Политпросвет: Cтильные штучки

Издательство PHAIDON выпустило поучительнейший справочник – The Fashion Book. Писать о моде всегда есть тьма охотников. Условимся: рассуждаем не о моде как таковой и не о книге как таковой. Меня, например, больше всего заинтриговала рубрикация.
Ну, понятно, профессиональные дела – знатнейшие модельеры, стилисты, дизайнеры аксессуаров, причесок, бижутерии, визажисты, создатели косметики, фотографы, издатели журналов, конечно же, модели.
Но есть и рубрика, выходящая за рамки чисто профессиональной деятельности, – icons. Иконы. Впрочем, впрямую переводить не стоит – на русском в этом слове неизбежна семантика религиозного. В нашем же контексте она если и присутствует, то в сниженном или иносказательном плане, без экзальтации. Так что оставим без перевода: icons так icons.
Речь идет о людях, которым удалось какой-то гранью собственного бытия визуализировать свое время, создать или осознать его стиль. Странные это люди: не рисовали, не кроили, не выдумывали образ, то есть не работали на моду. Скорее мода работала на них, однако они штучки явно не из тех, о которых говорят: костюм от Фенди, make-up от Бенди и т.д.
Тем не менее без этих людей мода как таковая – материя обидно легковесная: так, оболочка, бабочка...

Сегодня у нас на слуху неуклюжий термин – бюджетообразующий: скажем, отрасль или завод, без которого город или поселок – банкроты. Так вот, по аналогии, эти люди – стилеобразующие. Без них мода теряет что-то невосполнимое, без них мода – банкрот.
Итак, эти самые icons – кто они? Почему они иконны? Чем иконны? Только ли для мира моды иконны? Думаю, эти вопросы интересны не только для меня: вместо старой тоталитарной иерархии обществу навязывают – и оно, похоже, готово с этим смириться – понятия "элита", "светская жизнь", "VIP", "селебрити" и пр. – новую, укорененную в СМИ аристократию? масс-медийную версию старого калашного ряда?
В любом случае нужно рассмотреть историю вопроса. Так сказать, почувствовать разницу. Точнее определим сам предмет наших рассуждений. Конечно же, речь идет не о некоей табели о рангах самых значительных, особо знаменитых персонажах истории. Многие люди, изменившие мир, вообще не были озабочены проблемой визуализации: они стали символами, знаками, масками или гримасами времени, не выстраивая свой внешний образ специально. Ленин, например, – его лицо маркировало эпоху, более того, для массы людей оно было иконой в исконном, сакральном смысле. Однако "стиля Ленина" не было, никому в голову не приходило копировать внешний рисунок его облика и поведения, не говоря уж о манере одеваться (собственно, таковой и не существовало).
А вот Сталин уже был сам себе стилистом: в его облике все было продумано до деталей. Как и в "автопортретах", без красок и холста, но в расчете на многомилионные фото- и киновоспроизведения Гитлера, Мао, Фиделя. Были ли монстры тоталитарных режимов icons в нашем понимании? Конечно, нет. В "своем лице", в буквальном смысле, они создавали орудие подавления и символического присвоения: тавро, которым клеймилась страна, маркировалась жизнь миллионов.

Не укладываются в формат icons и примеры совсем из "другой оперы". Скажем, поздний Л.Н. Толстой – он, в своих произведениях столь внимательный к внешнему рисунку образа, и собственный выстроил предельно продуманно и функционально, явно в расчете на узнаваемость и тиражируемость (разумеется, Толстого волновали не культ личности, не власть, но распространимость учения: собственный образ как марка определенного образа жизни и образа мыслей).

