Рената Литвинова

К десятилетию собственного режиссерского дебюта в игровом кино с фильмом «Богиня: как я полюбила» Рената Литвинова примерила божественные образы — от Мадонны до индуистской принцессы.

Критики моды считают, что в трудные времена в моду входят женщины с большой грудью, тонкой талией и широкими бедрами, в «тучные годы» — андрогинные подростки, а длина юбки связана с ожиданиями войны, голода и других неприятностей. О чем говорит нам облик современной женщины?

Сегодняшний тип женской красоты подсказывает, что скоро наступят плохие времена, войны или одна огромная война. Скоро-скоро. В этом столетии. Женщина по фигуре все больше приближается к мужчине: большие ступни ног, высокий рост, отсутствие ярко выраженной талии. Мужчины, напротив, стали мельче, женственней. Когда я снимала передачу о моде, в хранилище музея костюма рассматривала корсеты, перчатки, туфельки дам, которые жили двести лет назад, — все они словно детские. Рост у женщин был, как у теперешней девочки-подростка одиннадцати лет, плечи покатые, тонкая талия, большая грудь. Я видела крошечную ночную сорочку Марии Антуанетты, в которой она спала перед казнью. Мне все-таки ближе тип женской красоты периода расцвета Голливуда — 1930–1950-х годов: Ава Гарднер, Грета Гарбо, Джин Харлоу, Рита Хейворт.

Как изменилась роль женщины в нашей стране в плане свободы, безопасности, возможности самореализации?

Безопасности, конечно, нет! А свобода у нас какая-то призрачная. Я не понимаю, в чем она состоит. Женщины стали жестче, не знаю, может, они сами виноваты, что так воспитывают своих сыновей — без установки на уважение к женщине. Я уже не жду, что за меня заплатят, уступят место, дорогу, встанут, когда я зайду в комнату, поздороваются первыми, — все это наглухо утрачено русскими мужчинами, причем именно молодыми и среднего возраста. спортсмены с «неправильной», как ей кажется, ориентацией! Я не приемлю никаких форм гомофобии, расизма, национализма, сегрегации, религиозной дискриминации — это все звенья одной цепи. Я, слава богу, не депутат, и мне не нужно будет придумывать рамки, откуда он начинается, этот «гомосексуализм среди несовершеннолетних».

Как с резко индивидуальным взглядом на вещи вы находите общий язык с другими актерами на съемках?

Есть старинный прием — разворачивать неопытного актера спиной к камере во время сцены, диалога. Например, в «Вечном возвращении» был у меня один такой партнер, но не буду называть фамилию. Честно сказать, я не могу его за это даже осудить, так как век актерский такой короткий, профессия зависимая, позовут — не позовут, тем более когда роль в фильме великой Киры Муратовой, прижизненного культового мастера. Если Кира не останавливает камеру и ее такой вариант устраивает, значит, это хорошо для ее фильма! Но, как правило, Кира делает два, максимум три дубля, и у меня есть возможность подправить партнера. Кира мне всегда разрешает смотреть снятый дубль. У меня с ней такая свобода открывается, что всегда получается какая-то новая грань, я не боюсь с ней быть комической актрисой. При этом Кира никогда не пытается меня изуродовать!

Крылатое уже выражение из фильма «Вечное возвращение»: «Очень элитарно — мне нравится, а понравится ли публике?» Вы думаете о ней, когда работаете?

Нет, не думаю, я всегда снимаю и пишу, чтобы нравилось мне. Я уважаю публику только в том, что ценю ее время: «Краткость — сестра таланта». Поэтому всегда много вырезаю из фильма, все лишнее. Даже если сцена мне нравится, но она проваливает энергию фильма, я ее беспощадно режу.

Некоторым кинопродюсерам удобно считать, что публика — дура и надо кормить ее примитивными вещами.

Для арт-фильмов, а моя ниша именно такова, есть своя публика. В конце концов, я вижу бесконечные очереди в музеи, на выставки, на ретроспективы великих фильмов, на фильмы покойного моего любимого друга Леши Балабанова, на моей премьере на Московском кинофестивале в большом зале люди сидели на ступенях! Это мой зритель.

В интервью Татьяне Толстой вы заметили: «В местах нашего обитания настоящие мужчины не водятся». А где водятся?

Я не знаю, где среда обитания «настоящих мужчин», так чтобы была концентрация. Лично меня всегда завораживали гении, на меньшее я не согласна. Им прощаешь все. А гениев где можно встретить? Я знаю, многие знакомятся по Интернету, но кто эти люди? В сетях можно прикинуться кем угодно, я часто читаю истории, которые пишут про себя знакомые мне люди, — это все такое трогательно-сказочное, состоящее из украденных фраз из фильмов, книжек, из чьих-то мыслей, обрывков информации про людей, на которых они хотят быть похожими. В городах люди стали более одинокими, с опущенными в свой Интернет, айфон головами... Я все мечтаю, что и вправду какая-то вспышка на Солнце вырубит электричество и мы все вернемся к свечам, книгам, письмам и свахам, надежным репутациям, хотя... исчезнет кино. Но останутся живопись, театр, литература. Я согласна.

Фото: Дмитрий Исхаков
Стиль: Юлия Журавлева, Ольга Степанченко
Иллюстратор: Игорь Скалецкий

sobaka,
Комментарии

Наши проекты