Boulevard Depo: «Если вы ищете смысл в рэп-песнях, то вообще к жизни не приспособлены»

Рэпер-абсурдист Артем Шатохин, икона новой волны русского хип-хопа, говорящей на веб-сленге, весной выпустил фундаментальный альбом RAPP2.

  • Свитер Loewe, брюки Drome (все — Nevsky 152 concept store)

Расскажи, как ты начинал в Уфе в середине нулевых, этой информации нигде нет.

Началось все вообще случайно. Мой приятель Gera Pkhat чисто по фану затащил меня на студию, на которой записывался. Это был как раз тот момент, когда старый хип-хоп себя уже дискредитировал, а новый еще толком не возник. Dopeclvb, Yanix — новые биты, новое звучание только появлялись, и все мои знакомые ребята оказались на этой волне. Но Уфа — такой город, где перспектив на развитие нет. У тех, кто пытается что-то сделать, все в итоге получается, но в другом месте. Временной промежуток, когда ты бьешься в закрытые двери и получаешь запал, видимо, играет роль. Это своего рода буфер обмена: ты сидишь в Уфе, как в тепличке, копишь энергию, потом летишь куда-то и начинаешь ее выплескивать.

Как это сделали Юрий Юлианович и Земфира.

Да, конечно. И вот сейчас в новых реалиях случилось то же самое.

Как ты оказался в Петербурге?

Это был 2008 год. Я учился в юридическом институте, а потом родители перебрались в Петербург и говорят: «Может, ты переведешься сюда?» Я согласился и приехал. Но пока дожидался от своего башкирского вуза справок с оценками, прошло полтора года. У меня здесь жила только одна девочка знакомая из Уфы, она порноактрисой была, и больше я никого не знал. Тусовался дома и ходил по городу, рисовал граффити, пока не законнектился с несколькими ребятами с Петроградки.


Единственный, кто меня бы понял, — Дэвид Боуи

Местные рэперы тебя интересовали?

Мне нравились Смоки Мо, Дэйви Джонс, i61 меня всегда убеждал. Он, кстати, тоже из Уфы, а сейчас вот там (указывает в окно с панорамным видом на восемнадцатом этаже жилого комплекса на Обводном канале), на Лиговском проспекте живет с Джимбо. Ребята из трио «Лауд» ближе к Сенной — я и их знаю еще по Уфе, когда они «Лаудами» не были, мы просто пили пивчик вместе и все. Сейчас они выросли в самостоятельных артистов, и это очень круто. Тут, если пошукать, можно кучу наших найти. А первый клип Music Make U Move, который мы еще в Уфе просто от скуки сделали, пульнулся и стал интернет-вирусом. И вот я имею честь теперь с вами разговаривать, потому что мне в свое время было скучно.

 

 

Зато теперь весело, и вы по-прежнему друг у друга в альбомах гостите. Но ты работаешь с разными людьми, и настроение получается разным: с Фараоном одно, с i61 другое.

Совместного релиза не получится, если нет взаимопонимания. Делать это ради того, чтобы просто поиграть на именах, — слишком легко и банально. Нельзя просто так прийти ко мне с бухты-барахты и ждать, что я пойду навстречу. Если я с кем-то работаю, то это либо реально интересный персонаж, либо мой кореш.

 

 

Атмосфера и продакшн в рэп-музыке важны не меньше, чем биты и тексты. Сколько людей создают твои треки?

Честно признаюсь: я не музыкант. Да, я исполнитель, я сочиняю текст и могу красиво его подать. Но я не умею писать музыку. Поэтому есть релизы, которые я пишу с командой битмейкеров, они обеспечивают весь инструментальный саппорт, как это было с моим альбомом Sport. Есть чуваки, которые мне предлагают биты. Я не хочу клишировать свое творчество, именно поэтому каждый релиз чем-то отличается от предыдущего. И каждый раз я стараюсь уйти еще дальше. Это как дизайнерские линейки одежды. Ты видишь один и тот же бренд, но каждый раз это что-то новое. Невозможно флексить на одном и том же.

Мы знали разный рэп, он был и злым, и жизнерадостным, и фанки. Новая школа качает, но достаточно мрачно. Откуда пришло это холодное, почти цифровое звучание?

