Elektra Monsterz

Самая буйная инди-рок-группа города выпустила второй альбом, Suicide College, на котором переключилась с панк-песен о подростковом сексе на романтику, подходящую для знакомства с девушками.

Насколько вы серьезная группа?

Максимально серьезная. Мы ничего больше не делаем, других занятий у нас нет. А о том, насколько долго это продлится, мы не думаем.

С чего вы начали?

Группу мы основали в 2007 году, учась в школе, в десятом классе. Школа была с архитектурным уклоном, и мы должны были стать архитекторами, но у нас ничего не вышло, потому что там требуется слишком усердная работа, нужно заниматься, а мы хотели только играть музло, кататься на скейтах, смотреть телик и рубиться в видеоигры. Сначала мы пробовали играть на инструментах, найденных в бабушкином доме, — они остались от моего отца, у которого раньше была своя команда под названием The Inks, совершенно не популярная, суперлокальная. Мы вдохновлялись их записями, у нас есть несколько их альбомов. До того как собрали Elektra Monsterz, мы играли в поп-панк-командах, а потом забили на это и занялись исключительно своей бандой.

Что в ваших песнях из первого альбома Teenage Sexy Dreams правда? Или все это поза — истории про секс и рок-н-ролл?

А что там может быть неправдой? Я же не пою, что у меня выросли крылья и я взлетел. Или что я езжу на золотой машине. Все основано на реальных событиях. 

Сейчас группа звучит гораздо спокойнее. Это новый творческий этап?

Кто-то мне сказал однажды, что Elektra Monsterz — это парни на скейтах, которые поют про подрочить да потрахаться. Что ж, получайте новый альбом Suicide College с романтическими песнями. Некоторые из них были написаны давно, но просто не вписывались в предыдущий альбом. И теперь мы вообще не играем старые панк-вещи, хотя все нас просят. Впрочем, постепенно они становятся самодостаточными, думаю, их можно будет включать в концерты. Да, мы меняемся, но в новых треках слышно, что это Elektra Monsterz, это мой голос, и Даня за барабанами, и звучит Сашин кривой бас. Нам неинтересно играть одно и то же и постоянно повторяться.

Как публика отнеслась к измнениям? Убавилось ли количество фанатов?

У нас их, в принципе, не так и много, зато друзьям наша музыка нравится. Когда мы начинали, было непонятно, что будет дальше, будет ли группа существовать. После того как записали первую песню, я решил, что больше не смогу ничего придумать, и очень переживал. И вот у нас вышел второй диск, за это время мы чуть было не распались, успели умереть и воскреснуть. Сейчас у нас более осознанное состояние, мы более-менее знаем, куда движемся в плане музыки.

«Песни основаны на реальных событиях. Я же не пою, что у меня выросли крылья»
 

Многие инди-рокеры делают вид, что живут в Лондоне или Нью-Йорке. Вы склонны к этому?

Мы живем в Saint Brooklynsburg. Это параллельная реальность, которую мы наполняем музыкой. Это и наш лейбл, и тусовка друзей. Например, Blast из Yogo!Yogo! нарулил нам звук в альбоме.

Поездка в Нью-Йорк вас как-то изменила?

Мы пробыли там три месяца, а барабанщик — даже четыре. Получили визу и решили просто расслабиться, покурить дури, покататься на серфе, походить на любимые группы. Мы купили себе усилители и барабанную установку, а когда приехали домой, написали шесть песен для пластинки, которая выйдет, я думаю, года через полтора. Это будет четвертый альбом. Сейчас мы готовим третий, потом приступим и к этим балладам, и там будет уже совершенно другое настроение.

Могли бы вы жить в другой стране?

После того как мы пожили в Нью-Йорке, границы сознания словно бы раздвинулись, это был классный опыт, но не думаю, что мы должны переезжать. Мы можем посещать другие страны, но мне нравится возвращаться в Питер, в Saint Brooklynsburg. Зимой можно уезжать, к примеру, на Бали или в Калифорнию, а летом возвращаться сюда.

Готовы ли вы петь на английском?

Нет. На репетиции я могу спеть какой-нибудь кавер на Blink-182 или на Melvins, чтобы угореть. А своих песен у нас на английском нет, потому что мы русскоязычная группа. Мы хотим делать инди-рок на русском, хотим показать остальным парням, которые поют на ломаном английском, что можно придумать  что-то классное и никто не будет плеваться: мол, господи, боже мой, что это за ужасный, совершенно угнетающий русский рок.

Могли вы петь о чем-то высоком, о свободе, о политической ситуации в стране?

Меня не очень волнует политика. Я думаю, что этим не стоит забивать голову. Это глобальное реалити-шоу. Либо ты смотришь его, либо нет.

В каком году вы хотели бы пожить?

Можно было бы пожить в будущем. Про прошлое мы слишком много знаем, мы, в принципе, очень ретроспективные ребята. А вообще, мне нравится, что происходит сейчас. Конечно, если бы была машина времени, я бы побывал и на Вудстоке, и в Древней Греции, и везде. Но я не хотел бы жить в Советском Союзе, существовать в то время как группа.

Первый EP Elektra Monsterz выпустили в 2009 году на виниле, а дебютный альбом сами переписывали на кассеты. Клип на песню «Я так хочу» был удален с YouTube из-за чрезмерно провокационных сцен. Музыканты называют себя «мутировавшими потомками американских хиппи». Они стали единственной петербургской группой, приглашенной на крупный музыкальный фестиваль Exit в Сербии.

«Тайга»
Дворцовая наб., 20
4 августа 2012 в 18.00

Текст: Радиф Кашапов
Фото: Сергей Исаев 


  • Автор: velsin
  • Опубликовано:

Наши проекты

Комментарии (1)

Авторизуйтесь
чтобы оставить комментарий.

  • Гость 4 авг., 2014
    Комментарий удален

Читайте также