Новая эмиграция: почему бегут из России

По утверждениям социологов, количество уезжающих из России на постоянное место жительства лавинообразно возрастает с каждым месяцем и скоро грозит догнать цифры 20-х годов прошлого века. Покидают страну самые разные люди, но уверенно можно выделить несколько особых категорий: политических оппозиционеров, представителей ЛГБТ, ученых и ценных специалистов (от профессоров до целеустремленных студентов), а также беззаботных гедонистов, которых пугает становящаяся все более суровой атмосфера страны рождения. Мы поговорили с новыми эмигрантами из каждой условной группы.

  • Политические беженцы:

    Наташа Цымбалова, оппозиционная активистка, попросила политического убежища в Испании

    «Это не было решено в какой-то конкретный момент, а накапливалось в течение последних месяцев, начиная с марта. Когда Путин заварил кровавую кашу в Украине, а кремлевские пропагандисты сумели в считанные недели обработать мозги подавляющего большинства населения, чтобы оправдать захват чужой территории («Крымнаш» и вот это все) и развязывание войны в соседней стране. Мы оглянуться не успели, как оказались в одной стране с миллионами зомбированных обывателей, которых мобилизовала в поддержку путинской политики лживая пропаганда. Причем с легкостью неимоверной. Тогда у меня возникло тягостное ощущение того, что все наши усилия достучаться до общества – бесполезны. У нас нет ничего, что мы можем противопоставить этому валу лжи и ненависти, нас не слышат и не услышат. Одновременно с этим разочарованием резко вырос уровень агрессии на наших акциях. Апогеем этой ненависти стала акция на Малой Садовой 24 августа, когда нас атаковала стая провластных троллей (не случайных прохожих, я подчеркиваю, а представителей прокремлевского движения «НОД»). Но все это было и раньше – агрессия на улице против нас, угрозы и разные гадости в интернете. Кремлевская пропаганда называет нас, демократическую оппозицию, «пятой колонной» и «национал-предателями», утверждает, что наши акции якобы «проплачены» Западом и так далее. И зомби перед телевизором верят этому. Самые агрессивные и резвые объединяются в группы, которые теперь приходят нас открыто бить. Еще немного – и начнут убивать. В России становится крайне опасно заниматься оппозиционной политикой. Мы теперь рискуем или попасть в тюрьму, если против кого-то из нас властям вздумается возбудить дело, или пострадать физически от провластных троллей, прикормленных спецслужбами нацистов и политизированных бандитов. Я не хочу ни того, ни другого. Не хочу попасть в тюрьму и не хочу получить по голове на Невском или в темном переулке. Хотя я привыкла к тому, что мы постоянно противостоим агрессии, но я готова была рисковать, когда видела смысл в этом риске, видела шанс у нашей борьбы. Теперь риски резко выросли, а шансы упали ниже плинтуса. Поэтому я уехала.

    Сейчас ожидаю интервью по делу о получении политического убежища. Я заявила о себе перед иммиграционными властями Испании, мне назначили дату интервью. Об особенностях получения политического убежища там именно для российских оппозиционеров мне трудно судить. Я только начала этот процесс и всего не знаю. Рядом с собой почти не вижу россиян, здесь в основном арабы и выходцы из африканских стран. Два моих знакомых из России получили в Испании убежище, один из них – гражданский активист. Поэтому у меня мало материала, чтобы судить об этом. Каждое дело рассматривается индивидуально, и я не думаю, что для россиян здесь есть какие-то особые условия. 

    На данном этапе я не готова однозначно ответить на вопрос, вернусь ли я когда-нибудь обратно. Я написала уже в соцсетях, что «уехала из России навсегда». Однако мне тут же сказали: «никогда не говори никогда». Так что действительно, не буду загадывать. Ведь не имеет никакого значения, что я сейчас скажу, все равно могу в любой момент передумать. Могу лишь сказать так: Россия не является для меня каким-то центром мира, без которого я себя не мыслю. Нет такого, я Россией не «болею», я могу без нее обойтись. Я была здесь очень привязана к тому делу, которое пыталась делать, но только до тех пор, пока я видела в этом смысл и какие-то шансы. Надежд на то, что эти шансы снова станут актуальными в ближайшее время, у меня, к сожалению, нет. Думаю, что нынешнее политическое безумие будет только нарастать, вплоть до краха страны (а не только режима), и это при полнейшей слепоте общества. В такой России я себя точно не вижу».

