Олег Меньшиков

Недавно его номинировали на приз «Золотая калоша», который вручают за самые сомнительные достижения в шоу-бизнесе. Формулировка: «Cыграл три роли – и бровью не повел». Зато по версии журнала Forbes Меньшиков – самый популярный актер России, и многие с нетерпением ждут новой громкой ленты с его участием – сиквела «Утомленных солнцем».

– Вы с энтузиазмом восприняли идею снимать «Утомленные солнцем-2»?

– Сначала без. Я думал, время ушло, в стране выросло другое поколение, которому такой фильм не очень нужен. Но когда прочитал сценарий, все сомнения улетучились. Это потрясающе талантливо, когда я читаю – всего лишь читаю! – у меня мурашки по коже. Прошлым летом мы уже отсняли два значительных эпизода, и сейчас я с большим нетерпением жду продолжения съемок. И роль-то у меня там не такая уж огромная-разогромная, но это тот случай, когда неважно сколько, а важно, что и как.

– У вашего персонажа есть своя правда?

– Думаю, что есть. Митя – покореженный, сломленный эпохой человек, во всяком случае ему кажется, что он мученик. В первом фильме он предает своего друга – легендарного красного командира Котова (Михалков), арестовывает его и фактически обрекает на верную смерть. Все думают, что Котов погиб, его семье даже приходит похоронка. Но на самом деле герой Михалкова жив, и с началом войны он оказывается в штрафбате. Сталин, озабоченный бездарностью командования армии, вызывает Митю, приказывает ему найти своего старого знакомого и передать тому генеральские погоны. А потом они вместе попадают в плен. Эти ситуации буквально все переворачивают в Мите. Меня спрашивают: а он погибнет в конце? Я говорю: нет. А потом говорю: а может, и да. Я не помню. Ведь дело не в сюжете, а в том, что он очень объемный персонаж – тут есть что играть.

– Никита Михалков говорил, что идея картины пришла к нему после просмотра «Спасения рядового Райана».

– У него какие-то свои счеты с этим Райаном и Америкой. Мне это не очень интересно. Важнее то – и Михалков об этом тоже говорил, – что мы снимаем фильм о Великой Отечественной войне не для ветеранов, не для тех, кто ее помнит, а для молодежи. Здесь не так важно, в какой стране происходит действие, здесь нет «А-а-а, русский солдат», а есть исследование того, что такое война, что такое бой, что такое кишки, вылезающие из разорванного осколками снарядов живота, что такое ненормальность окружающего мира и как она калечит людей.

– Три ваших героя – юнкер Толстой из «Сибирского цирюльника», Фандорин и Юрий Живаго – друг другу современники. Вам интересно время, в которое они живут?

– То, что я играл «жителей» одной эпохи, – абсолютная случайность. Честно скажу, царствование двух последних русских государей меня ни на что не вдохновляет. Это Никита Михалков считает Александра III «примерным» монархом.

– А от вас вообще не слышно рецептов на тему «Как обустроить Россию».

– Да и слава Богу. У нас столько народа, который знает, как ее обустроить. Я читаю интервью, и на распространенный вопрос «А смогли бы вы стать президентом России?» все отвечают: «Да». Какая легкая работа – президент! Они на своей нынешней должности еще ни черта не могут, а президентом России быть уже могут. Блистательные, знаете ли, умы: говорят, говорят, говорят, ругают как умно. Да только толку никакого.

– У вас есть свои фавориты среди последних российских лент без вашего участия?

– Больших откровений я в нашем кино не вижу. Я прочитал восторженные рецензии про фильм «Пыль», пошел посмотреть, и мне стало страшно. Напугала не сама картина – люди сделали работу, и дай Бог им здоровья, Петю Мамонова я вообще безмерно уважаю. Но та истерика, которая поднялась вокруг, ужасна. Мне говорят: «Вот это лучше всего», – а фильм уничтожает само понятие кинематографа, потому что там не используется свет и много чего еще. То есть как эксперимент это прекрасно, браво, но объявлять это знаменем? Очень неправильная тенденция.

– С чего начался ваш неожиданный дуэт с «Дискотекой “Авария”»?

– С того, что мне очень нравится талантливое безобразие. Ребята с «Нашего радио» во главе с Мишей Козыревым приехали ко мне, говорят: «Давай ты в “Неголубом огоньке” примешь участие». Я, если честно, к телевидению отношусь однозначно негативно, а тут забрезжил свет чего-то необычного, непошлого. Я Мише говорю: мне нравится песня из старого советского фильма «Я, признаться, совершил глупость бесконечную…», давай с ней что-то сделаем. И Козырев загорелся, это же он, тут же, с ходу, сочинил большую часть новых слов, которые теперь поет «Дискотека “Авария”». Вообще, на том новогоднем концерте у меня произошли безумно интересные знакомства. Я не знал, что рок-музыканты такие умные, воспитанные, образованные люди. Шнур – это же образец интеллигентности.

– Как поживает ваш совместный с Козыревым продюсерский центр «Траектория»?

– Отлично. Сейчас мы увлечены замечательным проектом под названием «Мое племя». Это будут десятиминутные телевизионные ролики с песнями народов бывшего Советского Союза. Каждую прокомментируют выдающиеся представители народа, создавшего песню: например, Армен Джигарханян расскажет про армянскую, Вахтанг Кикабидзе – про грузинскую. Я уверен, что это будет востребовано, потому что этника сейчас уходит просто влет.


Наши проекты

Комментарии (0)

Авторизуйтесь
чтобы оставить комментарий.

Читайте также

По теме