Вспомнить всё

До конца января в Уральском филиале ГЦСИ проходит ретроспективная выставка «Вспомнить всё». Куратор Илья Шипиловских провел большую исследовательскую работу, чтобы разобраться, какие важные события происходили в искусстве Екатеринбурга, начиная с перестройки, и почему так важно для местных художников знакомство с международным опытом.

– Почему ты выбрал для исследования именно проекты с участием иностранных художников? Ведь если говорить о каких-то социальных изменениях и вообще изменении ситуации в стране, то это можно было проиллюстрировать и проектами художников российских.

– До перестройки было очень строго с тем, какие формы искусства можно было увидеть в публичных выставочных пространствах – тех, которые контролировались Союзом художников. Там была представлена живопись социалистического реализма, скульптура – все искусство в одном каноне. Андеграундных художников было просто не увидеть в больших выставочных залах, ориентированных на широкую публику. К тому же, даже наше неофициальное искусство было совершенно не похоже на западное. Когда железный занавес рухнул и появилась возможность показывать более широкий круг искусства, стало понятно, насколько отличаются качество и типология работ, привезенных из-за рубежа. Это был другой художественный язык, и другой язык описания требовался для того, чтобы объяснить зрителю эти работы. Мне показалось важным проследить, как эти привезенные с Запада работы влияли на изменения местных художественных сил. Это первый момент. Второй момент – это встреча с художником, который существует в совершенно другой среде, который уже часть рынка и часть устоявшейся глобальной системы мира искусства. В это системе нет Союза художников, который решает, подходишь ты или нет, здесь люди своим творчеством и своими собственными художественными выставочными решениями завоевывают себе место. Из этого проистекают их взаимоотношения с фондами, галереями. Целый мир искусства, который мы приняли в итоге, по законам которого мы живем теперь, был познаваем и постигаем исключительно через призму этих встреч с иностранными художниками.

– Но при этом одной из основных причин выбора 1987 года как точки отсчета ты называешь выставку «Сурикова, 31», на которой иностранных художников не было.

– Подобное большое событие просто невозможно игнорировать. Это была первая выставка, на которую мог принести работу любой желающий. Она изменила то, каким образом организуются большие публичные выставки. Грубо говоря, она расширила «окно», в которое стали проходить иностранцы.

– Когда ты принимался за эту работу, у тебя было какое-то представление об этом периоде, что-то стало для тебя открытием, ты как-то переосмыслил этот период?

– Мое представление было более фрагментарно, и в первую очередь, я его структурировал. Другой важный момент: я понял, насколько важны были люди, личности, которые собственными усилиями создавали определенные «места силы». Все-таки если задаваться вопросом о роли личности в истории, мне очевидно, что двигают историю пассионарии, люди, которым не все равно. Например, в 92 году был Леонид Некрасов и его галерея «Эстер». Это был яркий, но кратковременный всплеск. С 92 по 95 год почти все знаковые события были организованы при его участии. У него была своя галерея, но он делал выставки и в Екатеринбургском музее изобразительных искусств, и в Музее молодежи. Он был катализатором, человеком, который вокруг себя аккумулировал энергию, и охотно привозил людей из-за рубежа. Конечно, у него были свои бизнес-интересы, не связанные изначально с художественной жизнью, но он все это объединял. Многие рассказывали мне, что если бы не он, то художникам жилось бы гораздо хуже в то время. А он мало того что покупал за деньги работы, он еще проявлял интерес, что художнику всегда очень важно. Потом Лев Шульман, человек, который организовал Екатеринбургский центр современного искусства, который был еще до ГЦСИ. Это тоже ярко выраженный пассионарий, у него даже в основе документа-описания центра лежит идея о том, что нужно включить  екатеринбургское в мировое, а мировое привести сюда. И это совершенно правильный подход – нельзя просто брать и копировать, нужно не догонять, а стараться идти в ногу.

– Что стало с этими знаковыми местами сейчас?

– В том месте, которое было Екатеринбургским центром современного искусства Шульмана, сейчас находится магазин. Но Лев посоветовал сходить туда, потому что они сохранили стенку, на которой миллион автографов, оставленных за более чем 10 лет работы центра. Это очень любопытно – зачастую эти места теперь переделаны, переосмыслены, живут своей жизнью, но какие-то зацепочки, какие-то моменты, связанные с прошлым, остались. Или, допустим, работа Шейлы Левран де Бреттвилль «Ступени», созданная рядом с водонапорной башней в 2006 году  – про нее уже забыли, но там до сих пор можно найти буковки, выцарапанные в бетоне.

– Были какие-то работы, которые тебя поразили? Что-то особенно важное, что сюда привозили.

– Да, удивительная выставка Intouch, которую привозил сюда центр ZKM из Карлсруэ. Этот центр – одна из 5 крупнейших институций мира, которая занимается медиа-артом. Выставка проходила в компьютерном классе Уральского федерального университета, тогда еще УрГУ. Работы на тот момент передовые – интерактивное медиа-искусство, которого вообще было мало, а своего здесь почти не существовало. Но настолько большая и важная выставка прошла абсолютно незамеченной. Нет ни одной статьи. Если бы не Марина Соколовская (прим. – главный библиотекарь Библиотеки им. В.Г. Белинского), с которой я разговаривал, мне никто бы о ней никогда не рассказал. Меня это по-настоящему поразило.

Еще один важный момент – это деятельность объединения художников «Галерея Атомная провинция»: Виктора Давыдова, Анатолия Вяткина и Сергея Павлушина. Они жили и работали в Заречном, и поэтому зачастую в Екатеринбурге про них немного забывают, не уделяют должного внимания. А это прекрасная, удивительная творческая единица. Они первыми делали перформансы, медиа-арт, они очень сильно повлияли на современное искусство в целом. Про них нужно помнить и на них нужно обратить больше внимания.

– У тебя есть ощущение, что у Екатеринбурга был какой-то свой путь в это время?

– Он и сейчас есть, ничего не изменилось. У Екатеринбурга правда свой путь и удивительно, что это место с такой стабильной регулярностью порождает прекрасных художников, ни на кого не похожих. Они плоть от плоти этой уральской земли, всего, что здесь есть. Это как было, так и сейчас есть. Вспомнить Радю, «Куда бегут собаки», «4 позиции Бруно», Вову Селезнева – это художники, которые точно так же, с одной стороны, сами по себе появились, а с другой стороны – это некая преемственность, которая здесь есть. Начиная с 60-х годов, когда здесь работали первые концептуалисты в России. По большому счету, они появились раньше, чем московский концептуализм, раньше, чем Кабаков, Захаров, раньше, чем все эти люди была Уктусская школа: Сергей Сигей, Александр Галамага. Уникальное место, уникальная земля.

 

Текст интервью: Марина Шатарнина.

Фотограф: Алексей Ватолин.

 

Выставка «Вспомнить всё» работает до 1 февраля.

22 января в 19:00 состоится встреча с участниками группы «Галерея Атомная провинция» Виктором Давыдовым и Анатолием Вяткиным.

Уральский филиал ГЦСИ, Добролюбова, 19а.

 

Комментарии (0)
Автор: Vr-ekb
Опубликовано:
Смотреть все Скрыть все

Комментарии (0)

Авторизуйтесь
чтобы оставить комментарий.

Наши проекты

Читайте также