Елена Кондулайнен

Она первая в Советском Союзе не побоялась сняться в кино полностью обнаженной – и стала первым и единственным секс-символом СССР. Сегодня она играет в московском Театре Луны, возглавляет политическую «Партию любви» и по-прежнему участвует в эротических фотосессиях.

Вы родились в Токсово. Как вам жилось в советском пригороде с финской фамилией?

Очень сложно было, в детстве меня даже называли «чухной поганой» из-за финских корней. В общем-то, мне и сейчас нелегко - мой дом в Токсово, который строили дед и отец, сожгли недавно. Это жуткая история, там огромные деньги замешаны, и некоторые люди хотят, чтобы я оттуда ушла – но я не уйду со своей территории. От меня будут пытаться отделаться, но я надеюсь, что все закончится благополучно. А вот во время перестройки моя фамилия сослужила мне добрую службу: первым секс-символом в СССР только иностранка могла быть – считалось, что у русских другой менталитет, якобы они не раздеваются и все такие скромные. А потом закрутилось: меня приглашали в Голливуд, обо мне писали в разных изданиях Европы, я была единственная из России, кого пригласили в 1995 году в Америку на открытие сети ресторанов «Планета Голливуд» вместе с Арнольдом Шварценеггером и Патриком Суэйзи – я на тот момент была звездой мирового масштаба.

Сложно было решиться сняться обнаженной?

Мне терять было нечего, я осталась одна с ребенком на руках и без денег. Нужно было просто выжить: умерла мама, никого помощников не было. Работы тоже не было, говорили, что нужно с кем-то спать, но это не для меня: я сама выбираю, с кем строить отношения. А в «Сто дней до приказа» я не раздумывая пошла сниматься. Незадолго до этого посмотрела одну кинокартину Хусейна Эркенова и подумала, что очень хочу сняться в его фильме. И вдруг через пару месяцев мне звонят от этого режиссера и предлагают роль. Я настолько была уверена, что это мой режиссер, что, признаюсь, было все равно, кого и как играть. У меня до этого были роли, в которых я появлялась на экране обнаженной: «Две версии одного столкновения», «Фламинго приносит счастье» – тоже весьма скандальные. Но соглашаясь на «Сто дней до приказа», я не знала, что съемки будут в воде, а детали моего тела возьмут крупным планом. Поэтому когда меня стали снимать в бассейне, я хотела покончить жизнь самоубийством. Меня спас водитель. Он отвозил меня домой со съемочной площадки и поинтересовался, почему я такая грустная. Я ему все объяснила и сказала, что как приеду домой – включу газ. А он мне начал рассказывать о Древней Греции, о временах, когда женщины, обладавшие красивым телом, приравнивались к богиням. И я успокоилась. Но не все поняли мой поступок, до сих пор одни меня возносят как ле-генду, другие проклинают и жгут подо мной землю. Потому что я разрушаю обыденные стереотипы.

Вы, видимо, очень сильный человек.

Просто я Овен, а это очень сильный знак. Когда мне говорят: «Уходи отсюда», я «встаю на рога», отвечаю: «Сейчас я вам покажу, на что способна!» А если бы мне потакали, мне было бы неинтересно, и ничего бы не получилось.

Не было желания уехать в спокойную Финляндию?

Скорее всего, я скоро буду вынуждена это сделать. Кому-то это нужно, кому-то я мешаю. Я так ярко здесь существую, что многих это раздражает. Я однажды уже почти уехала: когда в России была жизнь по карточкам, мы с мужем подали документы на отъезд в Финляндию, через полтора года получили положительное решение, нам даже дали четырехкомнатную квартиру в Хельсинки. Но жизнь в России вдруг стала настраиваться, и муж настоял, чтобы мы остались. Поэтому я даже в самые тяжелые времена была здесь и не бросала эту страну, хотя была возможность. Я переносила все невзгоды и страдания со всеми русскими людьми.

И даже создали свою политическую партию, чтобы сделать жизнь в стране лучше?

Моя «Партия любви» привлекла внимание не только в России, но и в мире, мы очень много ездили с делегациями. Концепция заключается в том, что мы пришли в этот мир для того, чтобы любить и быть любимыми. Это единственная обязанность каждого человека. С самого начала в «Партию любви» входили Александр Панкратов-Черный, Алексей Глызин, Борис Хмельницкий, сейчас наша элита – это Игорь Ливанов, Никита Джигурда, Сергей Проханов, Ангелина Вовк и Мария Арбатова. Но пока в партию временно нельзя вступить: я не хочу перед выборами активно политикой заниматься, чтобы не подумали, будто я претендую на президентскую власть.

Нынешняя власть вас устраивает?

Очень хорошо отношусь к Владимиру Путину. Мы с ним познакомились еще в декабре 1994 года на футбольном матче на кубок мэра Петербурга, я играла тогда, и у меня даже сохранилась медаль, которую мне вручал Анатолий Собчак. А Путин в то время был помощником мэра, и мы с ним просто общались. У нас много общего: я из Токсово, он из Тосно, я с детства каталась на горных лыжах. Естественно, я вижу какие-то ошибки в его курсе, но не говорю о них. Нет, не потому, что боюсь его. Вот Сталина я бы точно боялась.


Наши проекты

Комментарии (0)

Авторизуйтесь
чтобы оставить комментарий.

Читайте также

По теме