• Город
  • Общество
Общество

Россия требует платить за газ в рублях. Что это значит для Европы, США и нашего бюджета?

Поделиться:

Владимир Путин поручил до 31 марта перевести расчеты с «недружественными странами» за газ в рубли. На этом фоне российская валюта резко укрепляется, компенсировав часть падения, вызванного санкциями, однако европейские покупатели не торопятся переходить на выплаты в рублях. Между тем цены на энергоресурсы на фоне российско-украинских переговоров снижаются. Что случится, если Россия добьется торговли энергоресурсами в рублях и какой шанс, что государства ЕС пойдут в этом вопросе РФ навстречу? А главное, что ждет россиян в случае такого развития событий? Разбираемся вместе с деканом факультета экономики Европейского университета в Петербурге Юлией Вымятниной.

Oil and Gas Photographer / Shutterstock

Россия хочет продавать свой экспорт за рубли. Что это значит?

Во-первых, пока речь идет не обо всем экспорте, а о поставках газа в Европу. То есть на сегодняшний день это выглядит как ответная мера по отношению к странам, которые ограничивают ввоз банкнот евро на нашу территорию, вводят ограничения и санкции против наших банков. 

Как это будет выглядеть, совершенно непонятно. Чтобы была возможна международная торговля за рубли, покупатели нашего газа должны иметь корреспондентские счета в российских банках, а также иметь возможность покупать довольно большие объемы рублей — естественно, в обмен на иностранную валюту (в данном случае евро). Выстраивание необходимой для торговли в рублях инфраструктуры может занять время.

Зарубежные покупатели на это пойдут?

Скорее всего, нет – по крайней мере, пока Европа на это не согласна, поскольку фактически это будет означать отмену части санкций. Теоретически можно, конечно, попробовать обойти историю с ограничениями  через третьи валюты. То есть покупать наши рубли не за евро, а, скажем, за юани или южноафриканские ранды. Это будет, очевидно, очень затратно.

Сейчас Европа рассчитывается за газ в своей валюте, изменения ее относительной стоимости не настолько существенны, как колебания обменного курса рубля. То есть риски сейчас находятся на нашей стороне: мы соглашаемся принимать иностранную валюту при том, что издержки у нас рублевые. Понятно, что рубль не особенно укреплялся все эти годы, но теоретически подобный риск для экспортеров есть.

Если мы заставляем Европу платить за газ рублями (а котировки контрактные останутся в долларах или евро), возникает риск того, что при внесении предварительной оплаты на счет продавца, на момент поставки курс рубля по отношению к евро или доллару изменится. Конечно, есть механизмы хеджирования таких рисков, но для расчетов в рублях их придется внедрять, создавать для этого инфраструктуру. Если ввести в эту схему еще одну валюту, валютные риски еще сильнее возрастут. Это, естественно, не может понравиться Европе.

Заставить ее может только физическое прекращение поставок. Но я сомневаюсь, что «Газпром» пойдет на такой шаг. Еще можно принудительно пересмотреть условия контрактов на предмет оплаты и вынудить Европу согласиться с изменением валюты оплаты. Однако я сомневаюсь, что страны ЕС пойдут на это. Так что, как технически реализовать идею оплаты газа рублями, пока совершенно непонятно.

Niquirk / Shutterstock

Одно заявление на эту тему помогло курсу рубля. Если переход все же произойдет, это поддержит национальную валюту?

Если действительно удастся перейти на оплату в рублях, то автоматически вырастет спрос на рубли (правда, не сильно, так как сейчас «Газпром» продает 80% своей валютной выручки. То есть спрос увеличится только на оставшиеся 20% этой выручки). А это приведет к укреплению курса рубля.

Сейчас рубль укрепляется по нескольким причинам. Во-первых, прошла первая волна паники, после которой пришло осознание, что наша банковская система в одночасье не рухнула. Во-вторых, снизился спрос на наличную валюту благодаря действиям ЦБ и выросло предложение валюты благодаря работе Минфина. В-третьих, основная часть тех, кто хотел уехать (и кому была нужна валюта), скорее всего, уже уехала, что еще дополнительно снизило спрос. Наконец, в-четвертых, часть денег ушла на пополнение товарных запасов нас с вами (и, возможно, даже часть валютных запасов). Конечно, часть укрепления рубля можно связать с оптимистичной реакцией рынка на попытку перевести торговлю газом на рубли, но не думаю, что это определяющий фактор.

HappyAprilBoy / Shutterstock

Что это будет значить для всей системы международных расчетов? Конец гегемонии доллара?

Во-первых, пока неясно, как торговля газом за рубли будет реализована. Во-вторых, разные страны говорят о переходе на оплату разных товаров разными валютами (Саудовская Аравия, например, планирует продавать Китаю нефть за юани). Но пока это не отменяет доллар как основу международных расчетов. У США самая развитая на данный момент финансовая система, позволяющая хеджировать самые разные риски, планировать самые разные вложения. Найти в этом смысле замену доллара США пока сложно.

Кроме того, если не появится валюта, которая достаточно быстро и уверенно сможет занять место доллара в международных расчетах, система с оплатой в самых разных валютах приведет только к увеличению издержек в связи с описанными выше курсовыми разницами. Будет неудобно продавать за юани нефть, за рубли газ, а за чилийские песо медь. Особенно с учетом того, что очень многие товары при трансграничной торговле между третьими странами котируются в долларах (и это не только энергоносители).

Поэтому пока изменений не предвидится. Однако страны уже задумались о том, что хранить резервы в долларах и евро может быть не так безопасно, как казалось до сих пор. Так что процесс ухода от доллара может постепенно начать набирать силу. Ключевой момент – постепенно.

Что это все будет значить для нас с вами? 

В лучшем случае ничего (или небольшое укрепление рубля). В худшем случае – очень сильное обострение отношений с Европой и новый виток очень сильных санкций (в случае нашего отказа поставлять газ не за рубли).

Следите за нашими новостями в Telegram
Ваш город
Санкт-Петербург?
Выберите проект: