18+
  • Развлечения
  • Кино и сериалы
Кино и сериалы

Елизавета Янковская: «Мечта про принца на коне мне всегда казалась очень смешной»

В российский прокат с 14 марта выходит антиромком «Фрау» Любови Мульменко — трогательная история отношений интровертного продавца магазина для охотников и рыболовов Вани и балерины Кристины. «Собака.ru» поговорила с исполнительницей главной роли в фильме Елизаветой Янковской о нелюбви к себе как движущем мотиве героев, одиночестве, съемках в Перми с бабушкиными блинами и сентиментальности.  

Елизавета Янковская
Фото: Дима Черный, предоставлено командой фильма «Фрау»

Елизавета Янковская

Как в вашу жизнь пришел фильм «Фрау» — вторая режиссерская работа сценаристки «Верности» и русских диалогов в «Купе номер 6» Любови Мульменко?

Мне на почту прислали сценарий от агента и приглашение на пробы. Я знала, кто такая Люба Мульменко, поэтому сразу начала его изучать. Прочитала — и разревелась, так он мне понравился. И сразу же начала читать второй раз. У меня не было никаких сомнений: нужно идти на кастинг, но вот в утверждение я абсолютно не верила. Потому что у меня так обычно и бывает — как только что-то понравилось, тронуло, попало в меня, сразу начинаю сомневаться, что возьмут. На пробах прямо передо мной была девочка-балерина. Я подумала: «Ну все, я-то не балерина, меня точно не утвердят». И пошла знакомиться с Любой.

Что вас зацепило в этой истории про отношения интровертного сотрудника магазина «Охотник и рыболов» Вани и балерины Пермского театр оперы и балеты Кристины?

Сценарий очень точный. Наверное, даже самый точный из всех, что ко мне когда-либо приходили. Я в нем узнала себя.

В героине?

Да, и в Кристине, и в самих ситуациях — во всем.

Как ни странно, я тоже узнала себя в этих странных, совершенно не похожих на меня героях. Как думаете, почему они оказываются так близки зрителям?

Дело не в прямом сходстве, а в поиске отношений как спасении от одиночества. Когда я прочитала сценарий первый раз, мне показалось, что это про одиноких людей, которые понятия не имеют, что такое любовь и пытаются найти ее странными способами. У Вани — рациональные сказки и нестандартные представления обо всем, у Кристины — болезненные отношения с женатым врачом, она совершенно не счастлива жить с мамой и с бабушкой и пытается от себя убежать с помощью мужчин. Это про людей, которые себя совсем не знают.

Играющий Ваню Вадик Королев говорит, что фильм еще о том, что не надо бояться одиночества.

Абсолютно согласна. Для меня «Фрау» про принятие одиночества. Персонажи пытаются заткнуть свои дыры другими людьми, и из-за этого происходят все их проблемы.

А почему Кристина вообще захотела в этот странный мир Ивана, диаметрально не похожего на нее человека?

Затыкание дыр ведь происходит по-разному: либо ты закрываешь ее тем же самым, либо —противоположным. У Кристины были болезненные отношения с персонажем Алексея Розина —взрослым, состоявшимся, женатым. И чтобы вытеснить его, она выбирает кардинально другого партнера. Когда Кристина и Ваня встречаются, их запросы очень похожи. Ваня живет в мире рыцарских романов и советских фильмов. Кристина выросла в классической женской семье без отца и ее взгляды на отношения строятся на том, что мама говорила про папу, воззрений бабушки, журналов, фильмов, возможно, телешоу. У нас ведь всех за жизнь накапливаются представления, какими должны быть отношения. А когда мы в них входим, то ничего не получается, потому что на самом деле все совершенно не так.

Такое ощущение, что Кристина очень хочет построить свой дом, которого в родительской семье у нее не было. И тем самым она постепенно рушит дом Вани и тот уютный старомодный мир, в котором ему было хорошо: выкидывает его банки в горошек, бабушкины шторы.

Мы с Любой про это много спорили, даже после фильма. Да, у Вани есть свое пространство, но когда к нему присоединяется другой человек, оно должно меняться и становиться обоюдным.  При этом Кристина лезет и в его жизнь: начинает вторгаться в отношения с друзьями, хочет, чтобы он не ездил на рыбалку, а остался с ней. В этом она уже становится токсичной. Но изменение дома и быта неизбежны, когда люди начинают жить вместе и превращают пространство одного в общее. Когда мы обсуждали это с Любой, она меня убеждала, что дело не в содержании, а в форме: как именно героиня формулирует свои пожелания. Пожалуй, у Кристины есть токсичность, но ее можно оправдать тем, что она уже взрослая девушка, а у нее до сих пор нет дома, у них с мамой на двоих по-прежнему одна спальня. Это ненормальная ситуация. Она переносит личные проблемы на другого. Когда не знаешь себя, но пытаешься строить отношения, это всегда токсично.