Все дело в противопоставлении предыдущей традиции. Новая школа захотела абстрагироваться от старой и всех этих открытых ребят со слезливыми текстами, которые вроде бы кайфуют от жизни, но у них постоянно что-то не так и они пытаются рассказать тебе, как в натуре жестко жить. Но нам это не надо, нас это не особо запаривает. Мы своим примером показываем, что можно быть такими, какие мы есть, и все равно получать удовольствие от жизни, зарабатывать деньги, иметь женщин. Например, я перестал делать длинные треки, у меня мало где вообще есть второй куплет. У Оксимирона не тексты, а словарь Даля. Я не могу это слушать, потому что у меня есть другие дела и некогда в эти дебри залезать. Слушателей старого хип-хопа и всей той формации объединяло то, что они все время искали в треках смысл, как в темноте с факелом ходили. Извините меня, но если вы ищете смысл в рэп-песнях, то вы вообще к жизни не приспособлены. И все новые чуваки забили на смысл. Это просто игра слов либо что-то веселое.

Альбом RAPP2 получился большим, солидным. Там кого только нет: Ice3peak, i61, Summer of Haze, «Лауд» с сэмплом «Кино». Как он записывался?

Я когда закончил первый альбом Sweet Dreams, у меня будто гора с плеч упала. Мне постоянно в нем что-то не нравилось, я хотел переделать, и когда его выложил, то дико обрадовался. Откатал концерты, с ним связанные, и просто начал ходить на студию в свое удовольствие. RAPP2 я на студии «ДЗК» записывал, это на Обводном канале. Там мне попались ребята просто из ряда вон выходящие, я такого не слышал. Например, Ленчик Батерс, молодой персонаж, вручную делает совершенно нетипичный продакшн — стоунер, сладж-метал, тяжело, медленно, это совсем для экстремалов. Я всех этих ребят находил буквально на улице и просто чудом их собрал. Единственный, с кем я познакомился специально, потому что мне хотелось позвать его на релиз, — это Hot Sugar из Нью-Йорка.

 

 

Музыка сразу стала тебя кормить?

Нет конечно. Я сначала бегал курьером за копейки, узнавал город потихонечку. Потом помогал родителям, у нас был семейный бизнес. Еще я понял, что хочу отучиться на полную, и сделал это. Работал года три поваром под Петербургом в разных заведениях, в том числе готовил для сервиса Sektаfood суперправильную веганскую еду, хотя сам трупоед законченный. И параллельно релизы писал. А потом понял, что не вариант работать и делать музон, и уволился. Я сказал: «Ребята, все круто, но у меня скоро тур и еще мне надо альбом писать».

А с новым альбомом в тур поедешь?

Будет большой осенний тур на двадцать пять городов России и европейский блок — это еще городов пять.

И кто будет в этом шоу?

Все те же персонажи из релизов и мои старые друзья. Все ребята поедут еще и в собственные туры, где-то будем с ними перекликаться. Будет весело, я думаю. Мне нравится эта контрастность, когда ты можешь целый день провести с друзьями, пойти оттарабанить концерт, а потом весь день играть в Fortnite. И в этом прикол: по-разному жить, по-разному писать рэп, по-разному выступать, брать разный музон, разные обложки, делать всё всегда по-разному. Почему до этого раньше никто не допендрил? Единственный, мне кажется, кто меня бы понял, — Дэвид Боуи, он в теме. Господи, сколько у него было амплуа?! Я даже все и не назову.


«Собака.ru» благодарит за поддержку партнеров премии «ТОП50 Самые знаменитые люди Петербурга 2018»:

главный универмаг Петербурга ДЛТ,

Испанский Ювелирный Дом TOUS,

Nespresso

МЕСТО СЪЕМКИ

Воскресенская набережная

Пл. Островского, 6

Воскресенская набережная до 1920-х годов не имела укреплений (кроме участка длиной 288 метров) и была местом для разгрузки строительных материалов, поставляемых в город по воде.

Благодарим Музей кофе за помощь в организации съемки

Текст: Дмитрий Первушин

Фото: Алексей Сорпов

Стиль: Эльмира Тулебаева

Прическа: Виктория Янковская (Park by Osipchuk)

Комментарии (0)
Автор: andrey
Опубликовано:
Материал из номера: Июнь 2018
Смотреть все Скрыть все

Комментарии (0)

Авторизуйтесь
чтобы оставить комментарий.

Наши проекты