• Город
  • Общество
Общество

Сценарий Ирана: как за 40 лет под санкциями создать свою биржу, Uber и Booking. И каково там жить простым людям?

Подписаться:

Поделиться:

После 24 февраля Россия стала мировым «лидером» по числу введенных против нее санкций. Раньше этот список возглавлял Иран, который живет под ограничениями уже больше 40 лет, причем последние 10 из них прошли в особо жесткой изоляции. Как Исламская республика существует в таких условиях? Правда ли, что ограничения помогли развитию собственного IT? Как решили проблемы с банковскими картами? И почему санкции с Ирана снять проще, чем с России. Об этом «Собака.ru» рассказал иранист, экс-сотрудник ЕУ СПб, доцент Катарского университета Николай Кожанов.

Borna_Mirahmadian / Shutterstock

Какие санкции действуют в отношении Ирана? Что именно они запрещают?

Страна фактически отключена от международной финансовой системы. Для нее закрыт мировой нефтяной рынок. То есть, Иран продает углеводороды, но это сопряжено со сложными схемами обхода санкций. Часто это происходит неофициально, с дополнительными усилиями. Также государство лишено доступа к новым технологиям для развития своей экономики. Введен запрет на страхование морских перевозок, что дополнительно осложняет торговлю нефтью.

Наконец, был введен ряд персональных санкций против людей, связанных с иранской ядерной программой, нарушениями прав человека и некоторыми внешнеполитическими шагами Ирана. По факту, эта последняя группа ограничений большого влияния на экономику не оказывает, если речь не идет о руководителях крупных корпораций. Наибольший урон для страны влекут ограничения, отрезающие ее от мировых финансов и рынков.

Выглядит похоже на российскую ситуацию?

Санкции против Ирана все же пока масштабнее, если не по количеству, то по качеству. Российские банки пока сохраняют связь с международной финансовой системой. Да, карточками VISA и Mastercard платить за рубежом нельзя, но переводы из-за границы вполне приходят.

Российскую нефть становится все сложнее продавать, приходится давать скидки, но полного эмбарго также пока не введено. Так что можно сказать, что мы, скорее, морально готовимся к самым жестким ограничениям.

А сталкивался ли Иран после введения санкций с массовым уходом иностранных компаний, как это происходит сейчас в России?

Надо понимать, что история санкций в отношении Ирана долгая и сложная. В той или иной мере ограничения существуют уже больше 40 лет, с провозглашения Исламской республики в 1979 году. Изначально они были куда менее жесткими и в 1990-е в страну стали приходить иностранные компании, но их было не очень много.

Поэтому, когда санкции ужесточались, сначала в середине 2000-х, а потом в 2010-12 и 2018 годах бегство иностранного бизнеса из Ирана наблюдалось, но отнюдь не в тех масштабах, как сейчас в России, просто потому, что его там столько не было.

Как отреагировал Иран на введение самых жестких санкций? Был ли в стране шок, товарный голод?

Была паника. Помню, в 2018 году, когда санкции опять ужесточили, я был в Иране и видел пустые полки, нехватку бытовых товаров. Больше всего скупались нестареющие ценности: персидские ковры, золотые монеты, кто-то брал машины. Словом все, что могло помочь спасти сбережения, ведь курс иранского риала тут же после введения ограничений ушел в штопор.

Впрочем, длилось все это сравнительно недолго, намного хуже дела обстояли с макроэкономическими показателями: падение ВВП, рост инфляции. Всякий раз это длилось около года-полутора. Затем экономика адаптировалась к новым реалиям.

Mazur Travel / Shutterstock

Кстати об адаптации. Сейчас много пишут, что Иран под санкциями занялся внутренним развитием, создал свой собственный IT, соцсети, аналог Aliexpress, банковскую систему.

Да, все так. По крайней мере в крупных городах есть все признаки современного общества. Не особо внимательный иностранный турист может даже не понять, что страна переживает какие-то проблемы. В стране есть свои агрегаторы такси, к примеру Snap, которые позволили победить проблему наглых иранских водителей. Я сам им пользовался и он мало чем не отличается от Uber.

Есть свое собственное приложение для поиска отелей, работающее по принципу Booking.com. Сайты Digikala или Timcheh можно грубо сравнить с российским Озоном. Есть приложение для отслеживания курсов валют и драгметаллов под названием Mesghal. Кстати собственный фондовый рынок в Иране также активно развивается с 90-х годов. Есть даже консалтинговые компании, помогающие инвесторам.

