Личный опыт: уфимская певица переехала в Нью-Йорк и записала джазовый альбом

Анна Колчина – выпускница Уфимского училища искусств, которая записала три джазовые пластинки с зарубежными музыкантами. Сейчас Анна живет в Нью-Йорке. Мы пообщались с ней о ее переезде в Америку, о джазе и о том, что важнее: талант или упорство.

Расскажите о ваших учителях в Уфе? Хорошая ли здесь школа для старта?
Уфимские учителя – это мой фундамент, и то, что они мне дали, – самое лучшее, что есть во мне. Я пришла на вступительный экзамен в Училище искусств с заготовленной джазовой композицией, но она была довольно сложной для меня: не удалось подобрать подобающую тональность – и получился какой-то невнятный речитатив. Мой брат, который окончил училище до меня, педагогам из жюри был известен, и потому они отнеслись ко мне предвзято. Но среди них была Светлана Слягузова, на кафедре человек новый, для которой успехи моего брата ничего не значили. Она-то и отнеслась ко мне абсолютно объективно: несмотря на то что выступление мое было неудачным, сказала: «Я вижу будущее в этой девочке», – и меня зачислили. У Светланы Анваровны удивительный дар – видеть в людях талант, потенциал, харизму. Она очень много вложила в меня, и я перед ней в неоплатном долгу.
Еще один важный для меня человек – Алина Кругликова, большой любитель джаза. Она открыла мне мир джазовых записей: у нее была огромная коллекция. Нередко я оставалась у нее ночевать: мы слушали пластинки, она играла, вместе пробовали петь и много работали. С Алиной Борисовной мы поехали на мой первый музыкальный фестиваль, где я стала лучшей вокалисткой в Самаре.

Ваш брат – саксофонист, он живет в Санкт-Петербурге. Вы общаетесь?
Влад во многом определил мой жизненный путь. У нас с ним разница в 10 лет, и он – пример для меня. В те времена, когда дома не было ни компьютера, ни интернета, он где-то доставал сборники, знакомил меня с джазом. У нас в гостях постоянно бывали музыканты, проходили бесконечные репетиции – я была совершенно очарована происходящим. Мне очень хотелось быть частью этого мира. Помимо того что мой брат талантливый музыкант, два года назад он выпустил прекрасную книгу «Музыка как шанс. Победить рассеянный склероз». Это прозаический сборник эссе. Очень проникновенный, советую почитать.

Как вы попали в мировую джазовую волну?
После выпуска из университета я осталась жить в Петербурге, создавала проекты, делала концерты и никогда не переставала учиться. Посещала мастер-классы и во время учебы, и после. Один из них проходил в итальянском Турине. Там я познакомилась с пианистом Массимо Фарао. Он предложил мне записать пластинку. Массимо договорился о сотрудничестве с японским лейблом Venus Records – и в 2015 году в свет вышел мой первый альбом Street of Dreams. Он был успешен, и мы сразу же начали работу над вторым альбомом, который вышел практически следом. А третья пластинка увидела свет в конце 2017 года.

Как давно вы живете в Нью-Йорке? 
Вот уже полтора года. Я познакомилась с этим городом два с половиной года назад. И в первый же день поняла, что поездка в Нью-Йорк – самое правильное решение в моей жизни. В первый приезд у меня было всего две недели, и я не хотела терять ни минуты. Прямо из самолета с чемоданом я отправилась в популярный нью-йоркский джаз-клуб, где играют мировые джазовые артисты и за один вечер успевают выступить две-три группы. Клуб устраивал онлайн-трансляции концертов, и их можно было смотреть в любой точке мира. Я слушала выступления, еще живя в Петербурге, но вот я сама оказалась в этих стенах. Во время концерта у меня возникло чувство, будто я обрела новый дом.

Что нужно, чтобы записать свой альбом?
Нужно желание, тогда все придет: и деньги, и возможности. Постоянно надо что-то делать. Наверное, это мой главный жизненный вывод – необходимо всегда двигаться. Даже если ты не до конца видишь цель или не совсем понимаешь, к чему ведет этот путь. Нужно действовать!

Страшно было переезжать?
Страшно остановиться, не сделать чего-то. До переезда в Нью-Йорк у меня было два сложных года. Вышло две пластинки подряд. И вот ты, вроде, понимаешь, что происходит что-то важное и большое, но при этом твоя жизнь особо не меняется. Нет гастролей и дальнейших движений – и ты осознаешь, что никто ничего за тебя делать не будет. А что надо делать самой, не очень-то понятно.
Я засыпала и просыпалась с мыслью, что хочу развиваться. Тогда я решила поехать в Америку. Было довольно сложно собрать нужную сумму и оформить визу, но я продолжала, не останавливалась, меня будто кто-то подталкивал. Мне было страшно не сделать что-то из-за пассивности, лени, апатии.

Жизнь в Нью-Йорке очень дорогая. Люди снимают маленькие комнатушки, лишь бы суметь жить в городе мечты и творить. Как у вас складывалось с финансами в Америке? Удалось ли найти жилье, работу?
Я стараюсь не афишировать личную жизнь. Жить в Нью-Йорке действительно непросто, но есть концерты, и как-то у меня получается зарабатывать на жизнь здесь. Иногда заработок появляется буквально в последний момент. Я искренне верю, что нужно работать и двигаться в своем направлении, даже если нет сил и желания, тогда и пространство начинает подстраиваться под тебя, находятся новые возможности. К трудностям нужно быть готовым и стараться воспринимать их спокойно. Когда мне особенно тяжело, я говорю себе: «А что ты хотела? Ты в Нью-Йорке. Думала, будет иначе?» Если что-то не получается, нужно продолжать делать. Говорят, Нью-Йорк очень жесткий. Но город ко мне добр, я это чувствую.