  • Геи и лесбиянки:

    Дмитрий Чижевский, ЛГБТ-активист, сейчас живет в Вашингтоне

    «Решение уехать было вызвано не только нападением и бездарным следствием по моему случаю (речь идет о нападении гомофобов на офис петербургской гей-организации LaSky в ноябре 2013 года, в результате которого Дмитрий Чижевский лишился глаза - Прим. ред.), но и отвращением от того вектора, в котором развивается страна, особенно — после украинской фантасмагории. Вместо того, чтобы поддерживать дружеские отношения с Украиной (в которой я, кстати, рос), россияне устроили массовую истерию и не постеснялись ни украсть чужую землю, ни принести войну в соседний дом. Неспособность критически мыслить и мирно сосуществовать со своими соседями разрушили все мои надежды на любые улучшения в стране, не говоря уж на улучшение в сфере прав человека по отношению к ЛГБТ-гражданам.

    Основная особенность при получении убежища в США для ЛГБТ — необходимость доказать свою принадлежность к этой социальной группе. Приходится отвечать на весьма личные, не всегда приятные вопросы, ответы на которые обычный человек уже просто-напросто не помнит. Даже заполнить анкету для адвокатов — весьма нестандартная и малоприятная задача, не говоря уже о некоторых собеседованиях.

    Я не собираюсь ни повторять ошибку белых эмигрантов, которые жили на чемоданах, ни когда-либо верить живущим в России людям. Даже если надвигающийся экономический коллапс и приведёт к изменению политической ситуации, это не даёт гарантий от очередного вставания с колен и имперского маразма после повышения цен на нефть».

  • Ученые

    Владимир Фок, преподает математику в Страсбургском университете:

    «У российских ученых есть 2 главные беды — очень низкая заработная плата и зависимость от некомпетентной администрации. Люди, не имеющие никакого отношения к науке, любят вставлять палки в колеса, хотя должны помогать. Я сам уехал в Страсбург по этой причине, хотя старался остаться в России, работал по временным контрактам. Но мой институт, на мой взгляд, перестал существовать как научное учреждение и я вынужден был эмигрировать.

    Сейчас около 80 % студентов уезжают за границу. И именитые ученые тоже покидают страну. Ко всем трудностям ученого добавляется еще и общественное осуждение — у нас быть человеком науки все равно что быть дурачком. В то время как на западе такой социальный статус вызывает уважение».

     

  • Гедонисты

    Настя Платонова, переводчица, переехала в Берлин

    «Я уехала из России, потому что мне надоели унылые вечеринки, на которых все напиваются от скуки, и отправилась в Берлин встречать воскресные рассветы в очереди на входе в Бергхайн. В России только и думают о том, чтобы к 30 урвать себе мужика побогаче или заработать миллион на классную тачку, а здесь шлют на хрен начальника, чтобы закрыться дома и писать музыку».

     

  • Студенты с дальним прицелом

    Макс Хайтович, программист, переезжает в США

    «Основной мотив — в потребности реализовать свои амбиции, связанные с работой в области IT. Для их реализации я ощущаю необходимость продолжить свое образование, получив MBA в хорошем техническом университете. Для этого нужно жить в обществе, которое развито в плане науки и одновременно в плане бизнеса. Подавляющее большинство научных открытий сейчас совершаются на западе, при это подавляющее большинство из них — в США. Америка имеет наиболее развитую бизнес-среду в мире — самые крупные в мире и самые значимые для человечества корпорации расположены именно там. Резюмируя: самые сильные технические университеты находятся именно в США, при этом традиции обучению менеджмента в этой стране уже несколько веков. Получив образование там, я буду сильным менеджером в технической сфере.

    В данный момент наука в России отсутствует как таковая. Нет сильных университетов, обладающих средствами для ведения научной деятельности. Одновременно с этим в России нельзя выучиться менеджменту — у нас капитализму всего лишь 20 лет, так что учиться особенно не у кого. Но причина для полного и окончательного отъезда из РФ безо всяких планов на возвращение, опять же, не в этом. Я ощущаю себя ненужным у себя на родине — как в личном, так и в профессиональном плане. По моим личным впечатлениям в РФ требуются только лишь те, кто в состоянии качать нефть и "обслуживать трубу". Так что если ты не нефтяник — твоя профессия тут не нужна».

     


  • Автор: sobaka
  • Опубликовано:

Наши проекты

Комментарии (0)

Авторизуйтесь
чтобы оставить комментарий.

Читайте также