Любовь и секс: 7 главных произведений современного искусства

Актуальных художников часто обвиняют в аморальности, цинизме и смаковании грязи. Мы решили развенчать эти мифы, и вспомнили самых романтичных арт-звезд. 

  • Марина Абрамович и Улай

    Breathing in/Breathing out, 1977

    Сегодня югославская по происхождению художница является суперзвездой, «матерью перформанса», и вызывает у публики в равных пропорциях восторг и раздражение. Однако начальный этап ее карьеры был беспримерно радикальным. На съемках передачи нидерландского ТВ в 1976-м Абрамович познакомилась с западно-германским «левым» художником Улаем (настоящее имя — Уве Лайсипен). Их двенадцатилетний любовный и творческий союз — сам по себе метапроизведение. Совместные перформансы Марины и Улая были выражением проблематичного, если не мучительного состояния современной любви, но вместе с тем удостоверением ее уникальной подлинности. Они сплетались волосами на семнадцать часов, отталкиваясь от спин друг друга, толчками тел сдвигали колонны в галерее, «пытаясь расширить пространство существования своих отношений», дышали одним дыханием, перекрыв доступ кислорода через нос, пока не теряли сознание. Конец отношений Абрамович и Улая был превращен в грандиозный художественный акт: они отправились пешком, навстречу друг другу, вдоль Великой китайской стены с противоположных концов (она — со стороны Желтого моря, он — из пустыни Гоби). Пройдя по 2500 километров каждый, они встретились посередине и простились навсегда.

  • Роберт Мэпплторп

    «Соня и Трейси», 1988

    Нью-йоркский фотохудожник, первый возлюбленный великой певицы Патти Смит и воспеватель садомазохистской субкультуры, замечателен прежде всего тем, что работал с сознательно выбранным контрастом формы и месседжа. Наиболее плодотворный период творчества Мэпплторпа — 1980-е, когда в Белом доме воцарился Рональд Рейган, а в американском обществе происходила консервативная реакция. Художник выстраивал композицию своих черно-белых ню согласно классическим, даже академическим канонам. При этом содержание работ у патриархального зрителя могло вызвать лишь оторопь и/или ярость: гениталии, экстремальные сексуальные практики, а также рядовые представители ЛГБТ, которые в глазах типичного рейгановского избирателя были «извращенцами». На одной из последних фотографий, сделанных Мэпплторпом за несколько месяцев до ранней смерти от СПИДа, — лесбийская пара, запечатленная с умиротворяющим спокойствием.

     

  • Джефф Кунс

    «Сделано на небесах» (1989)

    Один из самых дорогих художников в мире, король беспредельного китча, человек, которого одни считают бессовестным дельцом, а другие — мастером тончайшей иронии над обществом потребления, начинал как ловкий компилятор, превративший принципы концептуалистской скульптуры и заветы поп-арта в личную фабрику по производству надувных цветочков и щенков. Самый его популярный и скандальный проект сделан в конце 80-х совместно (хотя о равноправии тут говорить не приходится) с тогдашней женой, порнозвездой Илоной Сталлер, известной под псевдонимом Чиччолина. В свете последующих драматических событий (шумного развода и дележа общего ребенка) вся эта приторно сладкая, крайне избыточная эротическая серия откровенных скульптур и фоторабот кажется злой насмешкой.

  • Феликс Гонзалес-Торрес

    «Без названия» («Идеальные любовники»)  (1987-1990)

    Гонзалес-Торрес — кубинский эмигрант, открытый гей и политический активист, творчество которого формально можно отнести к минимализму с заходом в новое для рубежа 80-х и 90-х «искусства взаимодействия». Но главное, что стоит о нем сказать, — лаконичные и «простые» работы Торреса, открывая бездну смыслов, прежде всего мощно воздействуют прямо на эмоциональное, равнодушным к ним может остаться только человек с каменным сердцем. Самая хрестоматийная инсталляция — висящие рядом на стене часы, которые идут в унисон, наглядно показывая убывающее время взаимной любви.  

  • Андреа Фрейзер

    «Без названия» (2003)

    Американская перформансистка и феминистка более всего известна работами в русле «институциональной критики», то есть критического анализа художественной системы изнутри. Наибольший скандал вызвала эта ее работа. Для ее создания дилер художницы заключил контракт с коллекционером, который вызвался заняться сексом с Фрейзер в номере отеля за 20 тысяч долларов. В итоге получилось статичное часовое видео на нескольких экранов, имитирующее съемку скрытой камерой. Казалось бы, это не имеет отношения к романтике: однако Фрейзер всегда ставила своей задачей деконструкцию романтического понятия любви, которое может означать все, что удобно мужчине, — в том числе использование тела проститутки, которую потом можно лицемерно назвать «жрицей любви».

     

  • Группа «Война»

    «... за наследника Медвежонка» (2008)

    Произведения героического московского акционизма 1990-х и тех, кто так или иначе продолжил эту традицию в новом веке, отличает, за редким исключением, либо подчеркнутая асексуальность (например, атлет Александр Бренер никогда не акцентировал внимания на своей асексуальности даже в шокирующих своих акциях), либо вообще отсутствие интереса к этим вопросам. Из этого ряда выламывается первая громкая акция впоследствии широко прославившейся «Войны». Как известно, 29 февраля 2008 года, за несколько дней до президентских выборов в РФ, акционисты (в том числе тогда 19-летняя Надежда Толоконникова) зашли в Тимирязевский музей, разбились на гетеросексуальные пары и занялись сексом под транспарантом с названием перформанса. Интерпретаций возникло и еще возникнет великое множество: и метафора тогдашней политической ситуации в стране, и возрождение хипповской максимы «занимайтесь любовью, а не войной», и реализация знаменитой мысли Славоя Жижека о том, что в мире пустых знаков и идеологических манипуляций только добровольная телесная любовь остается подлинной.

  • Миша Бадасян

    Save the date (2014-2015)

    Впечатляющий социальный эксперимент, он же протяженный во времени перформанс, который не так давно закончил живущий в Берлине художник-гей. С 1 сентября 2014 года каждый день в течение ровно 365 дней он знакомился и занимался сексом с новым партнером. Бадасян назначал встречи в гостиницах, на вокзалах и в гипермаркетах — в так называемых  «ничейных пространствах», где люди отчасти теряют индивидуальность и существуют подобно социальным животным, например, муравьям. Радикальный проект об одиночестве, коммуникации и полигамии удивительным образом ускользает от каких-то порнографических или вообще связанных с похотью толкований — все дело в ясно выраженной позиции художника, сознавшегося по окончании Save the date в том, что он не встретил любви, но приобрел несколько друзей и много однообразного опыта.

     


Наши проекты

Комментарии (0)

Авторизуйтесь
чтобы оставить комментарий.

Читайте также

По теме