Как создатели акции «Домой» объединили Петербург после теракта, а их за это уволили

Петербург после теракта 3 апреля доказал, что мы самый сплоченный и добрый город. Главным примером консолидации, пожалуй, стала акция «Домой», проведенная при поддержке фонда «Городские проекты»: тысячи автомобилистов бесплатно подвозили пешеходов. Мы поговорили с координаторами флешмоба Ксенией Чапкевич и Александрой Солодовой о том, как организовалась акция и почему владельцы «Городских проектов» Илья Варламов и Максим Кац уволили Ксению после «Домой». Также о своем взгляде на ситуацию нам рассказал Максим Кац.

  • Ксения Чапкевич

  • Александра Солодова

Как появилась акция «Домой»?

Ксения: Когда мы с моей коллегой-волонтером Сашей узнали про теракт, сразу стали думать, что можем сделать. Появились новости о том, что закрывается метрополитен и возникает транспортный коллапс, потому что администрация города вовремя не решила проблемы с альтернативной транспортировкой людей. Все очень боялись, что таксисты взвинтят цены, и мы решили, что было бы круто соединить водителей, которые и так едут по своим делам, и попутчиков, которые могут к ним присоединиться.

Сделали таблицу в Google, затем сайт. Параллельно геймеры, которые играют в Ingress, создали чат в Telegram, где они предложили всем желающим писать с хэштегами #везу и #еду объявления. Мы быстро узнали друг о друге, объединились, выстроили работу и распределили задачи. Саша сделала прекрасный сайт, через который тоже можно было оставить объявление. Тысячи людей пришли в чат, сотни воспользовались сайтом. Мы стали сами помогать людям вбивать данные, удалять неактуальные объявления. В какой-то момент в чате было около пяти тысяч человек, а посетителей было намного больше, особенно, во второй день, 4 апреля, когда об идее написали в Telegram-канале городского метрополитена. Мы справлялись, но это было тяжело. Чат до сих пор существует, и петербуржцы продолжают писать объявления и подвозить друг друга.

Но не все обрадовались нашей идее: у нас возник конфликт с руководством фонда «Городские проекты», в котором мы работали, – с Максимом Кацем и Ильей Варламовым.

Саша: Мы попросили их сделать репост, но они нам отказали, сказав, что это, мягко говоря, плохая затея. Что она будет иметь нулевой или отрицательный эффект. Говорили, что общественная организация не должна вмешиваться, это задача властей.

Ксюша: Мы, в свою очередь, сочли, что власти не справляются, и надеяться только на них не рационально.

Саша: Транспортная система в Петербурге и в обычное время работает не слажено, что и говорить о ЧП. Власти города мало того, что не смогли справиться с этой ситуацией, они её усугубили. Например, бесплатный проезд — это хорошо, но они выгнали на дороги много дополнительных автобусов и не выделили под них отдельные полосы, в результате город встал в пробку.

Более того, очень важно понимать, как в такие моменты работает человеческая психика: даже когда заработало метро, станции были пустые. Большинству людей было страшно спускаться в подземку. Поэтому, даже если акция «Домой» не очень положительно сказалась на трафике города, она помогла преодолеть панику. Люди очень много писали в социальных сетях о том, что Петербург объединился, «как хорошо быть петербуржцем». При этом процент водителей, которые делали несколько ходок, был очень маленьким, большинство просто подхватывали людей по дороге по своим делам.

Ксения: Ни Варламов, ни Кац не поддержали нашу кампанию, более того, они начали нас критиковать. Их аргументы были, во-первых, несправедливы с точки зрения нагрузки на трафик, а во-вторых, бесчеловечны и не учитывали психологический эффект от акции. Кампания запустила и другие добрые процессы внутри города: в кафе угощали бесплатным чаем, на заправках начали бесплатно заливать бензин. И я очень эмоционально раскритиковала их в ответ. Причем, в личных чатах. Это послужило причиной моего увольнения: по их мнению, критика в адрес руководства фонда недопустима.

Саша: Важно понимать, когда в людях посеян страх, критерий эффективности уходит на второй план. То есть пусть лучше человек будет добираться в пробке два часа, чем пытаться воспользоваться общественным транспортом и еще неделю плохо себя чувствовать.

Ксения: В основном кампанию приветствовали, я насчитала всего семь человек, которые выступили с критикой. А десятки тысяч человек нас поддержали, причем среди них были и транспортные специалисты.

Саша: Ни автомобилисты, ни создатели «Домой» не виноваты в том, что город оказался не готов к чрезвычайной ситуации и не смог убедить людей в том, что транспорт безопасен, для этого не было предпринято ничего. То, что мы сделали, из худшего было лучшим.

Собственно, за несколько дней до этого трагического события у нас был релиз нового проекта, который называется «Вернем трамвай на Литейный». Мы утверждаем, что город совершает большую ошибку, направляя все деньги в строительство новых станций метрополитена, потому что трамвай стоит в 20 раз дешевле, а провозит всего в 3 раза меньше людей. Проходит несколько дней, случается эта трагедия, и мы видим наглядный пример, к чему привела эта ошибка. В метро одна станция закрывается и город встает, так как на поверхности ничего нет, а люди привыкли передвигаться только на метро. Всегда должна быть альтернатива.


«В какой-то момент в чате «Домой» было около 5 тысяч человек — мы справлялись, но это было тяжело»

Варламов – человек с колоссальным опытом, как так вышло, что он не оценил акцию?

Ксения: Все-таки его популярность, мне кажется, вскружила ему голову, и это приносит свои плоды.

Вы решили расстаться с «Городскими проектами» после конфликта?

