Свои-чужие: Как учат детей мигрантов в Петербурге

В конце ноября в городе появилось новое подразделение — комитет по межнациональным и межконфессиональным отношениями, который должен курировать поведение мигрантов в Петербурге. Последних только в Петербурге насчитывается 600 тысяч, причем около 40 тысяч из них — дети. Пока чиновники ведут полемику об адаптации приезжих к социуму с раннего детства, волонтерское движение «Дети Петербурга» уже год бесплатно занимается с семьями мигрантов русским языком. Мы посмотрели, как проходят занятия в импровизированной школе.

В субботу утром в Центральной библиотеке Невского района сидит один ученик — Алибик, который старательно выписывает в прописях букву «Ф».  Волонтер движения «Дети Петербурга» Лариса разводит руками, говоря, что расклеивала объявления на школах, подъездах и даже раздавала их в узбекской закусочной – к визиткам, обещающим бесплатные занятия по русскому языку для мигрантов, приезжие относятся подозрительно.  «Это сейчас бесплатно, а потом деньги будете брать», «Вы от правительства? Тогда нет», «Вы наших детей будете настраивать против», и даже, когда за Алибиком приходит брат, и его приглашают позаниматься в следующий раз вместе – тот опускает глаза в пол и говорит «Да ну, уже поздно».

Алибику 7 лет, два года назад он переехал с родителями и братом из Узбекистана. В сентябре пошел в первый класс общеобразовательной школы. Учеба дается ему с трудом: мальчик почти не говорит по-русски и на вопрос учителя назвать изображения на картинках в азбуке, узнает «радугу», «слона» и «тигра», а вот «йодом» и «фасолью» уже возникают проблемы.  От обычного 7-ми летнего школьника его отличает маленький словарный запас и практически отсутствующее ассоциативное мышление на русском языке. То есть, зная «красный» цвет, он не может предположить, что помидор — тоже «красный».  Дома с ним не говорят по-русски, родители плохо знают язык, друзьями в школе трудно обзавестись по этой же причине. Единственная возможность хоть какой-то тренировки для него – курсы и мультики на отечественном телевидении. Становится понятно, почему про фею Винкс он знает гораздо больше, чем про алфавит.

Волонтерское движение «Дети Петербурга» существует в городе чуть больше года. Силами добровольцев они проводят два занятия в неделю почти в каждом районе города. Обычно на уроке присутствует один человек с педагогическим образованием и несколько волонтеров, чтобы ему помогать. Регулярно на занятия ходит около 100 человек: от дошкольников до выпускников. Программа подбирается под средний уровень группы: одним показывают книжки с картинками, другие работают над согласованием падежей. Основная часть слушателей из стран бывшего СНГ, больше всего выходцев из Таджикистана и Узбекистана, хотя объявления о наборе на курсы напечатаны даже на корейском и вьетнамском языках. Помимо, собственно, уроков, для детей организуют бесплатные походы в театры и музеи. В ближайшем будущем планируется выпустить обучающий видеокурс для тех, кто не может посещать занятия по состоянию здоровья.

 

Ирина Беляева, один из инициаторов проекта «Дети Петербурга»:

Я люблю играть с детьми, общаться, учить и учиться у них. Дети бывают разные, но всем им нужна поддержка, понимание и возможность чувствовать себя уверенно в любой ситуации и любом окружении, даже когда тебя привозят в незнакомый город, чужую культуру, где лежит снег, разводят мосты и говорят на русском языке».

 

Ася Морозова, учитель-волонтер:

Существует много факторов, которые делят нас на больших и маленьких, благородных и бесчестных, умных и не очень. Но есть и то, что нас объединяет. Например, язык, но и он неоднороден. Познав язык другого, мы становимся к нему ближе. Наш проект не только языковой. Он о том, как понять и услышать другого, о доброте, о том, как один человек не просто помогает другому, а находит себя в другом».

100 человек против 8 тысяч (столько детей мигрантов, по официальной статистике, учатся в петербургских школах) кажется «каплей в море». Более того, цифра 8 тысяч – это только дети тех родителей, которые имеют временную регистрацию. Но и им обычная школа может легко отказать в приеме заявления по самым надуманным причинам вроде «обучение только по месту проживания» (далеко не секрет, что временная прописка часто делается фиктивно по любому адресу) или просто затягивает прием документов, перенося поступление, в итоге, на год.  Плохо говорящие по-русски дети – лишняя головная боль учителей, которые не понимают, как учить их вместе с остальными.

 

Алла Д. (имя изменено), учитель русского языка и литературы в начальной школе:

У меня в 3-м классе учится мальчик из Таджикистана — Нусрат. Дети над ним смеются, во-первых, из-за имени, во-вторых, потому что он ничего не может им ответить по-русски. Только силой. Получается, он тот, кто первый ударил, значит — все наказание ему. Родители других ребят прибегают в школу, просят меня перевести «этого чурку» в другой класс, говорят, что они боятся. А я ничего не могу им ответить, потому что, действительно, агрессор – он, а почему – уже никому не интересно. Плохие оценки, неспособность элементарно выразить свое мнение делают из него изгоя в классе. И вроде бы его родители хотят как лучше, чтобы он получил образование, а на деле – школа вызывает только озлобленность и унижение».

Кардинально решить проблему «своих» и «чужих» в школе придумали два депутата:  единорос Алексей Журавлев и член партии ЛДПР Сергей Жигарев. В октябре они внесли в Госдуму законопроект, предлагающий принимать в детские сады и школы детей мигрантов только после того, как их родители докажут, что платят местные налоги. Это значит, что семьи водителей маршруток, продавцов на рынке и магазинах мелкой розницы, грузчиков, строителей, всех тех, кто, чаще всего, не имеет официального договора с работодателем, автоматически выпадают из этого списка.  Таким образом, законодатели надеются решить проблему нехватки мест в учебных заведениях.  При этом, закон, принятый об обязательном экзамене по русскому языку для иностранцев при приеме на работу, действует уже пол-года. Пилотными городами, для создания государственных курсов при поддержке РПЦ,  выбраны Ставрополь, Хабаровск, Краснодар,  Пятигорск и Ростов-на-Дону.  В Петербурге таких заведений не предусмотрено.

Фото: Давид Френкель, Варвара Михайлова, Елена Лозинская (www.detipeterburga.ru)


Наши проекты

Комментарии (0)

Авторизуйтесь
чтобы оставить комментарий.

Читайте также