ТОП-50: Денис Красильников

Московско-казанский режиссер взялся за непростую тему, рассказав об участниках антифашистского подполья, действующего внутри легиона «Идель-Урал» - в итоге «Война непрощенных» стала лучшей документальной лентой фестиваля мусульманского кино 2015 года.

Как появилась идея снять этот фильм?

После показов нашей первой картины зрителей интересовал вопрос - а будет ли продолжение, фильм об участие татар во Второй Мировой войне? Разумеется, первым делом я прогуглил тему участия татар в ВОВ. Были статьи о тружениках тыла, о танковых и летных бригадах и...

Надо отметить, что к концу 2014 года события в Украине обострили дискуссии на тему коллаборационизма в годы ВОВ, интернет буквально пестрил заголовками о предательстве татар и их службе легионе «Идель-Урал», который почему-то приписывали к формированиям СС. Многое из прочитанного просто приводило в бешенство: мне - внуку татарина - орденоносца, ветерана трех войн, - была абсолютно непонятна позиция некоторых «товарищей», стремящихся приписать к национальной черте татар предательство, корни которого, как и следовало ожидать, уводили нас в «монголо-татарское иго». Обособленно на этих сайтах обсуждалась и фигура Мусы Джалиля, обезглавленного, как и десять его соратников в Плетцензее. Одни утверждали, что звание Героя Советского Союза поэт получил заслуженно, другие считали награду случайной.

В любом случае возникли вопросы и у нас: если было сопротивление, то где же результаты его участия? Чем конкретно занимались подпольщики, какова была численность организации и кто в нее входил?

Как проходил сбор материала?

Ответы на некоторые вопросы мы нашли в работах Рафаэля Мустафина «По следам оборванной песни», Искандера Гилязова «Легион «Идель- Урал» и Рустэма Гайнетдинова «Провал операции «Шаровая молния». Потом началась запись базовых интервью. Должен сказать, что Гилязов - великолепнейший собеседник; за год до этого, когда он принимал участие в предыдущем проекте, мы неоднократно беседовали на тему советского коллаборационизма в годы Второй Мировой войны. Некоторые факты из его уст стали для нас настоящим открытием. Затем была запись беседы с Михаилом Черепановым - заведующим Музеем-мемориалом Великой Отечественной войны в казанском Кремле. Среди прочих бумаг он продемонстрировал нам наградные на разведчиков-татар, заброшенных в национальные легионы с целью организации подполья. Тогда же Черепанов упомянул о том, как в середине 90-х в Париже он посетил экспозицию посвященную участию пленных советских солдат во французском антифашистском движение «маки». Удивительно, но среди прочих портретов были представлены и фотографии бывших легионеров. Позже, благодаря активным участникам татарской диаспоры в Париже, нам удалось отыскать этот музей и собрать важную для нас информацию. Далее были интервью с Рустэмом Гайнетдиновым и Римзилем Валеевым, который еще в конце девяностых рассказывал о своих встречах с Гарифом Султаном. Помню, что первой моей реакцией было: «Вы что, с фашистами разговаривали?». Такое Поведение ничуть не смутило его. Он как отрезал: «Это моя работа - я брал интервью!»

 

После первых записей обрисовалась и география съемок - Польша, Белоруссия, Германия, Франция. Зачастую свидетельством пребывания бывших легионеров на территориях европейских стран становились братские могилы участников сопротивления, где среди прочих были прописаны и татарские фамилии. К моему удивлению, существует достаточное количество сайтов, на которых энтузиасты - поисковики выкладывают фотографии захоронений и расшифровывают их.

Начались командировки. Нам посчастливилось встретиться с мэром города Бэн, хлопотами которого в 80-х годах во Францию привезли советского пенсионера Амира Утяшева. Два последних года войны он воевал здесь, в районе Верхней Луары, и возглавил татарский отряд «макизаров». В этих местах Утяшев был известен под псевдонимом «Капитан Николс».

Глава коммуны Вержезак привел нас на местное кладбище. Здесь каждый год 10 ноября он убирается на братской могиле бывших легионеров, участвовавших в освобождение города от фашистов. До этого за памятником следила его мать, и, умирая, завещала сыну продолжить ее дело. В дальнейшем выяснилось, что мэр ничего не знает о татарах, кроме того, что люди этой национальности освобождали его родной город.

Съемки в Польше начались с проблем: нам долго пришлось убеждать директора музея-мемориала в Треблинке Эдварда Капувку в том, что мы не собираемся чернить татар, поскольку мы сами и есть татары. В переговорах принимали участие и наши земляки- казанцы, которые сегодня работают в Варшаве. После продолжительной переписки согласие было достигнуто, и мы отсняли важный материал о Шталаге 366, куда в 1942 году начали свозить первых пленных солдат - уроженцев Поволжья. Далее были съемки в Германии, Белоруссии, ну и, конечно, в Татарстане.

Где вы нашли легионера Гайнана Насырова?

Нам помог доцент КФУ Джаудат Миннулин. Выяснилось, что в его родной деревне проживает бывший легионер. На момент съемок ему исполнилось девяносто три года. Это человек редкого здоровья: еще два года назад ездил на велосипеде и совершал лыжные прогулки. Его руками были отстроены деревенский клуб, мечеть, школа, колхозные фермы, но долгое время соседи иначе как «фашистом» его и не называли. В восемнадцать Гайнан был призван в армию, воевал, а затем попал в плен. Спустя некоторое время он оказался в 828 батальоне легиона «Идель-Урал». Любопытным было то, что по документам, найденными нами после интервью, он числился погибшим в боях подо Ржевом еще в 1942 году.

После войны он был арестован, освободился в 1956 году по амнистии. Он рассказал не так много, только то, что позволяла соответствующая возрасту память. Что-то было путано, что-то ярко отпечаталось в его сознании. Но, тем не менее, его рассказ был для нас очень важен.

Какой эпизод в ходе съемок оказал на вас воздействие?

Во время работы я не прислушиваюсь к себе. Я делаю фильм: главное, чтоб камера не дрожала и звук записывался чисто.

Могу ошибаться, но на Фарида Рафкатовича (Бикчантаева, главного режиссера театра имени Камала, ведущего в фильме — прим.) сильное впечатление произвел музей тюрьмы Плетцензее. В момент съемок стояла такая мерзкая погода - зуб на зуб не попадал. Кругом бетонные стены, решетки на окнах и каменный пол, окрашенный кровью гильотинированных в красный цвет. Его до сих пор, спустя семьдесят лет, отмыть не могут. Отснялись. Фарид Рафкатович говорит: что-то плохо мне здесь, давайте отсюда уйдем поскорее. А на выходе нас встречает охранник-турок, предлагает к нему в сторожку зайти погреться. И за чашкой кофе рассказывает, что работать здесь для него большая честь потому, что он безгранично гордится подвигом Мусы Джалиля, только поэтому сюда и устроился. Скажу честно, я до сих пор под впечатлением от его рассказа.

Текст: Радиф Кашапов

Фото: Юлия Калинина

Голосовать за номинантов можно раз в сутки на сайте премии.
Дата окончания голосования - 11 декабря


  • Автор: Radif
  • Опубликовано:
  • Материал из номера: Ноябрь 2015

Наши проекты

Комментарии (0)

Авторизуйтесь
чтобы оставить комментарий.

Читайте также

По теме