Ксения: Да, мы больше не «Городские проекты», вся команда, спонсоры и связи уходят вместе со мной. Сейчас рассматриваем два предложения о сотрудничестве: одно от инвестиционного фонда, другое — от коммерческого бюро. Будем продолжать исследовать городские проблемы, привлекая экспертов: социологов, архитекторов, инженеров, транспортных аналитиков, дизайнеров. И привлекать к ним внимание горожан и администрации.

На пост руководителя филиала фонда «Городские проекты» в Петербурге меня пригласил Максим Кац в декабре 2015 года. Тогда организация состояла из пятерых ребят, которые интересно описывали городские проблемы, хотя за пределы паблика во «Вконтакте» и твиттера это не выходило. Когда пришла я, в первую очередь стала создавать структуру, собрала команду — 40 талантливейших ребят, нашла спонсоров, информационных партнеров. Наши проекты стали серьезнее, про филиал узнали в городе.

Насколько вы были самостоятельны в своей деятельности? Подчинялись ли фонду Каца и Варламова?

Ксюша: Варламов появился в чате «Городских проектов» в Петербурге пару дней назад в связи с конфликтом из-за акции «Домой». До этого его не было совсем. А Кац периодически делал репосты. Еще у них есть электронный кошелек, на который люди переводили деньги на исследования, а они отправляли их нам. Это был полностью наш филиал: мы выбирали повестку, вели исследования и продвигали их.

Почему тогда зачастую, когда говорили о петербургских «Городских проектах», упоминали их имена?

Ксюша: Потому что это их фонд, петербургский же юридически является филиалом. А то, что в СМИ писали, что это Кац и Варламов провели исследование, это уже вопрос к журналистам, а не к нам.

Все финансирование вы получали из их фонда?

Ксюша: Есть два источника финансирования: один — это фандрайзинг, электронный кошелек, на который каждый мог перевести деньги. А также я самостоятельно искала спонсоров: общалась с бизнесменами, рассказывала о том, что мы делаем, просила поддержать молодую команду, и если они соглашались — мы оформляли договор пожертвования.


«Акция «Домой» показала, что у нас формируется большое гражданское общество»

Ты получала зарплату за свою работу?

Ксюша: Нет, я сдавала квартиру и на это жила. Совмещать все, что я делаю, с чем-то еще просто невозможно, это занимает минимум 10 часов в день. Конечно, у нас давно зрела идея, что нам необходимо перерасти формат общественной организации, от которой мы практически ничего не получаем. Чтобы это была наша нормальная работа. Мое увольнение только подтолкнуло нас к этому.

Вы будете теперь самостоятельно работать в этом направлении?

Саша: Сейчас мы делим проекты, но, я надеюсь, все-таки сможем договориться. Будем указывать, что работа создана совместно с «Городскими проектами». Но развиваться в дальнейшем будем исключительно самостоятельно. Все специалисты остаются с нами.

Ксюша: Мы не знаем, что теперь будет происходить с «Городскими проектами» и уж точно не несем ответственность за их деятельность. Нам очень жаль, но ничего адекватного мы не ждем. Сложно представить, кто туда сейчас пойдет работать бесплатно еще и без уверенности, что в один из дней ты не лишишься всего не из-за того, что ты плохо работал, а из-за личных обид.

Что показалось вам наиболее важным в итогах акции?

Ксения: Очень интересно наблюдать, как общаются водители и пассажиры после всего, что произошло. Они создали второй чат для флуда. Один остался под карпулинг, люди по-прежнему туда пишут «везу», «еду», помогают передвигаться по городу. Второй – чат на 550 человек, пришедших друг другу на помощь в сложную минуту. Это петербуржцы разных социальных групп, разного возраста и уровня дохода. Они анализируют ситуацию, знакомятся, начинают обсуждать политические вопросы. Возможно, у нас формируется большое гражданское сообщество.

Саша: Грустно, что нас объединяют трагические события, но так уж мы устроены. Эти люди помогли друг другу, вышли из своей маленькой социальной группы и соединились в один большой сплоченный город Санкт-Петербург. Это очень важно, потому что придает осознанности и толкает на хорошие поступки.

Ксения: Сейчас многие пишут: «Я даже не знал, что в городе есть столько классных, добрых, здравомыслящих людей». Было очень здорово смотреть на то, как люди говорят друг другу комплименты, флиртуют. Правда, в начале приходилось писать: «Друзья, постарайтесь вести себя немного сдержаннее, иначе мы не сможем координировать работу, и все это превратится в огромный флирт-чат».

Саша: Еще мы вдруг узнали, что геймеры очень интересные люди, с них можно брать пример. Это те группы людей, которые на многое способны. Это маленькие отряды, которые в сложной ситуации внезапно могут принести огромную пользу, ведь у них есть самоорганизация.

Ксения: Я теперь их называю «Гражданские активисты Шредингера». В один момент они за секунду выходят из тени и берутся за решение общественной проблемы. Все эти процессы, конечно, важны с точки зрения становления демократии в нашем обществе. Пока что у нас гибридный режим, но транзит запущен.

Саша: Мы собрали огромное количество информации. Сейчас мы будем ее обрабатывать, чтобы, во-первых, понять, действительно ли мы перегрузили дороги или нет. И сможем составить эффективный план действий на случай другого ЧП.

Карпулинг продолжает работать?

Ксения: Да, это хорошая история, попытка посмотреть на личный транспорт как на общественный. Если автомобиль уже едет по городу, почему бы водителю не взять кого-то с собой. Таким образом мы экономим ресурсы.

andrey,
Комментарии

Наши проекты