Никита Ксенофонтов получил три награды общероссийского конкурса артистов балета «Арабеск»

Солист НОВАТа стал лауреатом I премии, обладателем приза зрительских симпатий и диплома жюри прессы, а его фотография украсила обложку календаря «Сокровища Новосибирского балета», изданного в честь года театра.

Как вы определяете свое место в новосибирском балете, труппе, репертуаре?

Каждый артист — это, прежде всего, артист: неважно в каком театре он служит, он работает в развлекательной индустрии. Наша задача — дарить зрителям эмоции, поэтому роль у нас у всех одна, и лично я никогда не искал какого-то особенного места в своем положении — для меня важно, что я могу реализовать себя в любимом деле.

А как же талант?

Талант — это семечко, которое нужно регулярно поливать, чтобы оно проросло, и ты должен выращивать его на протяжении всего карьерного пути. Если говорить обо мне лично, то я, скорее всего, пока не осознаю своего таланта, потому что под ним скрывается нелегкая профессия и ежедневная работа. Меня замечают — это прекрасно, значит, мой труд не напрасен, и я все делаю правильно. Эта оценка помогает и поддерживает, но я никогда не стремился понравиться: главное, что я на сцене всегда был честен со зрителем.

Почему так важна честность в танце?

Сейчас отчасти ушло то время, когда артисты балета по-настоящему танцевали, то есть когда мужской танец был мужским танцем. Сегодня внимание смещается к другим критериям — физическим данным и способностям, идет акцент на технику, и это, конечно, важно, но не должно быть определяющим, ведь в первую очередь танец — это артистическое искусство, которое должно дарить эмоции.

То есть для вас артистичность важнее техники?

Технически я очень оснащен, у меня хорошая координация, но в моем умении танцевать, прежде всего, выделяю свое внутреннее состояние, которое помогает мне передать характер персонажа и его эмоции. Зритель не обращает внимания на дотянутые стопы, хоть это и важно: на первом плане восприятия у публики — герой, которого ты играешь, и если ты не делаешь этого по-настоящему, то на тебя неинтересно смотреть, ты не будешь запоминающимся персонажем.

Большинство моих партий второстепенные, но, тем не менее, зритель замечает именно меня, за что я ему очень благодарен. Если я Меркуцио — публика видит Меркуцио, если Чиполлино — Чиполлино, шут — значит, шут. Есть прекрасные слова: «Не бывает маленьких ролей, бывают маленькие артисты». Ты можешь играть дерево, но делать это нужно талантливо, с душой, чисто и качественно.


Большинство моих партий второстепенные, но зритель замечает именно меня

Какие партии для вас особенно важны?

Каждая — это новый вызов, новый этап, ведь в НОВАТе я начинал с самых дальних планов кордебалета и дошел до ведущих ролей. Сегодня репертуар нашего театра достаточно обширный, нагрузка большая, артистов не всегда хватает, и если меня просят станцевать кордебалетные партии, я к этому отношусь так же серьезно, как и к более значительной роли. Я очень благодарен театру за возможность развиваться, особенно за работу в постановках Эдварда Клюга. Кстати, именно роль Меркуцио в Radio&Juliet принесла мне новосибирскую театральную премию «Парадиз». Еще учась в Петербурге, я видел этот балет вживую и всегда мечтал принять в нем участие. Приятно, что Эдвард выбрал для меня партию Меркуцио — он сам много лет ее танцевал, и она для него очень важна. Тем не менее, в следующем сезоне меня ждет роль Ромео. Это большая честь работать с хореографом такого уровня: он заметил меня в постановке «Пер Гюнт» и уже тогда говорил, что я буду танцевать Пер Гюнта, и сейчас я готовлю эту партию, чтобы в будущем сезоне ее исполнить.

Вы уже не только второстепенные партии исполняете: в вашем репертуаре есть еще и роль Чиполлино?

При моем росте меня сложно выдвинуть на первые партии в классических балетах, но в современных это возможно, и Чиполлино тоже для меня знаковый балет. Как Романа Юрьевича Полковникова называют лучшим Спартаком новосибирского театра, так меня стали отмечать как лучшего Чиполлино. Спасибо огромное за это и театру, и Генриху Александровичу Майорову, который приехал к нам лично ставить этот балет. Опять же я начинал с кордебалета, и Генрих Александрович заметил меня — тогда мне и довелось поработать наравне с ведущими артистами уже в первый год своей карьеры.

«Чиполлино» — это спектакль для детей. Как это влияет на работу?

Это очень сложный балет, так как он совмещает и качественную хореографию, и комическую натуру, а главное, что зрители — это дети, которые тебе верят, а ты не можешь обмануть ребенка. Поэтому при очень тяжелой нагрузке и технике ты должен выдавать самые искренние эмоции, захватив детей настолько своим персонажем, чтобы они поверили и тебе, и ему. И когда маленькие зрители кричат из зала: «Чиполлино!» — ты понимаешь, что это самое важное в твоей профессии.

Текст: Юри Аннов

Фото: Анна Маслова

Лидия Осинцева ,
Комментарии

Наши проекты