Константин Бронзит: «В детстве я не любил советские мультфильмы»

кино/тв

Сценарист и режиссер, худ­рук студии «Мельница», член Французской и Американской киноакадемий получил уже вторую номинацию на премию «Оскар» — на этот раз за философскую анимационную элегию «Мы не можем жить без космоса», а нам рассказал о важности самокритики и любви к «Тому и Джерри».

  • Рубашка Les Hommes, пиджак Givenchy, брюки Lanvin, кеды Balenciaga (все — ДЛТ), шляпа H&M (H&M)

Вы ощущаете себя продолжателем традиций советской мультипликации?

Не хочу обижать советскую мультипликацию, но в детстве я в принципе не любил наши мультфильмы. Конечно, были редкие исключения — «Маугли», «Снежная королева», «Винни-Пух». Но с ума я сходил по американской анимации: по сериям «Тома и Джерри», по короткометражкам с Дональдом Даком и Микки Маусом. Как ни странно, полнометражные фильмы тогда не производили на меня такого впечатления. Помню, с каким предвкушением, будучи школьником, я шел на «Бэмби», когда его, наконец, показали у нас. А в итоге был слегка разочарован, потому что привык к веселым короткометражкам, в которых ты не успеваешь не то что заскучать, но даже вздохнуть, а в «Бэмби» не было необходимой для меня плотности парадоксальных гэгов и смены событий, которые и делают фильм стремительно развивающимся во времени. Поэтому сам я скорее работаю в традициях европейского авторского короткометражного кино.

То есть вы вряд ли когда-нибудь захотите снять полнометражный авторский мульт­фильм?

Любое творческое начало в человеке берет импульс из довольно неприятного и болезненного состояния, которое называется одержимостью. Это состояние, как мне кажется, пограничное с ненормальностью. Если ребенок творит, он готов не есть, не пить, не спать. Так и в мультипликации: тебе приходит в голову какая-то идея — и ты становишься ее рабом. Это не поддается никакому анализу. Но пока никакая новая идея мной не завладела, я в состоянии покоя, и мне это нравится.

Как вы перешли от парадоксальных смешных мульт­фильмов, подобных «На краю земли», к философскому размышлению в «Мы не можем жить без космоса»?

Какое-то время назад меня повернуло в эту сторону. Наверное, это можно объяснить и физиологией. Я не такой человек, как двадцать лет назад: повзрослел, изменился — поэтому другими стали и мои фильмы. Через десять лет могу вообще сойти с ума и сделать какую-нибудь ерунду, что все будут ужасаться. Важно самому вовремя это понять или иметь друзей, которые об этом честно скажут. Если нет ни того, ни другого — это беда, которую мы иногда наблюдаем.

Отличалась ли ваша поездка на «Оскар» этой весной от первой, 2009 года?

Это профессиональный праздник — наивысший в области кино. Приятно, что он включает в себя целый ряд мероприятий, а не событие одного дня, когда ты прилетел на церемонию — бум, и все закончилось за два часа. Одна из причин престижности и популярности награды Кино­академии — то, что вокруг нее сложилась целая мифологема. Мало кто бывал на этих праздниках, но все что-то о них слышали, и это невероятно будоражит фантазию. Даже когда тебя номинируют уже не в первый раз, есть ощущение, что не успеваешь все это вкусить и изведать. Рекомендую!

Чувствуете ли вы, что после номинаций на самую престижную кинопремию в мире стали узнаваемы?

Когда меня называют известным, это коробит. Известный кому? Узкому кругу своих коллег? Спустимся на землю. Я всегда говорю молодежи: «Ребята, отдавайте себе отчет: если вы хотите стать знаменитыми, успешными и богатыми, то мультипликация — это самый длинный путь к этой цели». Если вам надо, чтобы вас узнавали, идите в актеры, на телевидение, но не в мультипликацию.

Как вам удается не потерять здоровую самокритичность? Тяжело ли воспитать этого «внутреннего критика» в себе?

Мне кажется, что единственный правильный путь — я об этом напоминаю и молодежи — постоянно на стороне искать критическое слово в свой адрес. Только оно и поможет тебе оставаться адекватным. Бойтесь обильной похвалы и легкой награды! Мне в этом смысле очень повезло. За свои первые фильмы я не получал вообще никаких призов. Фильмы не были плохими, но существовала такая конкуренция, что всегда был кто-то лучше меня. Я это понимал, мучился, но именно это и подталкивало научиться мыслить на другом уровне. Сегодня я осыпан наградами, но пришел к этому с колоссальным желанием постоянного улучшения собственного результата. Очень сочувственно смотрю на молодых режиссеров, которые делают довольно посредственные фильмы, но при этом активно получают за них награды. Это первый признак того, что режиссер быстро кончится и выше этого не шагнет. Первый успех часто успокаивает: «Все в порядке, — говорят они сами себе, — я на правильном пути». Я всегда брюзжу по этому поводу в сторону жюри различных фестивалей, как бы авансом раздающих награды молодым режиссерам за их незрелые фильмы, потому что они служат этим людям чудовищную службу. Успех усыпляет бдительность и творческую активность. Чтобы не «проспать» собственную жизнь, нам всем нужно периодически выходить из зоны комфорта.

МЕСТО СЪЕМКИ

Президентская библиотека имени Б. Н. Ельцина
Сенатская пл., 3

Первая национальная электронная библиотека в России была открыта в 2009 году в здании Синода, построенного в 1835 году Карлом Росси. Рисунки и чертежи архитектора использовались во время масштабной реконструкции и реставрации. В электронном читальном зале на Сенатской площади доступны цифровые копии редких документов: Остромирова Евангелия XI века, гравюр «Коронование Екатерины I», указов Временного правительства. prlib.ru

 

текст: Елена Анисимова
фото: Алексей Костромин
стиль: Роман Кянджалиев
Благодарим за помощь в организации съемки ФГБУ «Президентская библиотека имени Б. Н. Ельцина»

Комментарии (0)
Автор: andrey
Опубликовано:
Люди: Константин Бронзит
Материал из номера: Июнь №185
Смотреть все Скрыть все

Комментарии (0)

Авторизуйтесь
чтобы оставить комментарий.

Наши проекты

Читайте также