Вадим МАХОРОВ: "Общество выступает как собеседник, я общаюсь с ним через фотографию"

Головокружительные ролики об урбанистических восхождениях новосибирского фотографа собирают миллионы просмотров. За последний год в списке покоренных целей оказались два из трех самых высоких зданий мира и статуя Христа Искупителя.

Вы не очень любите термин «руфер». С чем это связано?
Раньше мы спокойно относились к такому названию, а сейчас оно мне не нравится потому, что появилось новое поколение руферов, и в глазах обычных людей это малолетние парни с разводным ключом, которые ходят на крышу, чтобы там пива попить и замки поломать. Мы в свою очередь этого не делаем, вандализмом не занимаемся, поэтому не хотим ассоциироваться с таким образом.

При этом определение «урбан эксплорейшн» вас не раздражает.
Это более глобальное название, которое включает в себя не только руфинг, но и другие виды городского исследования, изучение скрытой части города: подземелья, бункеры, какие-то заброшенные территории, изначально урбан эксплорейшен с фотографией вообще никак не был связан.

Для вас экстрим – это бизнес, спорт, источник адреналина?
Источником адреналина это было, когда я только начинал. У меня тогда было два направления: съемка города с высоты, какие-то красивые кадры с развязками и так далее. А второе направление – это то, чем я пытался как-то удивить людей, может быть самому себе что-то доказать. Но, слава богу, эта тема у меня продолжалась недолго. Для меня урбан эксплорейшн – это такой перформанс, то есть, я занимаюсь этим, чтобы показать людям то, что вижу сам и чтобы они могли увидеть улицы, по которым ходят каждый день, с какого-то иного ракурса.

То есть, это, прежде всего, творческий акт?
Да, именно для меня это связано с творчеством. Изначально была фотография, сейчас мы с Виталием Раскаловым начали заниматься еще и видео. Например, если я еду куда-то путешествовать один, то я нахожусь сам с собой, мне вроде бы интересно, но чего-то не хватает. А не хватает второго человека, которому я бы мог это показать, рассказать и обсудить. И общество, в данном случае, выступает как собеседник, я общаюсь с ним через фотографию.

Как выглядит идеальный залаз?
Прежде всего, само здание – это либо высоченный небоскреб, либо историческая достопримечательность типа Нотр-Дам или Кельнского собора. Во-вторых, должен быть какой-то квест, сложный, с препятствиями, а не так, чтобы все открыто – проходи как на смотровую площадку. Потом, все это должно закончиться крутыми кадрами, которые людям понравятся. Если чего-то из этого не хватает – уже не круто. Например, если ты залез, но ничего не снял, то, как говорят: «Нет фото – значит, не был».

Вы не включили пункт «получить за материал хорошие деньги».
На самом деле у меня нет таких корыстных целей, я не думаю о том, сколько заработаю на этих снимках. Есть фотографы, которые думают, как снять так, чтобы продалось, а есть те, кто снимают так, чтобы понравилось либо обществу, либо себе. Я себя ко второму типу причисляю и всегда старался снимать так, как мне нравится, а рано или поздно такая съемка найдет своего покупателя.

Как находите финансирование на поездки?
У нас есть спонсоры, которые оплачивают билеты, и их все могут увидеть в наших роликах, это не секрет. А в самой поездке не так уж много денег тратится, если сравнивать, например, с проживанием в Москве. Главная статья расходов – это всегда перелеты, ну и иногда еще отели, хотя, если нет денег на отели, всегда можно пойти на couchsurfing.com и бесплатно вписаться.

На самом деле, путешествия – это, в первую очередь, вопрос не денег, а желания. У меня раньше денег не было совсем, но я умудрился автостопом проехать через всю Россию, побывать в Белоруссии и Украине, через Крым вернуться в Сочи и оттуда уже на поезде уехать, за два месяца потратил всего двадцать тысяч рублей. В конце концов, можно включиться в какие-то волонтерские программы и уехать даже в Антарктиду, куда самый простой тур из ближнего к ней города Ушайа стоит четыре тысячи долларов. Но всегда можно прийти и устроиться работать на это же судно каким-то разнорабочим, хоть полы мыть, но ты побываешь там же, еще и денег заработаешь. Поэтому, главное – придумать.

Где для вас проходит граница, между тем, что можно и что нельзя?
Мне кажется, что, в принципе, все можно, если голову на плечах держать. И если ты в какой-то момент понимаешь, что нужно остановиться, то просто нужно остановиться. Вот, например, зацеперы в метро – это то, к чему я очень негативно отношусь, даже несмотря на то, что, когда все только начиналось, пару раз катался зацепом. Просто это очень опасно и вредит другим людям, в том числе персоналу метрополитена.

Странно слышать от вас о безопасности.
У нас все не так страшно, как смотрится. Там, конечно, присутствует доля риска, но и у меня, и у Виталия есть рассудок и мы понимаем, где грань, когда риск начинает быть неоправданным. Это и есть та черта безопасности, за которую мы не выходим. Мы же бываем в цирке, смотрим, как там под куполом летают на трапециях, и тоже можем сказать, что они сумасшедшие и страшно рискуют. Но все говорят: «Ой, какой он клевый, что вытворяет». Просто люди знают, что там выступают тренированные профессионалы, но почему-то никто не думает, что мы также можем быть в каком-то роде профессионалами.

А еще важно знать, что…
Вместе с коллегой Виталием Раскаловым Вадим Махоров создал ресурс ontheroofs.com, где рассказывают о своих путешествиях. Кадр, снятый во время восхождения на Шанхайскую башню, был выбран авторитетным немецким журналом Stern в качестве фото недели. Из направлений фотографии Вадима в первую очередь интересует индустриальная съемка, свои работы он выкладывает в жж под ником dedmaxopka. Помимо урбан эксплорейшн и фотографии он увлекается мотоциклами для эндуро.

 

Текст: Павел Ютяев   Фото: Сергей Черных


Комментарии (0)

Авторизуйтесь
чтобы оставить комментарий.

Читайте также