Борис Моисеев

12 мая певец посетил Петербург, чтобы встретиться с друзьями, погулять по городу и дать концерт в «Гигант-холле». Через несколько минут после приезда Моисеева на концертную площадку возле нее начался митинг православных активистов, обвиняющих артиста в пропаганде порока. Ранимому Борису об этом предпочли не говорить.

– Не хотите прокомментировать гей-погромы, произошедшие в Москве?

– Это безобразие, и я так говорю не потому, что я борец за права геев. Я за нормальную цивилизованную жизнь. Пора уже всем успокоиться и не представлять гомосексуализм как какое-то преступление, как негатив, который мешает нашему обществу. На Западе его не делают посмешищем и уродством! И там таких проблем не бывает. Никто не знает, кто с кем и как живет. В принципе, это и не должно никого волновать. Я не поддерживаю геев, которые слишком вольно несут свое полосатое знамя. Это неправильно! Я категорически против их походов в храмы, синагоги, против того, чтобы требовать от Господа Бога подтверждения однополого брака, против гей-фестивалей и парадов. Рисуйте картины так, как вам хочется, но не засирайте людям мозги! Каждый имеет право на частную жизнь. Такое же, как и на выбор веры и профессии. А громить клубы в нашей стране в наше время недозволительно. Те, кто это делает, забывают, что в их стенах может оказаться их собственный ребенок, внук или внучка. Перед Богом мы все равны!

– Вы сегодня много гуляли. Прохожие вас доброжелательно воспринимают?

– Да ко мне безумно дружелюбно относятся, особенно в Питере. Подходят, фотографируются, делают комплименты. Девчонки пристают, знакомятся. Пацаны тоже. В магазине помогают покупать какие-то вещи… Это приятно! Я гулял без всяких маскировок, правда, мой товарищ (смотрит на внушительного охранника), сотрудник серьезной конторы, шел рядом на всякий случай.

– В одном из интервью вы назвали Людмилу Гурченко очень гламурным человеком…

– Да, это гламур высшей пробы! Алла Пугачева – гламур! Саша Розенбаум сегодня – гламур. А самый гламурный человек из всех – Кобзон. Это я серьезно говорю!

– А в чем же, по-вашему, суть гламура?

– А в том, чтобы помнить, чтить и правильно вносить в сегодняшний день вчерашние красивые истории. Никто же этого не понимает. Они надевают фуфловую бижутерию хрен знает какого века и говорят: «Вот, п...ц, я ее надел, я – гламур». Неправда! Надо уметь правильно привнести детали, память, красивые вещи в сегодняшнюю концепцию жизни, в новые стили. Вот это и есть гламур. Кто может сохранять в себе только светлые, радостные краски, тот гламурный! А все остальное – чернота. Как в «Дневном дозоре» есть черная сила, есть белая. Правда, мне там дали сыграть черную силу, но это неправда, я не такой. (Тут появляются помощники Бориса, уверяющие, что интервью пора заканчивать, иначе он опоздает на поезд, но артиста это приводит в негодование.) Я, б...ь, говорю, ребята! Собьете мысль, тогда им на хрен не нужно мое интервью! Они же пришли со спецзаданием, я не хочу херово выглядеть в этих журналах! (Журналисту.) Вы же не поставите меня, как этого… как его фамилия… Зверева в прошлом номере? Нет? Иначе мне надо было бы накачать губы, чтобы у меня был вид куриной жопы! Ладно, дальше…

– Виктюк как-то приглашал вас на роль Ленина, этот проект еще жив?

– Нет. Виктюк хотел ставить это представление, но куда-то слился. Наверное, кто-то дал больше бабок, чем я.

– Летом по ТВ покажут реалити-шоу, в котором вы будете нянчиться с ребенком-роботом. Какие впечатления остались от съемок?

– Я, б...ь, не думал, что это все так серьезно! Ребенок-робот и плакал, и блевал на меня, и писал, и какал! Хрен бы с этим, но когда он ночью начал орать, я с ним сошел с ума, я понял, как сложно быть матерью, какая ответственность растить детей. Этого ребенка-робота я назвал Ваней, он, кстати, очень похож на меня. Так вот, я с Ваней ужасно намудохался за трое суток! Чтобы ребенок замолк, я должен был кормить его из соски – я же отец, я же не могу дать грудь. Просыпаюсь я утром после первых суток, держу бутылку с химическим молоком, которым мне нужно напоить ребенка, и вдруг эта бутылка вылетает у меня из рук и хреначит Ване прямо по голове. У него вскакивает такая шишка! Думаю, п...ц, я попал на миллион фунтов стерлингов: это очень дорогая кукла, которая полностью повторяет поведение трехмесячного ребенка. Но, слава Богу, пронесло. Потом у меня было два шоу, и ребенка надо было куда-то пристраивать. А я ведь должен был с ним постоянно перед камерами находиться. Пришлось таскать его по клубам. Привез я его на работу, подходит… как ее, Алена не Алена… Смехова, Алика Смехова, и говорит: «О, как ребенок на тебя похож». Я говорю: «Ты охренела, это искусственный!». Все сбежались смотреть на него, Сташевский и прочие, а я всем его стараюсь подкинуть, говоря: «Помогите, у меня выход на сцену, надо бежать». Наконец-таки я им его отдал, он на них срал, писал, они там все в шоке ходили. Супер было, интересно! В общем, летом все увидите.

– После этого маленького не захотелось?

– В принципе захотелось.


Наши проекты

Комментарии (0)

Авторизуйтесь
чтобы оставить комментарий.

Читайте также

По теме