мне проще взять кредит, чем соглашаться на спонсорскую поддержку. Ко мне часто приходят «дяденьки» с предложениями помощи, но я пока не готова делиться бизнесом, который начинала с нуля.

О Неделях моды

Я не раскручиваю бренд через систему Недель моды — считаю, что это прошлый век, и для дизайнеров сейчас есть более интересные мероприятия. Выставки, трейд-шоу, выездные шоу-румы в Париже — все лучше, чем показушные пафосные перфомансы, которые коммерчески не работают. Мир моды уже давно понял, что это вымирающий формат, в России еще и не успевающий по сезонам. Поэтому намного лучше вкладываться в продукт, который крут без рекламы подобного рода. 

О коллаборациях

Одним из лучших средств заявить о себе и привлечь принципиально новых клиентов являются коллаборации. Объединение двух брендов — интересный инфоповод для медиа, о котором им хочется рассказывать своим читателям. Но я иногда запускаю коллаборации с марками, которые мне нравятся по своей идеологии и дизайну — это больше дружеская и имиджевая истории, а не средство заработка. Конечно, в мире высокой моды, если мы говорим о Louis Vuitton X Supreme или Nike X Off-White, коллаборации помогают значительно повысить доходы: дизайнеры выпускают вещи ограниченным тиражом и ставят на обычный брелок цену в несколько сотен евро. Мой бренд пока не достиг такого уровня, поэтому я сотрудничаю с другими марками, чтобы расширить направленность и профессионализм своей. 

О личных доходах и расходах

Спустя пять лет существования бренда его годовой оборот составляет 24 млн рублей. Но честно: бывают месяцы, когда мой личный доход равен нулю. Если я не вкладываюсь в проекты (фотосессии, коллаборации, открытие магазина), то зарабатываю от 100 000 до 500 000 рублей в месяц. Для комфортной жизни мне нужно как раз 100 000 рублей: эти деньги уходят на хорошую еду, занятие спортом, частые путешествия и оплату ипотеки. Зачем мне снимать квартиру, если я могу платить ту же сумму за свою, хотя мои знакомые удивляются: «Ты все время к кредитах и ипотеках, как ты вообще живешь?». Хорошо живу, потому что умею стабильно зарабатывать и рассчитывать расходы. С самого начала моей дизайнерской карьеры веду приложение «Кошелек», где записываю все уходящие и приходящие деньги — от аренды помещения до покупки печенек к чаю. Я не из семьи Ротшильдов, меня никто не снабжает деньгами, поэтому «финансовая дисциплина» один из основополагающих моментов моей карьеры. Хочешь быть успешным дизайнером — учись не только рисовать эскизы, но и считать.

Расшифровала Ксения Ижик

Комментарии (0)

Авторизуйтесь
чтобы оставить комментарий.

Наши проекты