Однако здесь не надо обольщаться. Да, в стране есть свои видеосервисы, но у каждого среднестатистического иранца есть VPN и он вполне смотрит YouTube. Twitter есть не только у простых граждан, но и чиновников, даже у президента страны. Да, в стране есть своя финансовая система, банкоматы, но насколько я помню, даже банковские карточки там были нестандартных размеров. То есть это даже не карта МИР, иранскую карту просто физически не вставить в банкомат за пределами Исламской республики.

А что с остальной экономикой?

Я не хочу создавать ложных надежд относительно Ирана или перспектив России. Да, санкции могут привести частично к положительным изменениями в структуре экономики. Сейчас в Иране создан сильный нефехимический комплекс, положительный торговый баланс удается поддерживать без доходов от торговли сырой нефтью.

Но все это дается достаточно дорогой ценой, все силы брошены на выживание экономики. Так, чтобы обеспечить страну бензином, скупалось старое малоэффективное оборудование по всему постсоветскому пространству. Ни о каком развитии технологий речи не шло. Кроме того, многие достигнутые успехи были актуальны только для санкционного режима. Так, с 2015 по 2018 год отношения Ирана с другими странами несколько улучшились и часть санкций была снята. Доля нефтяных доходов в бюджете сразу возросла, а местные компании далеко не всегда были способны выдержать конкуренцию с зарубежными компаниями.

Radiokafka / Shutterstock

Насколько иранский сценарий развития возможен для России?

Вопрос очень сложный. С одной стороны, показательно, что первая реакция на ужесточение санкций в России и Иране оказалась очень похожей. Если судить по макроэкономическим показателям, стабилизация ситуации у нас также может произойти через год-полтора. Видны похожие шаги по выстраиванию путей обхода санкций: попытка перевести расчеты в национальную валюту, предоставление скидок на нефть, попытка заручиться помощью Китая. Параллелей много, но, думаю, работать все будет иначе.

Почему?

Есть своя специфика, в том числе с точки зрения стимулов ко внутреннему производству. С одной стороны, наша страна куда глубже интегрирована в мировую экономику. Она во много больших масштабах поставляет на внешние рынки нефть и газ, а также играет важную роль в обеспечении потребностей глобальных рынков других товаров. Можно упомянуть сельхозпродукцию, удобрения, металлы. Создать сложности для Москвы намного труднее, чем для Тегерана.

С другой стороны, есть разницы в жизненных стратегиях и поведении местных элит. Иранские лидеры воспринимают Исламскую республику как дом. Для них потеря страны будет означать крах. Мировосприятие наших элит другое, для многих из них дом в Лондоне будет дороже, чем выживание России.

Borna_Mirahmadian / Shutterstock

Как сказались санкции на жизни простых людей?

Население стало жить беднее, что ждет и нас с вами. Около 60% иранцев живет либо на черте бедности, либо за ней. То есть получает зарплату около МРОТ. Он составляет 250 долларов в месяц (или около 21 тысячи рублей) при прожиточном минимуме в 400 долларов.

Также в стране очень сильно расслоение. Если вы переезжаете невидимую границу Северного и Южного Тегерана, вы понимаете, как попадаете из роскошного, очень богатого мира в мир очень бедный и дешевый.

Чему нас учит опыт Ирана в смысле снятия санкций? Возможно ли возвращение прежней жизни?

Как раньше уже не будет, по нескольким причинам. Самая простая из них: психология санкционного поведения изменилась. Если в 1970-90-х годах можно просто было ввести санкции, а потом их снять, и бизнес с радостью возвращался в страну. Теперь компании больше переживают о своем имидже. Отношение к странам бывшим под санкциями остается предвзятым с учетом того, за что санкции были наложены (нарушение прав человека, подозрения в создании оружия массового уничтожения и т.д.), поэтому как минимум немедленного возвращения многих игроков ждать не стоит.

Во-вторых, санкции не только ухудшают качество нашей жизни здесь и сейчас. Они подрывают возможность развития. Как только с Ирана будут сняты санкции, туда вряд ли сразу побегут инвесторы. Просто потому, что в проекты в той же нефтяной сфере придется вкладывать очень большие средства, просто чтобы модернизировать отрасль. Далеко не каждый бизнес будет готов взять на себя сопутствующие риски.

Третий момент, самый тревожный и относится он уже не столько к Ирану, а к России. Большая часть санкций в отношении Исламской республики вводилась с определенными условиями: мы знаем после чего они должны быть сняты. Многие ограничения в отношении России вводятся сейчас безусловно, поэтому договорить об их снятии будет сложно.

Ваш город
Новосибирск?
Выберите проект: