ТОП-45: Дмитрий Шиллер

Руководитель проекта «Полюс холода», председатель отделения Русского географического общества в РТ, президент Федерации подводных видов спорта РТ вместе со своей командой установил сразу два мировых рекорда в условиях вечной мерзлоты на полюсе холода - Оймяконе. Аквалангисты опустились в легендарное озеро Лабынкыр на глубину пятьдесят два метра,  исследовали озеро Ворота на глубине около шестьдесят метров. Участники экспедиции «Надежные машины. Железные люди» собрали данные о флоре и фауне этих водоемов и передали материалы для научных исследований  специалистам нескольких стран и отработали методики выживания человека  и техники в агрессивной среде. 

На Полюс холода можно ездить и во второй, и в третий, и в двадцатый раз. Нам Богом дан такой интересный с экологической точки зрения феномен и не изучать его, я думаю, это сродни преступлению. Там мы проверяем и испытываем много вещей. Ведь можно постоянно говорить, что наши машины самые лучшие, наши люди самые крепкие. Не надо говорить, надо приехать на полюс холода и сделать что-то – например, прожить десять дней в соответствующих условиях, используя методики дыхания, которые позволят тебе самому согреваться, поработать на тех же КамАЗах, используя то или другое снаряжение. А потом забрендовать это снаряжение с таким посылом, что оно с успехом использовалось в самых суровых точках планеты. После этого доказывать и рекламировать уже ничего не нужно.

Сейчас все чаще говорят о покорении Марса и Луны. Ребята, какой Марс! Людей сначала надо в принципе научить работать в суровых условиях, не предназначенных для жизни – например, под водой. А уже потом, подготовленных таким образом людей можно смело отправлять туда, куда вы хотите.Те методики, которые мы отрабатываем на себе, по-своему уникальны и если не сегодня, то завтра они точно пригодятся.

Когда Алексей Леонов вышел в открытый космос, он доказал, что это возможно. А все остальные выходы в космос были выполнены с какими-то научно-исследовательскими целями. Так и у нас. В прошлом году мы поняли, что жить и работать в таких экстремальных условиях можно, выполнять действия в таких условиях под водой можно. В этом году нашей задачей было – выполнить самое глубокое доступное нам погружение. И не просто погрузиться, но и работать на этой глубине. Не с помощью роботов, что тоже важно, а прежде всего человеческая работа.

Меня часто спрашивают: ну зачем человеку нырять на глубину, ну скажем, триста метров? Мы постоянно тренируемся, готовимся выполнить свое обещание нырнуть на четыреста метров. Зачем? Ребята, да все просто: для того, чтобы мы шире смотрели на все эти вещи, чтобы глубже могли двигаться, в конце концов, чтобы расширить свое самосознание, раздвинуть границы возможностей человечества. В суровых условиях начинаешь больше ценить своего партнера, понимаешь, что может быть тебе в нем не все нравится, но приходится научиться вырабатывать условия совместного бытия. Это своего рода школа толерантности, умения слушать и понимать людей, в тоже время – умение отстаивать свою точку зрения, не нарушая принципы этих людей.

Мой личный рекорд погружения – сто шестьдесят пять метров.Это далеко не предел. Сейчас ныряют и за двести метров, и даже за триста метров. Я уверен, что Россия в этом должна быть в числе лидеров. В этом есть своя историческая справедливость.

Что на глубине? Там темно, холодно и сыро. И страшно. И сейчас восемьдесят метров подо льдом – это страшно. В прошлом году, когда мы уходили под лед, было еще страшней. В прошлый раз нам вообще никто не мог рассказать – как там будет? Сейчас мы хотя бы понимали, что нас там ждет. Очень важно, что уже есть на планете люди, которые это сделали. В следующий раз будет легче и нам и другим, кто пойдет по нашим следам. Такие маленькие шажки мы и будем делать.

С того времени, как мы начали реализовывать мегапроект «Рекорды России», у нас в команде поменялось много людей. Кто-то сам ушел, кого-то пришлось попросить уйти. Проблема не в уровне профессионализма. Я как раз хочу, чтобы в нашем проекте принимали участие самые обычные люди, разные по пониманию жизни, по социальному статусу. Для меня, как для руководителя, важно, чтобы моя команда отражала всю Россию. Сейчас у нас в команде есть школьники - два семнадцатилетних парня, есть и владельцы фабрик, которые махали лопатой, расчищая снег. Главное – чтобы они умели общаться, не нарушая общий командный дух. Если удастся создать ядро из таких вот людей, то вокруг него обязательно закрутится маленькая вселенная, подчиненная тем моральным правилам, которое несет вот это ядро.

Бюджет прошлогодней экспедиции был пять миллионов рублей. Бюджет второй – восемь миллионов. Конечно, подготовить такую экспедицию не просто: и деньги найти, и все согласовать. Но самая большая трудность – найти людей, которые будут относиться к этому проекту с таким же чувством, как ты сам. Причем, все деньги – это личные средства участников проекта, частные инвестиции и спонсорская помощь. Каждую копеечку приходится искать.

Вспомним, как Миклухо-Маклай собирался в свои экспедиции, как Пржевальский в карты выигрывал деньги и закладывал имение, чтобы отправиться в путешествие, как Седов с половиной экипажа ушел в свое плавание. Пример этих людей меня вдохновляет. Меня вдохновляют они, а не мои современники, которые пытаются учить меня жизни или бизнесу. Можно назвать это безумством, но эти «безумцы» в свое время «взорвали» мозги миллионам, заставили крестьянских детишек зубрить математику и с помощью своей крестьянской хватки становиться докторами наук.

С того времени, как мы начали реализовывать мегапроект «Рекорды России», у нас в команде поменялось много людей. Кто-то сам ушел, кого-то пришлось попросить уйти. Проблема не в уровне профессионализма. Я как раз хочу, чтобы в нашем проекте принимали участие самые обычные люди, разные по пониманию жизни, по социальному статусу. Для меня, как для руководителя, важно, чтобы моя команда отражала всю Россию. Сейчас у нас в команде есть школьники - два семнадцатилетних парня, есть и владельцы фабрик, которые махали лопатой, расчищая снег. Главное – чтобы они умели общаться, не нарушая общий командный дух. Если удастся создать ядро из таких вот людей, то вокруг него обязательно закрутится маленькая вселенная, подчиненная тем моральным правилам, которое несет вот это ядро.

Бюджет прошлогодней экспедиции был пять миллионов рублей. Бюджет второй – восемь миллионов. Конечно, подготовить такую экспедицию не просто: и деньги найти, и все согласовать. Но самая большая трудность – найти людей, которые будут относиться к этому проекту с таким же чувством, как ты сам. Причем, все деньги – это личные средства участников проекта, частные инвестиции и спонсорская помощь. Каждую копеечку приходится искать.

Вспомним, как Миклухо-Маклай собирался в свои экспедиции, как Пржевальский в карты выигрывал деньги и закладывал имение, чтобы отправиться в путешествие, как Седов с половиной экипажа ушел в свое плавание. Пример этих людей меня вдохновляет. Меня вдохновляют они, а не мои современники, которые пытаются учить меня жизни или бизнесу. Можно назвать это безумством, но эти «безумцы» в свое время «взорвали» мозги миллионам, заставили крестьянских детишек зубрить математику и с помощью своей крестьянской хватки становиться докторами наук.

Текст и фото: Антон Райхштат.

 


Комментарии (0)

Авторизуйтесь
чтобы оставить комментарий.

Читайте также

По теме