Формат icons, разумеется, скромнее, он не подразумевает ни политических, ни профетических амбиций. Искусственно навязать его невозможно. Хотя бы потому, что он создается отдельным человеком для себя. А если распространяется, то потому, что каким-то образом совпадает с настроениями и ожиданиями аудитории.
У истоков icons – и альбом это отражает – Оскар Уайлд (я добавил бы еще одного законодателя стиля – Бо Брюммеля). Он, как говаривал М. Бахтин, "овнешнил" личный, индивидуальный протест против господствующего стиля жизни, моды, вкусов, нравов. Дерзил напропалую ("только поверхностные типы не судят людей по внешности"), шокировал общественность не только поведением, но и внешним видом – всеми этими бриджами по колено, зелеными гвоздиками в петлице и пр. Создал богемный, артистический стиль, затем – утрированно-светский. Доигрался до тюрьмы. Ревнители приличий торжествовали. Да поздно – Оскар уже стал icon, в дверь, которую он приоткрыл, рванула эстетствующая молодежь нескольких поколений.
Почему именно Уайлд, мало ли было будуарных эстетов и светских бунтарей? Талант писателя? Конечно. Хотя другой писатель, отмеченный в справочнике как icon, Ноэль Коуард, в своем профессиональном качестве мало кому сегодня известен. Лощеный, гладко причесанный, холеный и надменный – это ведь он, щеголь 20-х: образ, который ныне с разной долей уверенности стилизуют в фильмах про великих гэтсби и пуаро, безумствующих в госфорд парках. Значит, дело не столько в масштабе таланта (писательского, актерского и пр.), а в масштабе личности, способной убедить, что именно данный стиль поведения, одежды, отношения к жизни есть наиэлитарнейший, единственно достойный продвинутого, как сейчас говорят, человека.
Впрочем, при чем здесь элитарность? Брижитт Бордо воплотила стиль народной естественности и органичности. Были актрисы неизмеримо крупнее, но именно она стала icon, создала тип, оказавшийся, как писала Жанна Моро, "настоящим современным революционным характером для женщин 50-х".

Значит, есть и другой аспект? Ты остаешься самим собой, но твой стиль проживания собственной жизни оказывается востребованным целым поколением. Просто везение, точное попадание – как доктор прописал? Конечно, удача немаловажна. Но существеннее некий дар внушать доверие – каждому встречному-поперечному воплощение своего, вымечтанного, не доверишь...

Итак, человеческая одаренность, масштаб личности, органическая, основанная на доверии репрезентативность. Что еще? Конечно, определенные качества художника – дар визуализации, воплощения в точном смысле слова (во плоти, в образе, в поведенческом рисунке). И еще кое-что, с трудом поддающееся вербализации: хотя бы чувство стиля, как его опишешь...

Естественно, главный вопрос – как у нас обстоит дело с icons? Боюсь, что никак не обстоит. То, что главные политические фигуры страны не дают сотворить из себя иконы – фактор положительный (хотя желающих услужить немало – Никас Сафронов наготове, да он ли один). Актеры слишком задействованы в сериалах – им бы чужой стиль успеть примерить, не до своего личного. Писатели нынче и вовсе не стилисты. Попса? По данным "Ком- мерсантъ Рейтинг", Киркоров с Галкиным непоправимо потеснили в списке представителей российской элиты, составленном по зрительским опросам, Плисецкую с Щедриным. Может, эта эстрадная пара и есть стилеобразующие фигуры нашего времени? Не хотелось бы так думать. TV? Пожалуй, Парфенов, еще пара-тройка стильных людей. Но стилеобразующих ли? Может, мы просто соскучились по норме? Может, вообще не до icons – время не пришло? Хотя потребность-то есть – недаром Е. Рождественская с завидным упорством создает и публикует фотопостановки, имитирующие классические портретные произведения: если бы к вермееровским или на худой конец серовским фигурам да приделать лица наших эстрадных див или VIP-жен... Увы, пока эксперимент не удается – отторжение тканей, знаете ли...

 


  • Автор: sobaka
  • Опубликовано:
  • Материал из номера: М Ж

Наши проекты

Комментарии (0)

Авторизуйтесь
чтобы оставить комментарий.

Читайте также