18+
  • Мода
  • Вещи
Вещи

Мэган Виртанен о том, почему рванье и гопота в моде

Историк моды Мэган Виртанен рассказывает, почему 90-е вернулись в моду не в самых лучших их проявлениях.

Может ли помойка считаться искусством? Как показывает практика, вполне. По крайней мере, именно то, что не так уж и давно считалось одеждой отбросов общества, ныне превозносится как один из модных образцов. Рваные тряпки бедняков и бездомных преобразованы в особую эстетику, воспевающую умышленно необработанные края, искусно прорезанные дырки на ткани и намеренно вывернутые швы. Стиль российских гопников девяностых годов, сложившийся в условиях атмосферы повседневной социальной агрессии и полного экономического хаоса, стал сейчас востребованным у модников всего мира. Образы, некогда появившиеся в результате вынужденной экономии, теперь требуют наличия толстого кошелька.

Лукбук Gosha Rubchinskiy, весна-лето 2016

Лукбук Gosha Rubchinskiy, весна-лето 2016

Лукбук Gosha Rubchinskiy, весна-лето 2016

Лукбук Gosha Rubchinskiy, весна-лето 2016

Впрочем, не стоит думать, что эстетика бедности и неблагополучия — это какая-то новинка. Большинство молодёжных контркультур ХХ века так или иначе использовали одежду, не соответствующую общепринятым нормам благопристойности, в качестве ещё одного способа бросить вызов обществу.

Если битники 1950-х были не столь влиятельны с точки зрения моды, то уже хиппи в 1960-е задали тренд на новое восприятие стиля, и часть дизайнеров кинулась создавать «хипповскую рванину». Панк-культура 1970-х дала миру Вивьен Вествуд — и оказалось, что растянутые свитера с дырками тоже могут быть модными, а вскоре уже и Зандра Роудс создавала своё платье для «панковской невесты». Гранж в 1990-е, ориентированный на образ аутсайдера, быстро коммерциализировался и стал полноценным модным стилем.

Вивьен Вествуд со своими моделями, 1977

Вивьен Вествуд со своими моделями, 1977

"Панковская невеста" Зандры Роудс, 1977

"Панковская невеста" Зандры Роудс, 1977

Модель Вивьен Вествуд, конец 1970-х

Модель Вивьен Вествуд, конец 1970-х

Хиппи, 1969

Хиппи, 1969

Битники, конец 1950-х

Битники, конец 1950-х

Можно было бы, и даже очень хотелось бы, списать популярность эстетики неблагополучия в наши дни либо на желание осознанной провокации, как в случае с рваньём, либо на незнакомство с теми реалиями, в которых возник и сформировался образ гопников и отсутствие тех ассоциаций, которые неизбежно возникают у жителей России в возрасте старше сорока при виде творений в духе «купчинские модные хиты 1993 года». И всё же приходится признать, что очарование рванья для современных потребителей – это прямое отражение социально-экономических реалий окружающего нас мира.

Vetements, осень-зима 2017/18

Vetements, осень-зима 2017/18 

Vetements, осень-зима 2017/18

Vetements, осень-зима 2017/18

Vetements, весна-лето 2017

Vetements, весна-лето 2017 

Vetements, весна-лето 2017

Vetements, весна-лето 2017

Образ сытого западного мира второй половины 20 века, с его домиками в пригородах, счастливыми домохозяйками и пенсионными планами, тает как мираж. Реальность же встречает нас экономическим кризисом, ростом безработицы, увеличением процента так называемого прекариата и крайне смутными и не особо радостными перспективами для большинства населения. Панковская эстетика, сложившаяся в 1970-е как проявление протеста молодёжи из рабочих кварталов против отсутствия каких бы то ни было реальных возможностей в будущем, и отечественный стиль 1990-х, появившийся в результате социальной и экономической катастрофы, оказались более чем соответствующими духу нашего времени. Остаётся только утешаться, что «всё проходит - пройдёт и это», а также тем, что «нарядом гопника» России удалось в начале 21 века внести очередной, хотя и крайне своеобразный, вклад в мировую моду.

Следите за нашими новостями в Telegram
Рубрика:
Колонка Мэган Виртанен

Комментарии (0)

Купить журнал: