Как Валерий Леонтьев стал символом эпохи перемен

 Сегодня, 19 марта, Валерию Леонтьеву исполняется 70 лет (да-да – в это сложно поверить!). По просьбе «Собака.ru» автор telegram-канала «Всякая годная попса» Антон Вагин рассказывает, как певец менялся вместе со всей страной – от прилежного артиста в белоснежном костюме до глэм-иконы в коже и леопарде, воспевающем человеческие пороки.  

«Я просто певец» – сообщает нам тогда еще 39-летний Валерий Леонтьев с обложки своего шестого диска-гиганта. Но нет, Валерий Яковлевич, разрешите не согласиться. Вы не просто музыкант, а нечто большее. И сегодня, когда вам исполняется 70, давайте наконец попробуем определиться, кто же вы.

 

 

Восхождение Валерия Леонтьева на советской-российский поп-Олимп – это отображение истории нашей страны через призму трансформации моды и стиля. Начало 1980-х: он – прилежный певец филармонии, выступающий в пристойном белом пиджаке и поющий о работе дельтапланов и светофоров. Все скромно и выдержанно, но чувствуется приближение эпохи перемен в жужжащих синтезаторах, то и дело проскакивающих в аранжировках песен. Середина 1980-х: на дворе перестройка, наконец-то можно почти все, и это чувствуется и в музыке Валерия Яковлевича, поющего о том, как плоха гиподинамия – болезнь, вызванная отсутствием движения. Его альбом «Бархатный Сезон» 1986 года без движения как раз не оставит: песни заставляют встать и бежать навстречу новому. 

  • Валерий Леонтьев и Илья Резник

    De Visu / Shutterstock.com

В конце 1980-х, когда в жизни советского общества происходят коренные изменения, точно так же меняется и Валерий Леонтьев. Нет больше прежней стеснительности певца из филармонии. Теперь перед нами икона глэма. Пиджаки с крокодиловыми принтами, максимально пышная грива волос, бдсм-костюмы, надетые поверх тюремной робы и, конечно же, вечный леопардовый рисунок – вот он портрет Валерия Леонтьева образца 1988-го года. Он – концентрированный образ того, что происходит с гардеробом и умонастроением советских граждан тех лет. Он – возведенная в максимум раскованность и доведенная до края свобода, когда внезапно все стало можно. И если для простых людей существовал какой-то предел, дальше которого они не могли зайти, то для Леонтьева его не было. Потому что он выбрал грешный путь – путь человека, который вберет в себя все пороки общества и воспоет их. 

 

Конечно, Леонтьев не мог не понимать, что в какой-то момент люди начнут отрекаться от него и насмехаться над ним, как он и предсказывал в песне «Белая ворона», «если мы черны, будь и ты черна». Но Валерий Яковлевич взял на себя роль зеркала, в которых отражаются все грехи, вся наша жизнь. Случайно ли в 1994-м на фоне всеобщего, порой поверхностного, роста интереса россиян к православию выходит его альбом «У ворот Господних»? Ни в коем случае. Это его молитва в Гефсиманском саду: «Господь мне жребий дал – я выбрал то, что мог…». Этот альбом – апофеоз творчества Леонтьева, вопрошающего бога о своей судьбе, рефлексирующего о выбранном им пути, молящего о том, чтобы тот спас его от доставшейся ноши: «Избави, Боже, править над людьми, и, доставая пряник или плеть, их отправлять на жертвенную смерть». И, кажется, господь его услышал.

Вторая половина 1990-х – время, когда Валерий Леонтьев постепенно снижает градус эпатажа в творчестве. В стране появляется множество других, более молодых и скандальных исполнителей, готовых принять от Валерия Яковлевича его бремя. 

  • Pavel L Photo and Video / Shutterstock.com

  • Pavel L Photo and Video / Shutterstock.com

Много лет Леонтьев был отражением нас с вами, всего, чем мы были и чем не были, всех наших грехов и доблестей. Но всему есть предел и с того времени у него наступила заслуженная пенсия. Иногда, когда по телевизору идет очередной «Голубой огонек», он лукаво смотрит на нас, как бы спрашивая: «Ну как вы там, ребята, справляетесь?». Потихоньку, Валерий Яковлевич, потихоньку. Спасибо вам за все, что сделали. Мы все помним, вы ведь не просто певец.

sobaka,
Комментарии

Наши проекты