Мэган Виртанен о том, как маски из операционных переместились на показы – и стали новым стрит-стайл аксессуаром

Историк моды и колумнист «Собака.ru» Мэган Виртанен рассказала о гриппе-испанке, атипичной пневмонии и первых медицинских масках, а также о том, почему не стоит осуждать дизайнеров за хайп на пандемии и маски с логотипами за сотни долларов.

Толпы людей в медицинских масках, ограничения на поездки, несколько тысяч случаев заболевания в Китае, 32 страны, в которых зарегистрировано заболевание, и столь быстрое распространение инфекции, что оно даже спровоцировало новый виток теории заговора. Разумеется, речь идет об атипичной пневмонии, напугавшей мир в зимний сезон 2002/2003 года. Смертность составляла 9.6%, что заставило вспомнить о сокрушительной поступи гриппа-испанки в 1918-1920 годах и вернуть в повседневность дебютировавший тогда «популярный аксессуар».

Классическая медицинская маска из шести слоев марли появилась в 1897 году и долгое время ее вид оставался неизменным. На авторство изобретения претендовали одновременно француз Поль Бержер и поляк Ян Микулич-Радецки. В начале 20 века были сомнения по поводу рациональности использования масок, но эпидемия испанки сделала их необходимыми: этим гриппом заразились около полумиллиарда человек, треть тогдашнего населения мира, а смертность в 2.5% обернулась печальной цифрой в 50 миллионов умерших. Медицинские маски носили нью-йоркские секретарши и лондонские стенографистки, японские школьницы и французские фермерши. Некоторые модницы, правда, предпочитали просто замотать лицо тонким шарфом: видимо, обычные маски их не устраивали, а вот творцам моды в тот момент было совершенно не до такого рода дизайна.

С окончанием эпидемии испанки медицинская маска вернулась на свое законное место – в операционную. Советский плакат 1957 года призывал пользоваться марлевыми масками при гриппе, но этому совету следовали немногие. Все изменилось в начале 21 века с появлением атипичной пневмонии – после нее мир стал сметать маски с полок аптек каждый раз, когда появлялись сообщения об очередной заразной хвори. Споры об эффективности оставим специалистам-медикам, а вот то, что вид людей в масках вызывает рост тревожности и способствует паникерству – бесспорно.

  • Marine Serre & Airinum

  • Яна Рудковская в маске c бумажными камеями Chanel

Человек европейской культуры автоматически воспринимает того, чье лицо скрыто, как источник опасности. Трикстер-пройдоха под маской арлекина, «чумной доктор» 17 века в маске, изобретенной Чарльзом Лормом, таящийся под накинутым плащом наемный убийца на венецианском карнавале 18 века или грабитель банков с анекдотическим дамским чулком на голове – все они не предвещали ничего хорошего. Ведущиеся сейчас разговоры о том, что популярность разнообразных масок и полумасок будет расти по мере распространения камер слежения с функцией распознавания лиц, тоже вызывают двойственное ощущение: с одной стороны, каждый имеет право на частную жизнь, а с другой рождается вопрос: «А вам есть что скрывать?».

  • Кодзуэ Акимото на Неделе моды в Париже

  • Белла Хадид

  • Гвинет Пэлтроу

Именно поэтому не стоит торопиться осуждать модную индустрию за продажу медицинских масок с логотипами, как у Fendi или Chanel, или же изящных масок в тон костюму как у Marine Serre. Если уж маска необходима, то ее превращение в еще один модный аксессуар может чуть снизить общий накал страстей и психологически облегчить восприятие толпы людей в масках. В конце концов, одна из задач моды – украшать нашу жизнь, особенно тогда, когда наступают нелегкие времена.

Фото: личные архивы Мэган Виртенен / социальные сети / Vogue.com

Подписывайтесь на наш канал о моде в Telegram — подборка главных новостей о фэшн-индустрии за день.

 
Наташа Лыбина,
Комментарии

Наши проекты