Нельзя не верить, когда на твоих глазах умирают люди

Блогер и гражданский активист Ксения Костина  о том, как вся ее семья заболела коронавирусом, о целом месяце в больнице и общественной огласке

Больница – разносчик вируса 

Где мы заразились 

Моя свекровь проходила плановый курс лечения в Первой клинической больнице. В то же самое время вирус начал распространяться по отделениям этой больницы. В день выписки у нее случилось расстройство желудка, и температура поднялась до 39 градусов. Подумали – простуда. На следующий день самочувствие у свекрови нормализовалось, а через три дня появились симптомы у меня, ребенка, а потом и мужа. Опять же подумали: отравились. Мыслей о коронавирусе у нас даже не возникло – ведь мы сидели дома и соблюдали самоизоляцию, и даже мысль о том, что вирус можно «поймать» в больнице, не приходила в нашу голову.

4 недели взаперти 

Помоги себе сам!!!
Именно так выглядит госпитализация с коронавирусом в Инфекционной больнице Иркутска!

Нас забрали в «инфекционку». Меня продержали там целый месяц из-за совсем безобидной вещи – бифидобактерий. Из-за них и моей непереносимости лактозы возникли дополнительные проблемы. Врачи не обратили на это внимания, болезнь осложнилась – и поэтому я «прожила» в больнице почти месяц.

После выписки мне предстояло лечиться снова, чтобы вернуть организм к доболезненному состоянию. Но меня быстро затянули домашние и рабочие дела, и реабилитация пошла сама собой.

Блогерский опыт

За время болезни на меня подписались еще около 5–6 тысяч человек. Аудитория у меня и до этого была немаленькой, но сейчас она стала еще больше. И сформировалось понимание того, что с популярностью приходит ответственность.

Рассказывать о коронавирусе решила в тот момент, когда узнала, что я и моя семья им заболели. В тот момент мы, мягко говоря, все обалдели. Свекровь до сих пор не верит(!!!), что болела чем-то.

Когда я начала в своем Инстаграме публично говорить о болезни, мне часто писали, что ковида нет – выдумки это все. Мою соседку по палате увезли в реанимацию – тогда у меня случился нервный срыв, стало страшно. Как можно не верить в болезнь после того, как у тебя на глазах люди умирают.

Мне звонила какая-то девушка и спрашивала: «Зачем вы все выдумываете? Зачем ерундой занимаетесь, вы же понимаете, что пандемии нет?». Был еще паренек, который хотел привезти мне таблетки. И, действительно, приехал (без маски) и начал рассказывать всем, что вируса не существует. Таких неадекватных людей много, у них глаза как будто пеленой покрыты.

Даже была версия о том, что я – заказ правительства. Ну, допустим, меня еще можно было специально положить в больницу, но всю мою семью – нет. Там разворачивались такие события, что играть специальную роль было невозможно. Я все показывала своим подписчикам: мои анализы, результаты исследований, процедуры и даже каждый прием пищи, показывала свою соседку, которой сейчас уже нет в живых.

Был ли смысл в огласке?

Мне удалось подключить к этому делу правительство. Конкретно моей ситуацией занялся сам врио губернатора Игорь Иванович Кобзев. Ну вы понимаете, что людей не стали бы возить на процедуры в другую больницу и не встал бы вопрос о создании новой больницы, если бы он не вмешался.

Меня было не остановить – рассказывала обо всем вокруг. Выписать – нельзя, я ведь болею. И за этот месяц я успела увидеть весь-весь процесс лечения людей и рассказать об этом.

Другая сторона огласки – это помощь людям, которые попали в такую же ситуацию, что и я. Ведь в процессе лечения важны не только таблетки и процедуры, но и поддержка от других людей. Сегодня ты можешь нормально себя чувствовать, а завтра на ИВЛ поехать. Очень тяжело морально осознавать это. А когда где-то в поле зрения есть человек, который прошел через это, то становится намного легче. Я каждый день получаю отдачу от людей, их благодарности – ведь так здорово, когда можешь кому-то помочь. Очень много медиков также освещают проблему пандемии, не боятся говорить, потому что им рот никто не закроет – от них зависят жизни.

В будущем?

После окончания пандемии я не заброшу освещение социальных проблем. Есть возможность обсуждать проблему – я буду ее обсуждать. Общественной деятельности в моем Инстаграме быть, а в каком формате – это я решу немного позже.

Я SMM-специалист и знаю истинную силу Инстаграма. Это лучшая площадка для того, чтобы привлечь внимание и простых людей, и власти. Моя огласка помогла многим людям, а значит нужно продолжать это делать.

Сейчас все проблемы, даже косвенно связанные с коронавирусом, всплыли на поверхность. И их все нужно освещать, чтобы люди знали и понимали, что делать.

Фото из архива героя 

SOBAKA IRK,
Комментарии

Наши проекты