Евгений СОКОЛОВ

Известный казанский саксофонист, экс-руководитель группы Jive после длительной измены музыке с журналистикой вернулся к любимому джазу и осенью впервые выступил со своим новым коллективом «Персона».

С чем связано ваше исчезновение со сцены на несколько лет?

Во-первых, расформировали оркестр «Синтез-бенд», в котором я работал. Во-вторых, покинул группу Jive, занявшись рекламным бизнесом. Писал и редактировал тексты для одного московского чиновника, экономиста. Пришлось прочитать пару-тройку умных книжек, чтобы в терминах разбираться. Опыт в журналистике у меня до этого был – написал хронику казанского джаза.

 

И все-таки вернулись к музыке. Почему?

Стоило сыграть один концерт после долгого перерыва - и этого оказалось достаточно, как у «развязавшего» алкоголика. Это все следствие того, что в семь лет меня отдали учиться в школу при казанской консерватории.

 

Как же это случилось?

Родители заметили, как я после музыкальных занятий в детском саду с увлечением барабаню пальцами по сиденью кресла – будто на пианино играю. Но подозреваю, что решающую роль сыграло место нашего проживания – рядом со спецшколой при консерватории. Это показалось веским основанием, чтобы отвести ребенка на экзамены. Как ни странно, я прошел их легко. Но вместо пианино меня стали обучать на нелюбимой виолончели. И вряд ли из меня вышел бы музыкант, если б в пятом классе к нам не пришел Геннадий Николаевич Хохлов – отличный педагог и фанат джаза. Я перешел к нему на кларнет, а в шестом уже начал играть в его диксиленде.

 

Это был школьный коллектив?

Нет, заводской. Тогда было время расцвета самодеятельности, практически на каждом предприятии свой духовой оркестр. А Хохлов создал джазовый, из рабочих и укрепленный двумя его учениками-«профессионалами». Помню, играли на праздничных демонстрациях. Кроме десяти рублей за «выступление», нравился сам процесс. Именно тогда влюбился в джаз. А когда меня, первокурсника консерватории позвал в свой оркестр Деринг, мечта сбылась - Виктор Эдуардович был для меня звездой.

 

И, тем не менее, именно от него вы ушли и создали свой коллектив.

На самом деле было так. В биг-бенде Деринга я играл с 1986 года, и очень полюбил эту эстетику «большого оркестра». Но молодежи хотелось экспериментов, мы увлеклись музыкой для малых составов. И в 1992 году я и еще пять музыкантов из оркестра объединились в Jive, параллельно работая у Деринга.

 

Маэстро смирился?

Ревновал страшно, ворчал, но помогал советами – вел себя, как добрый, строгий, но справедливый папа. Вообще, Виктор Эдуардович был личность неординарная. Гармоничный, с множеством интересов. Например, своими руками построил дачу на Яльчике. Не только музыкой жил.

 

А вы?

Моя страсть – автомобили. И гонять люблю, и копаться в них, ремонтировать. Но, конечно, музыка на первом месте.

 

Если сегодня начнете писать главу о современном казанском джазе, с каким знаком она будет – плюс или минус?

Главу, кстати, уже начал писать. С одной стороны, джазовая жизнь в Казани есть и протекает довольно интенсивно. Проходит фестиваль в усадьбе Сандецкого, в кафе «Старый рояль» каждую неделю выступают коллективы, и даже с приглашением хороших иностранных музыкантов. Филармоническому джаз-оркестру дали гранты на развитие. Но почему-то этими грантами платят гонорары московским музыкантам - вместо того, чтобы «ковать» собственные кадры, учитывая то, что закрыли эстрадное отделение в музыкальном училище - последний поставщик музыкантов для джаза. И уже сейчас ощущается их дефицит – многие уехали в Москву.

 

Самому никогда не хотелось уехать?

Меня Георгий Арамович Гаранян в свой оркестр звал. Но надо было переезжать в Краснодар, а я к тому времени был женат, так что не случилось.

 

Нет мысли открыть свой класс и растить молодежь?

Возможно, и открою. Хотя опыт преподавания у меня забавный. Мне было чуть больше двадцати, когда взял класс в районной музыкальной школе. В итоге к концу года из двадцати пяти детей остались трое – причем не самых талантливых, а самых усидчивых. Остальных повыгонял за безразличие к музыке. Такой же принцип при выборе музыкантов в группе. Хотя понимаю – люди взрослые, работают в разных местах, деньги зарабатывают.

 

А для вас коммерческий успех важен?

Конечно, я не бессеребренник. К тому же коммерческий успех - это веская причина придти на репетицию, то есть - совершенствоваться дальше.

 

Что еще обязательно должны сделать?

Привести свою новую группу, образно говоря, к Карнеги-холлу. Доказать, что казанские музыканты могут занять достойное место в мировом джазе. Может, не завтра, но надеюсь,  с «Персоной» это получится.

Евгений Сколов не только играл с ведущими российскими и зарубежными музыкантами, но и снялся в первом в Татарстане полнометражном художественном фильме «Куктау» («Небесная гора») Ильдара Ягафарова. Актерская профессия настолько понравилась музыканту, что он готов к новым режиссерским предложениям.


Комментарии (0)

Авторизуйтесь
чтобы оставить комментарий.

Читайте также