Но по сравнению с Иваном токсичным будет выглядеть даже ангел. Кристина просто хочет жить нормально, а он обитает в предыдущей или вовсе несуществующей эпохе.

Да, у нее такая неосознанная токсичность, она не хочет быть такой, просто так получается.

Кадр из фильма «Фрау»
кадр из фильма, «Пионер»

Кадр из фильма «Фрау»

А вы когда-нибудь мечтали стать балериной?

Я занималась в детстве балетом два года. Лет в семь или восемь меня отдали в балетное училище на 2-Фрунзенской. Когда я туда пошла, то представляла, что мне сразу дадут красивое платье, пачку, и я буду танцевать. Но два года подряд я только стояла у станка и кидала ноги в разные стороны. В результате разочаровалась, поняла, что мне еще очень далеко до того, чтобы выходить на сцену и танцевать на пуантах. Это не соответствовало моим детским ожиданиям. Я психанула — и ушла.

Но в итоге в «Фрау» вы на сцене — Жизель в красивой пачке и пуантах!

Точно! Параллельно с «Фрау» у меня шли съемки в сериале «Балет», и я много времени проводила в этом обществе. В проекте Жени Сангаджиева мы работали вместе с прекрасной Ксенией Шевцовой, на тот момент примой Театра им. Станиславского (сейчас Ксения в Баварском государственном балете — Прим.ред.). Я попросила ее объяснить мне балетную логику, как учат играть ту же Жизель. И это стало для меня большим откровением. Если в драматических актерских школах очень глубоко копают в поисках характера персонажа, в балетном мире все построено на физической форме.

Кадр из фильма «Фрау»
кадр из фильма, «Пионер»

Кадр из фильма «Фрау»

Сложно давалось переключение?

Да, при этом не сами балетные вещи. Перед съемками я долго занималась с балетными ребятами. Меня учили правильно ставить ноги, держать руки, давали упражнения на спину, но намного сложнее оказалось другое. Вот Жизель — бедная наивная крестьянка, которая гадает на ромашке о чувствах Альберта. А когда тот подстраивает, что якобы любит, оторвав лишний лепесток цветка, — верит этому. Для меня сложнее всего была на балетных съемках эта сцена с гаданием. Мне нужно было без иронии сыграть, что ромашка якобы говорит, любят тебя или нет. Я все время кололась и смеялась. Я вообще человек очень ироничный, и мне сложно даются такие наивные лирические персонажи. А вот Кристина, как мне кажется, по своим романтическим представлениям о жизни с Ваней очень близка к Жизели. Тоже находится в волшебном мире своих иллюзий.

Но Жизель при этом — персонаж очень трагической судьбы. Она умирает за свою любовь, а виновника своего страдания, несмотря на его обман, отпускает жить с другой. Кристина же прекрасно знает, например, что встречается с женатым и сильно пьющим мужиком. Очевидно, что ничего хорошего в этих отношениях ей не светит.

Это ведь история еще и про большую нелюбовь к себе. Трезвое понимание, что он женатый, пьющий, и все безнадежно — тот анализ собственной жизни, который свойственен только рационально мыслящим людям. Когда они узнают себя и понимают, чего хотят, то начинают себя любить.

Мне сейчас 28 лет, и я только сейчас стала осознавать, что это значит — любить себя. Я понимаю теперь, как любовь и уважение к себе влияют на всю жизнь и собственные выборы. У Кристины всего этого нет. Она в таких координатах не мыслит, а пытается, как в балете, сделать конкретную композицию, которая должна определенным образом выглядеть. И у Вани то же самое. Он тоже воссоздает абстракцию из своей головы. Вот они вместе что-то создали, проходит полгода, начинается зима, и выясняется, что ничего не работает. Потому что нельзя строить свою жизнь, как в либретто или как в сказках. Из этого ничего не выйдет. Это неправда и иллюзии, которые делает людей супернесчастными.

Елизавета Янковская
Фото: Дима Черный, предоставлено командой фильма «Фрау»

Елизавета Янковская

В одной из рецензий на «Нику», фильм в котором вы играете поэтессу Нику Турбину, я прочла удачное определение, что у вас в глазах «обреченность всего поколения». Мне кажется, что в Кристине это тоже есть.

Я не то, чтобы зациклена на себе, но действительно много думаю. Поэтому у меня такой сложный взгляд. Первым на это обратил внимание мой педагог в ГИТИСе Гриша Добрыгин. На учебной репетиции он мне сказал, что я все время смотрю как будто внутрь. То есть мои глаза постоянно показывают какой-то мыслительный процесс, а у персонажа, который мы на тот момент репетировали, не могло быть такого. Там должны были быть глаза, которые смотрят наружу. Он отметил, что у меня слишком глубокий взгляд, который выдает во мне ум, но не всегда подходит для конкретного героя. И он стал учить меня вытаскивать этот взгляд из себя наружу.

