ДИМАМИШЕНИН

Когда я еду в солнечный летний полдень в такси и дремлю на заднем сиденье, зажмурив глаза, то, проезжая под кронами деревьев, наблюдаю сквозь закрытые веки неописуемое лайт шоу. В оранжево-желтых психоделических тонах мелькают какие-то абстрактные блики и едва уловимые точечки... Как мне жалко в такие моменты, что в мой мозг не вмонтирована видеокамера и я лишен возможности заснять интимнейшие подробности моей личной жизни, сделав ее публичным достоянием, а только могу символически запечатлевать свои переживания в произведениях современного искусства, этого обезболивающего, снотворного и барбитурата земной жизни. Неужели в футуристической реальности все таки будут ТВ каналы, которые смогут позволить себе подобные вышеописанным эфирные материалы и внедрят их в средства массовой информации – коллективное бессознательное нации? Пока я могу давать только литературные рецепты, как добиться определенного результата.

Все-таки ужасно, что во мне нет перманентно действующей цифровой камеры с безграничной картой памяти. Бесконечное вместилище файлов – вот что пришло на смену вечному двигателю, заменившему в свое время мечту о философском камне. Кошмарно досадно, что я не могу жить все время в прямом эфире. Находиться онлайн с рождения. Как говорила моя подруга поэтесса Алина Витухновская: «То, что не тиражируется, того не существует». Я поддакивал ей в 1990-х годах. «Тираж – аналог бессмертия». Эта истина как нельзя к месту в XXI веке. Все, что не запечатлено, не было никогда на Земле. Это аксиома. Путем прямого эфира, записываемого на жесткий диск, мы можем исцелить многих людей от страха смерти. Умирать в кино не страшно. Это практически компьютерная игра с сохранением. Встав утром и свесив загорелые ноги с кровати, юная девушка видит свои красивые узкие лапки, которые будут неизбежно деформированы через сорок лет старостью… Но она знает, что как тело Лауры Гемшер («Черная Эммануэль») или Соледад Миранды («Вампиры-лесбиянки»), так и ее тело сейчас снимается для потомков всех времен и народов через вставленную в глаз телекамеру. И ей не страшно. Она запечатлена молодой и красивой навсегда. День за днем. И для этого не надо теперь быть звездой или обладать актерским талантом. Не надо сниматься в порно или трэше. У каждого есть свое персональное телевидение. Свой семейный канал для династии, растянутой на тысячелетия. Если бы у меня была стереовидеозапись одного события, я поставил бы ее и сразу отправил себя на десять лет назад… Вот я сижу, двадцатидвухлетний белобрысый и волосатый лентяй, весной 1994 года, смотрю МТВ и вижу в выпуске новостей фотографию Курта Кобейна. Первый выпуск новостей, когда под его фотографией еще не появились даты жизни и смерти, хотя он уже мертв несколько часов. Делая звук громче, я уже знаю, что он мертв. И даже хочу, чтобы это оказалось правдой, потому что так будет еще интереснее. Герой моей гранж-юности покончил жизнь самоубийством… И сразу включается запись 1993 года, когда в новостях вот так же, почти бесстрастно и неожиданно для всех, объявили, что Ривер Феникс упал замертво на выходе из клуба «Гадюка» и агонизировал прямо на глазах у своей сестры Рэйн Феникс от передозировки кокаина и героина. Еще промотка моей растрепанной голограммной молодости – и вот Джонни Деппа арестовывают за погром в гостинице в состоянии аффекта во время ссоры с Вайноной Райдер, его подругой того периода. Все в то время смотрели передачи о звездах гранж-экрана и музыки, как сейчас смотрят, наверное, телешоу «Дикари», крича в экран: «Дебилы! Что вы делаете! Это же опасно!» Только с  гранж-звездами все было серьезнее и гораздо более по-настоящему. Лишь о настоящей звезде могут ходить слухи, что звезда употребляет наркотики, попала в автокатастрофу или замечена в съемках любительских порнофильмов. И, разумеется, люди желают смерти только тому, кого действительно обожают, любят и чей культ создают. Этот синдром Иисуса Христа известен всем выпускникам виртуальных семинарий. Я выхожу в меню «Эпизоды» на своем DVD-рекордере памяти и включаю 1979 год. Маленьким ребенком, гуляя по дикому пляжу на Черном море, в районе Широкой Балки, я увидел удивительно красивое и страшное зрелище – дельфина с распоротым брюхом и вывалившимися внутренностями на гигантском валуне. Дедушка сказал мне, что это от винта корабля. Дельфин заигрался и погиб. Я видел смерть и видел, как она бывает прекрасна. Я понимаю, почему поклонники могут, рассказывая байки о своем кумире, подсознательно желать ему гибели. Потому что это еще одно проявление любви. Возможно, даже самое сильное из всех известных по эту и ту сторону света.

У каждого человека хоть раз в жизни появлялось желание уметь снимать глазами, наверное, так же, как убивать прохожих из пальца. Сделать что-то вечным или разрушить навсегда – две увлекательные стороны одной подкинутой вверх любознательным подростком монетки. Орел или решка? Мое желание вмонтировать видеокамеру себе в голову (возможно, в другой раз мне захочется вживить пулемет или лазер)опирается на многовековое неудовлетворенное коллективное желание всего человечества запечатлеть всю свою жизнь, от рождения до крышки гроба, через кухни, туалеты, спальни, бассейны и путешествия по дикой природе. Но людям уже малоинтересны хроники и архивы. Нам нужен взгляд человеческой особи. Взгляд изнутри. Из себя. Нужен кто-то, кто готов посмотреть от лица всего человечества жизни и смерти в лицо, не скрыв ничего.

Я хочу так. Хочу, чтобы моя жизнь и смерть вышли рано или поздно как очередная серия любимого сериала. Ну чем Димамишенин хуже гитлеровцев или животных? Он точно такой же, как и они. А о них уже столько сняли и показали! Итак, я предлагаю сделать передачу «Мир циклопическим глазом Дмитрия Мишенина». В этом круглосуточном сериале будет секс, мода, искусство, террор, насилие, поэзия, война, откровенная скука и много разговоров по мобильному телефону, зубной пасты и туалетной бумаги. В общем, всего того, что составляет сейчас среднестатистическую человеческую жизнь. Вмонтируйте мне в голову видеокамеру, господин директор! Я хочу сделать из своей секретной жизни публичную забаву. Разрешите мне сделать это, уважаемые господа. Я подмигиваю вам одним глазом. Второе мое око ждет операции по вживлению в него киноаппарата. Я готов. Больше ничего не исчезнет, не умрет и не пропадет в моей жизни. Это мой маленький шаг к материальному бессмертию всего человечества. Я обещаю транслировать свою жизнь до самого конца.

www.dopingpong.com


Наши проекты

Комментарии (0)

Авторизуйтесь
чтобы оставить комментарий.

Читайте также

По теме