Зарабатываете ли вы на продаже пластинок? И что думаете о пиратстве? 
По контракту японский лейбл выдал мне определенное количество пластинок, чуть больше ста, которые я могу продавать, и все доходы от этих продаж идут мне. Все остальное принадлежит лейблу, поскольку они оплачивали все – работу, записи, переезды, проживание, сведение, мастеринг. О пиратстве я не думаю, есть много других вещей, которые занимают мою голову.

Какая из ваших песен у вас самая любимая?
Таких нет. Я не переслушиваю свои записи. Разве что иногда, для того чтобы понимать, над чем стоит поработать. Есть несколько работ со второго альбома, при прослушивании которых я думаю: «Вроде, неплохо, не стыдно». Какие-то особенные чувства вызывает у меня третья пластинка, поскольку записывали мы ее с топовыми музыкантами, а когда работаешь с лучшими, то стараешься и сам подтягиваться. За этим я в Нью-Йорке – расти как музыкант.

А если бы не Нью-Йорк, где бы вы могли работать, жить, творить?
Нью-Йорк никогда не был городом моей мечты. Честно говоря, у меня никогда не было мысли даже переезжать из России. Я хотела жить в Петербурге, где все родное. И если бы я могла делать то, что я делаю в Америке в плане музыки и развития, я осталась бы там. Здесь я могу развиваться как музыкант. Конечно, нельзя сказать, что мой переезд в Нью-Йорк окончательный. Я не знаю, что будет завтра, через два или три года. Если бы мне кто-то сказал пять лет назад, что я буду жить в Америке, я бы ответила, что он, вероятно, сошел с ума.

Как часто вы бываете в Уфе?
К сожалению, редко. Перед самым отъездом в Нью-Йорк меня пригласили в Уфу в качестве члена жюри джазового конкурса, и после этого я пока больше не приезжала. Было здорово побывать в родном городе, погулять по парку Аксакова, заглянуть в Училище искусств, вспомнить, как все начиналось. Сумасшедшее и одновременно прекрасное было время: с утра я училась, а потом бежала на работу: по вечерам пела в ресторане, а до трех ночи танцевала в «Навигаторе». Я работала еще и танцором: не знаю, как удавалось, столько всего успевать. А еще в училище была студия, где мы пробовали делать первые записи. Я с теплом вспоминаю эти годы. И однажды надеюсь приехать в Уфу с нью-йоркскими музыкантами.

Что можно сделать для развития музыки в Уфе и для начинающих музыкантов?
В Уфе меня попросили провести мастер-класс для уфимских студентов. Я поначалу хотела отказаться: ну что я могу рассказать? Я сама всю жизнь учусь. Но все же я решилась. Если бы во время моей учебы кто-то приехал и рассказал о своих шагах в профессиональной сфере, я бы вцепилась в него, ходила по пятам и жадно бы впитывала его знания, опыт. Понимаете, в Уфе достаточно много талантливых ребят, но пока все варятся в собственном соку, развития не будет. Нельзя замыкаться. Я вижу, как здесь стараются и студенты, и педагоги, но я хотела бы видеть в Башкирии немного другое образование – нужен обмен знаниями. А для этого просто необходимо приглашать разных музыкантов и делать это регулярно. Проводить мастер-классы и семинары несколько раз в год по две-три недели. Это был бы колоссальный скачок. Но на это нужны деньги.
Я мечтаю о том, чтобы привезти сюда басиста Питера Вашингтона, с которым мы вместе работали. График у него расписан на три года вперед. И я не преувеличиваю. Я сама у него многому учусь, и было бы здорово передать немного его опыта и знаний уфимским музыкантам.

Какие у вас мечты и планы?
Я хочу давать больше концертов и петь так, чтобы это трогало людей, чтобы, уходя с концертов, они уносили с собой частичку красоты, чувствовали себя причастными к музыке. Это самая большая цель. Сейчас у меня запланирован первый большой тур: в 2021 году будут гастроли по европейским странам, в числе которых Австрия, Чехия, Словакия.

Назовите ваших любимых джазовых исполнителей. 
Очень сложный вопрос. Я не буду называть Эллу Фицджеральд, Сару Вон или Фрэнка Синатру, их наверняка все знают. Троих мне выбрать невероятно трудно, но пусть это будут Art Blakey & Jazz Messenger, Carmen McRae, Shirley Horn и Abbey Lincoln.

Что вас вдохновляет?
Люди и их истории, их жизненный опыт, переживания, успех и неудачи. За это и ценю документальные фильмы. Этим хорош Нью-Йорк для меня – здесь я каждый раз ощущаю себя героем кино. Знаете, когда общаешься, например, в баре после концерта с более опытными музыкантами, замечательными артистами, когда они рассказывают о музыке или личные истории о своем профессиональном пути, которые никогда нигде не прочитаешь, – в такие моменты я переполнена вдохновением творить и создавать что-то прекрасное.

Джазовая музыка становится менее популярной? Какое будущее у этого направления?
Джаз никогда не был музыкой для широкого круга людей. Все, кто занимаются джазовой музыкой, делают это не с целью заработать деньги, а только лишь потому, что жить без джаза не могут. Будущее джаза – это мы, музыканты. Насколько мы будем сильными и упорными, настолько эта музыка будет трогать людские души. Будущее зависит от нас самих. И джаз придут слушать нужные люди. Нравиться всем невозможно. Да у меня и нет такой цели. Главное – достучаться до сердец любителей джазовой музыки. 

 

Текст: Маргарита Листочкина

ufasobakaru,
Комментарии

Наши проекты