А как вы с Вадиком сработались?

Мы познакомились на пробах. Казалось бы, логичнее найти сначала актера на роль Вани, а уже потом под него подбирать Кристину, но получилось наоборот. Я была утверждена первой, а дальше мы вместе с Любой почти два месяца искали Ваню. Я ходила на пробы, как на работу. А потом пришел Вадик, и это было невероятное попадание. Он ничего особенного не делал, но сразу стало понятно: он и есть Ваня. А через пару дней после его утверждения я пошла к нему на концерт группы OQJAV. До этого я не слышала его музыки, а тут вдруг увидела, что у него есть и другая личность: художественный образ, в котором он выступает со своими текстами. И эта личность совсем не была похожа на Ваню, совершенно другой человек. Там было много женщин, которые практически лежали на сцене, крича: «Вадик, Вадик!» Я позвонила Любе и спросила: «А ты точно уверена, что он подходит на эту роль?» (Улыбается.)

Хорошо, что не отговорили!

На съемках я узнала, Вадик — невероятный партнер, очень тонкий, слышащий, крутой. Я на него смотрела и думала: «Как ему удаются такие вещи?» Я шесть лет училась в институте, до этого четыре года в театральной школе, а у него получается лучше за счет внимательности к другим. Мы очень подружились за полтора месяца съемок. Каждый вечер мы сидели за отелем на фонтане, читали, прогоняли текст и разбирали все, что там происходит. У Любы в сценарии все есть, но это очень тонкое кино, в котором оба партнера должны четко понимать, что они делают и о чем — каждую сцену. Вадик — очень хороший партнер, настоящий подарок.

Кадр из фильма «Фрау»
кадр из фильма, «Пионер»

Кадр из фильма «Фрау»

А Люба — подарок?

Люба стала большим моим и Вадика другом после съемок «Фрау». Она одна из лучших сценаристок в нашей стране и тот режиссер, который заставит тебя ее слушаться. Просто потому что ты сама этого захочешь без принуждения. Чтобы фильм получился и ее мир создался, ты понимаешь, что должна к ней прислушиваться. Люба — невероятно тонкая в личном общении и в репетициях. А на площадке практически ничего не говорит, только правит, если ей что-то не нравится. У нее совершенно особые отношения со словом, она идет через него, и все закладывает в сценарий, нужно только присмотреться. В Любе растворяешься, у нее все замешено на фантастической любви. Она говорит, что главное — подобрать правильную команду, а потом уже все происходит на человеческом уровне. Этому не учат.

«Фрау» снимали в Перми. И для Любы, и для Вадика это родной город, а каково там было вам?

Пермь — мой любимый город России. Я была там два раза в экспедициях, и оба раза оказались невероятно счастливым временем. Мы с Вадиком иногда даже смеялись над моим абсолютно романтизированным представлением о Перми. А еще на четвертый день съемок Вадик пригласил всю нашу небольшую актерскую команду — Максима Стоянова, меня, Дашу Коныжеву — в гости к своей бабушке на блины. Она живет в деревне Хохловка — там домик, рядом речка. Мы ели бабушкины блины, и это было очень трогательно.

Кадр из фильма «Фрау»
кадр из фильма, «Пионер»

Кадр из фильма «Фрау»

Вас в жизни кто-нибудь называл «фрау» или как-то еще необычно?

У меня были поклонники, которые звали меня по имени отчеству. Когда я в институте играла разных лирических персонажей вроде Джульетты, то были молодые люди, которые воспринимали меня, как этих героинь. Общались со мной, будто бы я и есть Джульетта, а я в жизни достаточно грубая и очень ироничная. Но я подыгрывала. «Ты реально думаешь, что я Джульетта? Хорошо, давай поиграем в это. Где мой яд? А твой где? И почему вообще ты еще не умер?»

И никогда не мечтали про принца на белом коне?

Никогда! Я наблюдала за своими родителями, которые существовали всегда в невероятном юморе. Они друзья, постоянно подшучивают друг над другом. Мечта про принца мне всегда казалась очень смешной. В моей жизни не могло бы случиться такого Вани, как в «Фрау». Я бы все время смеялась, шутила над ним, максимум дружила бы с ним, но никогда не смогла бы вступить в романтические отношения.

Неужели вы совсем не сентиментальная?

Я очень сентиментальная, но прикрываюсь юмором. Может быть, поэтому я этого всего боюсь. Или показывать свои чувства. Но если у многих жизненный пусть идет от простоты к глубине, то у меня наоборот. Я постепенно освобождаюсь от сложных вещей и прихожу к прекрасной простоте. Может быть, когда буду пожилой женщиной, тогда и начну мечтать о мужчине на коне — просто чтобы мы вместе с ним пошутили, посмеялись и поездили на этом коне. (Улыбается.)

Текст: Елена Слатина

Комментарии (0)

Купить журнал: